Александр Смотриков - Вопрос первенства

— Знаешь, ты уже думаешь совсем как мы. Если бы я устраивал встречу, то поступил точно так же.

Компьютер продолжал передачу и нам оставалось ждать, пока земное железо все-таки соизволит сообразить, чего от него хотят. Через несколько часов (возможно, в команде нашелся башковитый парень), земной звездолет пришел в движение и начал стыковку. Тем временем Лео, Майк и я, облачившись в скафандры (небольшая маскировка; я попросил, чтобы в шлюзе горел такой свет, чтобы нельзя было увидеть лиц из-под забрал), подошли к шлюзу, соединяющему корабли. Открылся люк, и в конце шлюза я увидел землян. Людей. Они были тоже в скафандрах. Их было пятеро. Трое держали какие-то предметы в руках, один возился с приборами, как я понял, проверял атмосферу в шлюзе, а стоящий посередине приветственно поднял руку.

Я подал знак, и мы стали приближаться. Я шел посередине, так как был выше всех и для большего эффекта. Двигались мы медленно. Я думал, что происходит сейчас в умах землян, какие чувства они испытывают? Мы подошли на десять метров и я тоже поднял руку в знак приветствия. Инопланетяне сделали то же самое. Землянин повернулся и жестом пригласил пройти. Мы двинулись. Так же медленно подошли к люку. Лео посмотрел на датчик кислорода и кивнул. Наклонил голову и снял шлем. Земляне застыли. Майк справа тоже снял шлем. Видно, как ребята ни готовились к встрече, все равно были поражены. До сих пор не могу забыть выражение лица старшего офицера, когда я снял шлем и сказал:

— Ребята, у вас есть нормальный земной гамбургер и кока-кола? Мне эта инопланетная пища порядком надоела.

Трое землян тотчас же плюхнулись в обморок, а двое остались в сознании, только пооткрывали рты.

…Через пятнадцать минут вся команда земного корабля собралась в кают-компании и слушала мой рассказ. Вкратце я проинформировал их о положении в Галактике на сегодняшний день. Ребята сидели и молча слушали, видимо, кого-кого они не собирались увидеть среди инопланетян-гуманоидов — так это брата-землянина.

— И вот теперь Земле дано добро на участие в Галактической кооперации. Да, ответьте мне на один вопрос, каким образом вы так далеко залетели, ведь орбита Сатурна — довольно удаленное место. И еще, когда это был изобретен холодный ядерный синтез?

Мне ответил капитан, американец:

— Где-то в двадцатых годах. Сейчас все электростанции на Земле работают на нем, а на кораблях применяется уже лет пятьдесят.

— Постойте-ка. А какой сейчас год?

— Две тысячи девяносто третий, — ответил он, хотел что-то добавить, но увидев мое лицо, замолчал.

Мне действительно было о чем подумать. Наконец, кто-то решился и спросил:

— А когда ты улетел?

— В 2003.

Я возвращался домой. Уже на борту земного звездолета. Лео и Майк унеслись обратно, оставив инструкции ГС и пожелав всего наилучшего. Теперь мне оставалось подготовить Землю для входа в Союз. Я понимал, что теперь на Земле уже далеко не все так, как было. Единственное, что меня утешало — что я сделал для Земли хоть что-то. Да, именно для Земли, а не для какого-нибудь отдельного государства. Теперь Земля — одна большая страна и каждый человек трудится на ней для других людей, чтобы сделать жизнь лучше. Вот уже и орбита Земли, вот сама наша планета. Я ждал, с нетерпением ждал, когда ступлю на ее твердую поверхность. Раздался звук сирены, и корабль пошел на посадку.