Вячеслав Поляков-Прокопьев - Нф-100: Киллер для президента

Что-то подсказывало Александру, что не все так гладко, как хочет показать этот подозрительный Артур. Убедившись, что документ прочитан, Александр начал издалека.

- Можно ли пригласить главного технолога, отвечающего за соблюдение прописанных технологий производства, особенно - литья заготовок?

- Безусловно, можно. Одну минуту.

Артур набрал пару цифр на клавиатуре коммуникатора и пригласил нужного специалиста. Александр, продолжил:

- Как видите, мы точно установили, что корпус клапана, из-за неисправности которого погиб наш коллега, оказался... как бы это помягче сказать... изготовлен с некоторыми нарушениями.

В результате произошло заклинивание самого клапана. К дальнейшей обработке означенного изделия никаких вопросов нет. Все упирается в допущенное к обработке бракованное литье!

Факт, не вызывающий никаких сомнений. Вопрос лишь в том, как выявить виновного в этом работника вашей компании. И вручить ему повестку в суд для дальнейшего разбирательства.

Артур, уже немного другим голосом, нащупывая, насколько далеко может зайти дело против компании, спросил:

- Можем мы попросить назначить независимую комиссию по расследованию данного инцидента?

- Безусловно, можете. Но лично я это буду расценивать как умышленное затягивание разбирательства. То есть как намеренное затягивание времени по этому делу.

- Вот как! И у вас есть доказательства?

- Именно так. Доказательств, по-моему, и не требуется. Все предельно ясно и без особых доказательств. Вспомните, как неохотно вы разговаривали со мной по телефону! Пытались оттянуть нашу встречу, надеясь, видимо, что, может, само рассосется. Нет! Не рассосалось. Желание выяснить, кто виноват, и восстановить справедливость только усилилось, а это дорогого стоит.

После этой реплики Александра лицо Артура заметно помрачнело; наконец-то он понял, насколько серьезны намерения гостя докопаться до истины. Как всегда, нечистых на руку выручают обстоятельства. Накал разговора уже начинал выходить за рамки джентльменского разговора, когда дверь приоткрылась.

Сначала показался огромный поднос, а следом за ним возникла и несущая его девушка. Лицо ее было скрыто за большим букетом роз. Когда она с непропорционально огромным подносом оказалась в кабинете, Александр подумал: "С такими талантами надо в цирке выступать! Впрочем, рыба ищет, где глубже, а девушка - где приятней... В конце концов, это ее личное дело!"

Она очень профессионально расставила все на столе, что примечательно - ничего не перепутав. Перед Артуром оказался лишь большой стакан воды, который был покрыт испариной, стало быть, холодный. Переместив все с подноса на стол, девушка напоследок одарила Татьяну не очень гостеприимным взглядом и удалилась.

Атмосфера немного разрядилась. В дверь постучали, на сей раз пороге показался средних лет человек, не то чтобы высокий, но около двух метров точно.

Артур предложил знакомиться. По очереди представились, даже пожали руки.

- Здравствуйте. Я Прохоров Сергей Пантелеймонович, главный технолог компании.

Вошедший сел на место, указанное кивком головы Артуром, перед ним уже стояла чашечка с дымящимся кофе.

Артур передал ему акт комиссии по расследованию поломке клапана системы жизнеобеспечения реанимационной капсулы. Главный технолог углубился в текст. Артур почувствовал себя немного спокойнее.

Ему совсем не хотелось подключать к разговору главу фирмы. Ой как не хотелось! На то были веские причины, о которых он вообще желал бы не вспоминать. Главный технолог завершил чтение и вопросительно взглянул на Александра. Поняв, что от него ждут вопроса, тот спросил:

- Уважаемый, Сергей Пантелеймонович, могли бы вы предоставить достоверные сведения по тем датам, когда у вас проходили отчеты по работе отдела качества изделий из литья?

- Конечно. Зная о нашей встрече, я подготовил ряд документов. Вот они.

Теперь Александр углубился в чтение бумаг, попеременно обращаясь то к принесенным с собой, то к представленным технологом документам, что-то сравнивая и анализируя. Закончив просмотр, он сказал:

- В основном все сходится. Единственное несоответствие, которое я заметил - количество забракованных отливок отличается от количества обработанных на одну единицу. То есть, неизвестным способом в обработку попала одна из отбракованных отливок!

- Не может быть! Я сам лично вчера до полуночи просматривал все документы!

- Как я уже говорил, факт - вещь упрямая. Вот, взгляните.

Технолог прямо-таки впился глазами в распечатанный на принтере текст, потом побледнел и воскликнул:

- О боже! Вчера тут цифры полностью совпадали! Я ничего не понимаю!

- Зато я понимаю. Вы, очевидно, приготовили другой документ, подправленный, но перепутали, и здесь оказывался настоящий...

- Ничего я не готовил! Это единственный экземпляр.

- Не стоит отпираться. Уже в третий раз за сегодня говорю: факт вещь упрямая!

- Абсолютно точно помню, положил на стол и запер кабинет!

- Ну все, мне надоело. Прекратите нагло обманывать!

Разговор неумолимо переходил на повышенные тона. Вдруг Александр резко остановился и после паузы спросил:

- У вас в кабинете туалет имеется?

- Да, как в любом кабинете в нашей компании. Туалет, раковина и душ.

Теперь Александр побледнел, слегка запинаясь, он произнес:

- Что мы, собственно, горячимся? Все копии документов находятся у следователя. В конце концов, пусть органы правопорядка разбираются. Это их работа, на них уходят наши налоги, так что отрабатывать доверие общества их прямая обязанность.

Александр неожиданно поднялся из-за стола со словами:

- С вашего позволения, мы вас покинем, господа. До встречи в суде!

Артур и технолог побледнели, а у технолога даже появился нервный тик.

Александр со спутницей спустились на первый этаж, миновали вестибюль, вышли на улицу и сели в электромобиль.

Для Татьяны произошедшее оказалось совершенной неожиданностью. Когда электромобиль, вписавшись в общий поток, набрал скорость, она спросила:

- Что с вами? Что случилось? По какой причине мы так быстро покинули компанию, не доведя дело, ради которого приехали, до логического конца? И мне не очень понравилось ваше лицо. Похожее выражение я видела на лице Николая Арсеньевича - тогда, в ресторане, когда он сказал, что погибает...

Я заметила это в момент, когда вы заговорили с технологом о деталях, совершенно не относящихся к делу, например, есть ли в его кабинете санузел. При чем здесь душ, когда мы говорим о причинах безвременного ухода человека, нашего коллеги? Скорее, необходимо подумать о его душе, чем о душе в кабинете технолога.