Александр Горбовский - НФ: Альманах научной фантастики. Вып. 9 (1970)

Советскими учеными был разработан препарат НРВ — нефтяное ростовое вещество. После приема НРВ повышалась работоспособность, у седых людей темнели волосы, улучшался тканевый обмен и т. д. Однако при длительном испытании и этот вариант «эликсира молодости» не оправдал себя. Сейчас НРВ как стимулирующее средство разрешено только для наружного применения.

Несколько лет назад промелькнула публикация о том, что ученым одной из лабораторий удалось выделить для некоторых насекомых особый «омолаживающий гормон». Введение этого гормона способно якобы обеспечить пребывание насекомого в «молодом возрасте» неограниченное время. Если сообщение это истинно, можно ожидать, что рано или поздно подобный состав будет найден и для млекопитающих, в частности, для человека.

Следовательно, не такими уж наивными сказками и мечтами были сообщения о различных эликсирах молодости и вечной жизни, известных древним и хранимых ими в глубокой тайне. Надо думать, какое-то рациональное зерно, какой-то отзвук реальности несомненно есть в дошедших до нас сообщениях.

С чужим телом. В одном из зарубежных научно-исследовательских институтов демонстрировали странную лягушку. Странной была не ее внешность, странным было ее поведение. Вместо того, чтобы прыгнуть в воду, как поступила бы на ее месте любая другая, она принималась искать в земле нору, чтобы зарыться в нее, и т. д. Это непонятное поведение объяснялось довольно неожиданным образом.

— Мы пересадили мозг жабы в голову лягушки, — пояснил ученый. — И вот результат: лягушка движется, подобно жабе…

Этот эксперимент был проведен в 1963 году. Тогда многие полагали, что если подобные опыты и могут удаваться у низших животных, то у высших они обречены на неудачу. Но это было заблуждение. Оно было опровергнуто, когда советский врач-экспериментатор профессор В. Н. Демихов сумел пересадить голову одной собаки к туловищу другой. Созданные таким образом из двух особей существа проявляли все признаки осмысленного бытия и жили по два-три дня.

Опыты профессора Демихова вызвали большой резонанс в научном мире. Комментируя его открытие, известный американский нейрохирург Р. Уайт писал, что «пока эти работы, по-видимому, почти невозможно дублировать на человеке, хотя принципиально такая возможность должна быть признана».

Возможность эта во многом зависит от того, насколько успешными окажутся в конечном счете пересадки других органов человеческого тела — почек, печени, сердца. Если удастся окончательно решить проблему тканевой несовместимости, путь к экспериментам в этой области окажется открыт. Во всяком случае, уже сегодня дискутируется вопрос, что окажется целесообразнее — пересадка ли всей головы или только мозга человека. Р. Уайт высказывает при этом предположение, что пересадка только мозга может оказаться предпочтительнее. Уже имеются данные, позволяющие надеяться, что, в отличие от других органов, пересаженная мозговая ткань по истечении нескольких дней не переживает процесса отторжения.

«Возникает предположение, — заметил Р. Уайт в своем интервью «Литературной газете», — что мозг, самый благородный орган человеческого тела, возможно, и не будет подвержен тому процессу отторжения, которому подвержены менее важные, менее «благородные» органы». Можно представить себе в будущем людей, чей мозг, носитель их индивидуальности, будет много раз переходить из одного тела в другое.

Космическая ракета одно за другим роняет в полете свои секции только для того, чтобы как можно дальше забросить в пространство небольшую капсулу. Так же и человек. Одно за другим будет он отбрасывать состарившиеся и ставшие ненужными ему части тела. Но каждое из них будет все дальше уносить его по прямой времени — из века в век и из тысячелетия в тысячелетие.

Так индивидуум, живущий в самом начале становления коммунистического общества, меняя свои телесные оболочки, сможет увидеть его расцвет и его зенит. Человек, помнящий первые попытки космонавтов высадиться на других планетах Солнечной системы, века спустя сам будет участвовать в полетах к другим галактикам.

Его жизнь, его память вместят в себя целые эпохи человеческой истории. Вполне понятно, что мышление, восприятие мира будут весьма отличаться от наших. Это будет мировосприятие человека не только иной, более высокой общественной формации, но и человека, привыкшего к собственному бессмертию, считающего это естественным.

Все, что было раньше, — борьба династий, войны, дипломатические интриги и т. д., - все это будет в его глазах, по выражению К. Маркса, всего лишь «предысторией человечества». И где-то там, в этой «предыстории», невозвратно останутся поколения, на чьем труде и крови был замешен фундамент общества будущего. Того будущего, которое мы бессильны предугадать во всей его полноте, но смутным предчувствием которого были исполнены некоторые пророчества даже далекого от нас прошлого. Не о том ли будущем писал два тысячелетия назад автор «Апокалипсиса»? Он писал о днях, когда «смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет».

Мы говорили о возможности неограниченно продлевать жизнь индивида, перенося его сознание из одного тела в другое. Не исключено, однако, что на каком-то этапе человек вообще откажется от дарованного ему природой тела. Высказывается мысль, что к 2000 году будет создан почти полный набор искусственных органов человеческого тела: искусственные легкие, искусственные сердца, которые будут работать надежнее настоящих, искусственные руки и ноги, управляемые биотоками человека, и т. д. В Москве в одном из НИИ уже создана модель человеческой руки, которой можно управлять и манипулировать при помощи биотоков. Если вы сжимаете и разжимаете руку, импульсы, которые снимаются с вашей руки и направляются на ее искусственную копию, заставляют ее повторять каждый ваш жест, каждое движение. Вполне возможно, что, заменяя хрупкие и недолговечные части своего тела этими устройствами, человек когда-нибудь научится смотреть на свое тело, доставшееся ему от рождения, как на некий ненужный и варварский атавизм, тягостное напоминание о животном происхождении. Тогда человек будет так же легко расставаться с этим излишним придатком своего «я», как сегодня он расстается со своим аппендиксом. Вместилище же его индивидуальности, его сознания — мозг — обретет более вечную и надежную оболочку. Это будет тело, построенное из синтетических материалов, повинующееся приказам, исходящим из помещенного в нем человеческого мозга. Отдельные узлы и детали этого «тела», как и все оно, будут заменяемы и поэтому практически вечны.