Тимур Литовченко - Сила Кундалини

Николай уныло повесил голову. Так, в порыве бурного раскаяния он забыл прописную истину, не раз слышанную от Учителя: убийство убийству рознь, кто убивает по указанию Высшей Воли и Власти, тот заранее оправдан. Тот не преступник, тот - святой...

Губы Шри Вельбесаны, внимательнейшим образом наблюдавшего за Учеником, сложились в довольную улыбочку, когда лицо Николая наконец просветлело.

- Что, Господи, понял?

- Да, - Истинный Христос почти незаметно вздохнул. - Да, Учитель и Единственный Друг, Я вполне осознал...

- Не вполне, не вполне еще, - вновь застрекотал Шри Вельбесана, здраво рассудивший, что одним-единственным доводом полного успеха достичь невозможно. - Ты действительно понял, но не сердцем, а примитивным плотским разумом. А Ты сердцем почувствуй, сердцем постигни, Господи! Ощути на Теле Своем невидимую пелену немеркнущей святости, предохраняющей от всяческой скверны. Что захочет прилипнуть к Тебе, то отскочит, сойдет, скатится как с гуся вода. Что Тебе до одного мальчишки? Иегова лично уничтожил Содом с Гоморрой и даже не поморщился. А Ты, Господи? Достоин ли Ты Отца Своего Сокрытого? Что Тебе до этого неслуха? Ведь получил он, в общем-то, по заслугам, и если его мелкая никчемная душонка жарится сейчас в аду, то и поделом ему, окаянному.

- О чем ты говоришь? - переспросил изумленный Николай. Интересно, что такого мог натворить бедный Витя, чтобы быть удостоенным адского пламени...

Выслушав краткий рассказ Шри Вельбесаны Истинный Христос пришел в ужас. Как?! Его сын оказался способен на такое?! И лишь через некоторое время на ум пришла успокоительная мысль: что ж, раз проклятый мальчишка проявил столь явную и грубую извращенность наклонностей, в самом деле, так ему и надо! Поделом. Пожалуй, поделом... Но уйти из жизни с грехом на душе... таким вот страшным образом...

- И все еще не осознал Ты всей справедливости свершившегося правосудия, - с мягкой укоризной констатировал Учитель, прекрасно видевший, что Николай "не созрел" даже после этих слов.

- Он был совсем еще ребенком. Пойми, Наставник: совсем ребенком. Маленьким несмышленышем. Как мог он разобраться во всех тонкостях доктрины? Тем более что проклятые жиды сбили Моего мальчика с пути истинного! Они уговорили его есть яйца в открытом виде, и грех вошел в Моего сына... в Моего, Учитель, понимаешь? У Тебя нет детей, у Меня один ребенок умер прежде, второй... пусть и по Высшей Воле, но тоже умер. У Тебя никогда не было детей, и Тебе не понять...

С этими словами Истинный Христос обхватил поникшую голову руками и застыл точно мертвый. Шри Вельбесане чрезвычайно не понравилась эта речь. Никак не ожидал Наставник, что в душе Ученика сохранилось еще столько человеческого! О чем Шри Вельбесана и поспешил высказаться в довольно жесткой форме:

- Что Я слышу, Господи? И Тебя ли слышу? Или нечистый Дух сомнения и скверны говорит устами Твоими? Воистину, грех проник в наш священный мир вместе с мальчиком, и недаром Ты уничтожил его по мудрейшему указанию Сокрытого. Не позволяй же заразе овладеть Тобой! Вот миг истинного испытания, Господи.

Николай медленно выпрямился. Уши его так и горели, словно Шри Вельбесана только что хорошенько намял и накрутил их за некую провинность.

- Что Я сказал не так? - боязливо промолвил Истинный Христос, не привыкший получать подобные "разносы" от Учителя.

- Все не так, - отрезал Шри Вельбесана, и ответ этот прозвучал в его постоянно нашептывающих устах громким криком, хотя он как обычно не повысил голоса. - Все не так, Господи.

Да, Витя был совсем еще ребенком. Но разве не был ребенком в духовном смысле Адам, через которого грех вообще вошел в этот мир? А уменьшена ли была его вина за "духовную юность"? Отнюдь. И разве не наставлял Витю лично Ты, как наставлял грешника Адама лично Иегова? Оба они ослушались ясных и четких указаний Свыше, оба и получили по заслугам. Итак, Господи, вспомни происшедшее пять с половиной тысячелетий тому и не ссылайся более на несмышленость сына. Ему не нужно было разбираться в тонкостях Учения. Ему просто надлежало слушаться, чтобы обрести со временем благодать, а не погибнуть столь ужасной смертью.

Далее, что это за рассуждения о Твоем сыне? Не забывай, Господи, что все мы Твои дети. Все Братство. Не забывай о других, даже если горе застилает Тебе глаза. Да, это скорбь и горе по сыну. Однако то сын по плоти, у Тебя же осталось множество детей по духу, наибольшие из которых апостолы. Двоих из них Витя заразил грехом, что еще надлежит исправить, и они скорбят об осквернении. И Твоя служанка-жена также осквернена. Как же можешь Ты, о Господи, больше думать и сожалеть о мертвом, чем о живых? Не Ты ли велел мертвым хоронить мертвых? Тогда и думай в первую голову о живых Гераклии и Дионисии и о других нуждающихся, а не о Вите.

А преподать ли живым наставление? Ибо оно суть пища духовная, живые же есть дети Духа. Из всего происшедшего можно извлечь массу уроков. Я бы советовал Тебе, Господи, подготовить обширную и содержательную проповедь... или лучше даже несколько проповедей на различные темы...

Минут пять Шри Вельбесана разливался соловьем, перечисляя примерные темы проповедей, и закончил следующим резким выпадом:

- И наконец обрати особое внимание всех и каждого на столь очевидный теперь факт: международная жидо-масонская ложа не дремлет. Этот проклятый Богом народ как и в древности подстерегает овец Господних на путях к Источнику Вечной Благодати и готов лукавыми мудрствованиями совратить неопытных и нетвердых, подсунуть с пищей яд греха, как Исаак подсунул Исаву миску чечевичной похлебки, лишив его первородства.

- Да, они у Меня еще поплатятся, все поплатятся за смерть единственного сына, - пообещал Николай с неожиданной кровожадностью, бывшей так не к лицу кроткому Христу, тем более Истинному.

- Да будет так, - прошелестел в ответ Учитель, пряча довольную улыбку под ладонями, почтительно прижатыми на миг к устам. - Пусть все они поплатятся, но прежде всего - эти. Дионисий знает, где живут соблазнители Твоего сына, и уверяю Тебя, Господи, по первому Твоему слову он поведет одну из групп охраны куда следует.

Но все же не забывай, что нет в этом мире ничего проистекающего против Воли Бога. Даже зло Ему покорно. Без предательства Иуды Ты не прославил бы Себя на Голгофе. Хотя горе Иуде! А час тому назад Ты в точности и до конца исполнил Высшую Волю, выказанную Тебе в медитативном видении, - сказав это, Шри Вельбесана послал Ученику долгий интригующий взгляд. Николай же, с пристальным вниманием слушавший всю эту бессовестную демагогию и окончательно подпавший под гипнотическое влияние слов собеседника, встрепенулся и спросил: