Леонид Панасенко - Небесная лыжница

«В который раз я молю бога, чтобы он пощадил, избавил, простил? — с яростью и тоской подумал Роберт, вглядываясь в слепое небо. Он переключил браслет связи на служебную волну, но в эфире пока было тихо. — За себя — ни разу. А вот ради Бланки... До чего мерзко стоять вот так и ничего не делать... До чего страшно — быть бессильным! Хьюзы могут все. Превратить с помощью такого же дурака, как ты, людей в нелюдей. Найти их, сжечь или убить... Господи, помоги Бланке! Защити ее, спрячь в тучах... Дай уйти от погони!»

— Шеф, у меня пусто, — доложил Хьюзу пилот второй машины.

— Смотри внимательней, — буркнул полковник. Опять тишина.

И вдруг торжествующий голос Хьюза:

— Вот она! Роберт, здесь что-то есть. Я видел человека... Ниже, ниже, тебе говорят! — прокричал он пилоту. — Черт, куда же она подевалась?! Ведьма, Роберт, настоящая ведьма. Глаза горят, волосы развеваются...

«Испытывает, подлец. Хочет, чтобы я открылся. Чтобы разразился бранью или заорал что-нибудь в микрофон, потребовал... И наверняка половину врет. Бланка должна уже быть далеко. Кроме того, там Стивен... Он помешает Хьюзу просто из чувства противоречия».

— Слева! Слева мелькнула! — заорал снова полковник. — Прожектор... Дай я сам...

Хлопнуло два выстрела.

— Трос! — воскликнул испуганно Стивен. Послышался удар. — Сэр, откуда в небе трос?.. Мы Падаем, сэр. Парашют...

«Так вам и надо! — Роберт обрадованно засмеялся. Сержант, который первым увидел «ведьму», с удивлением посмотрел на шефа. — Наверно, Дэвид постарался. Или кто-нибудь из соплеменников Бланки. Так вам и надо! Стив, конечно, успел выпрыгнуть, а Хьюза и его компанию давно заждались в преисподней».

— «Кондор», «Кондор», я — «Скала», — на всякий случай сказал он в микрофон. — Что произошле? Отвечайте.

В эфире шорохи, попискивание. Он повторил вызов.

Через несколько минут отозвался пилот второго вертолета:

— «Скала», я — «Кондор-2». Мы потеряли машину. Все живы. Полковник Хьюз во время приземления сломал руку. Возвращаемся.

— Отлично! — пробормотал Роберт.

Он переключился на систему оповещения и не без удовольствия отдал распоряжение:

— Дежурному врачу Центра немедленно прибыть на аэродром. Подготовиться к госпитализации раненого.

В дверь постучали.

— Войдите, — сказал Роберт.

— Извините, шеф, — на пороге стояла Эвелина. — Хотела повидаться...

Роберт хмуро кивнул.

«Только тебя сейчас и не хватало», — подумал он, приглашая гостью в комнату.

Эвелина, почувствовав его настроение, улыбнулась.

— Я не буду требовать любви. — Она присела на тахту, закурила. — Я пришла попрощаться...

— Как? — изумился Роберт. — Ты уезжаешь? Надолго?

Эвелина встала и вдруг оказалась вовсе не пышкой, а деловой подтянутой женщиной:

— Навсегда. Я расторгла контракт. Не знаю, чем объяснить, но мне страшно в Западне. А тут еще Оливер...

— Ты была с ним?

— Какое это теперь имеет значение. — Эвелина пожала плечами. — Я, кажется, только с твоим Змеем и не была... Ты не проводишь меня, Роби?

— Не знаю. Должен приехать генерал. Не люблю начальство, но надо играть роль хозяина.

— Жаль. Я уже собрала вещи... Будь умницей, Роби. И уезжай отсюда тоже. У меня дурные предчувствия — здесь появился душок мертвечины.

— Спасибо за совет, — он неловко обнял Эвелину. — Не забывай своего... пациента.

Женщина ушла.

Роберт попробовал заняться расчетами емкости Змея, но в душе все ширилась и ширилась мрачная пустота. Он понял, что к вечеру обязательно полетит к Опухоли и будет гонять там планер до тех пор, пока не разыщет Бланку. Ведь Хьюз стрелял в нее. Мог ранить, напугать... Нельзя жить в неведении и терзать сердце страхами. Нельзя все время прятаться от страшной тайны Опухоли, ловчить перед всеми и делать вид, будто ничего не произошло. Он обязан спасти Бланку. Любой ценой. Увлечь ее за собой, заставить в конце концов обратиться к врачам. Приедет генерал? Тем лучше. Он-то и должен заняться Опухолью.

Роберт надел шлем, положил в карман несколько плиток шоколада — Бланка любит сладкое. По-видимому, жизнь в небесах не дается даром: силы девушки тают прямо на глазах.

Он благополучно миновал все места, где мог повстречать знакомых, но возле самого ангара наткнулся на профессора Доуэна.

— О, коллега, — обрадовался тот. Осмотрев Роберта, он заявил, близоруко щуря глаза: — У вас нездоровый вид. Вам надо хорошенько встряхнуться.

— Хандра, профессор, — явление планетарное, — пошутил Роберт. — Полетаю сейчас — развеюсь.

— Нет, нет! — Доуэн заговорщицки подмигнул. — Есть отличная идея... Мне тоже все осточертело. Поэтому я предлагаю устроить гранд-кутеж.

— Фу, опять напиваться, — Роберт отрицательно покачал головой.

— Вы не поняли, коллега, — Доуэн хихикнул. — Мой генератор «сонных лучей», наконец, вышел на проектную мощность. Есть, правда, неувязки с дозировкой, но это чепуха. Не принципиально.

— Не понимаю.

— Что тут понимать, — Доуэн опять хихикнул. — Давайте усыпим эту придурковатую страну дня на три, а сами вволю погуляем. Все доступно, все наше... Представляете?

— Вы серьезно? — Роберт даже отступил, заметив в глазах профессора странный тусклый блеск.

— Вполне. Составьте компанию, а?! Одному все-таки будет скучновато. Сонный мир — почти мертвый мир.

— Давайте отложим нашу затею, — как можно проникновенней сказал Роберт. — Мне надо уладить кое-какие-дела. Да и у вас, как я понял, есть еще неувязки.

— С дозировкой? — переспросил профессор. — Нашли о чем беспокоиться. Ну, не проснутся мои соотечественники — и что? Невелика потеря. Хотя нет — кто их хоронить будет?

— Вот-вот... — Роберт обошел Доуэна, будто неодушевленную вещь, открыл ангар.

«Если это шутка, — подумал он, — то она достойна специальной премии Клуба висельников. Однако профессор никогда не шутит... Если Доуэн может «путать» дозировку, то лучше бы застрелился он, а не Оливер».

Роберт поднял планер в воздух.

Улыбающийся профессор помахал ему с земли, будто напоминая, что его предложение остается в силе.

Роберт летал столько, что заболели руки, удерживающие штурвал.

«Что с Бланкой? — донимала его единственная мысль. — Она не могла обмануть. Может, что случилось?»

«Случилось!» — зловеще вскрикнул орел, напуганный планером.

Свежим рубцом пламенела на водах океана закатная дорожка.

Над Опухолью в пожаре уходящего дня дотла сгорали небесные замки и города из туч.

Вскоре все великолепие красок погасло. И когда Роберт, отчаявшись, решил повернуть машину домой, пришла Бланка. Она появилась не тайком, как всегда, играя и обманывая его, а открыто и беспомощно, из чернеющего звездного дна, не появилась, а упала на крыло рядом с кабиной.