Сирил Джадд - Марсианский форпост

— Да, конечно, а ты будешь шляться по дому в пижаме или махровом халате, — скептически подхватил Тони, — и учиться дышать без помощи оксиэна! Скажи-ка мне лучше, Мериэн, что там говорят наши женщины по поводу этой маркаиновой пропажи?

— Что говорят? Думаю, то же самое, что и мужчины. — Она поместила два маленьких кусочка ткани, совместив их по предполагаемому шву, в зажим теплосшивателя, проверила результат, покачала головой и повернула регулятор мощности еще на пару делений. — Мои подруги считают, что эта афера скоро лопнет. Даже если нам не дадут отправить груз этим рейсом, к прилету следующего корабля все так или иначе образуется. Неприятно, конечно, когда тебя насильно загоняют в карантин, но мы и не через такое проходили.

Она снова попробовала теплосшиватель, осталась довольна получившимся швом и начала ловко орудовать громоздким агрегатом, оставлявшим за собой ровнехонькую строчку, какой не добьешься ни на одной швейной машине.

— Жаль только, мне вряд ли удастся увидеть Дугласа Грэхэма, — добавила со вздохом. Мериэн. — А я так надеялась! По-моему, он просто душка.

— Кто?! — встрепенулся Ник. — Ах да, вспомнил, ведущий комментатор программы «И это все о…». Мой главный соперник! Между прочим, должен бы гордиться, хотя против меня у него шансов все-таки маловато.

— Это что, семейная шутка? — с подозрением осведомился Тони.

— Шутка, да только не семейная, а всепланетная. Я имею в виду господина Грэхэма. Даже межпланетная, поскольку он как раз собрался нанести визит на Марс.

— Так это тот самый тележурналист, — задумчиво протянул Хеллман, смутно припоминая, что в прошлый прилет корабля судовой врач говорил ему об ожидающемся посещении планеты королем репортеров.

— Он классно работает, — вступилась за своего кумира Мериэн. — Я смотрела «И это все об Евразии», и мне жутко понравилось. Все эти диктаторы, хан Татарии, исторические ссылки… Он так здорово вел ту передачу, что казалось, будто читаешь захватывающий роман.

— Значит, скоро мы увидим его очередной опус: «И это все о Марсе»,громко и насмешливо проговорил Ник. — Глава первая, страница первая: «Колонии Сан-Лейк-Сити, или Знаменательная веха на пути прогресса человечества».

— Ты думаешь, он станет о нас писать? — с надеждой спросила Мериэн. Хорошо бы, конечно, лишь бы только эта дурацкая история с маркаином не помешала.

— Ну нет, киска! Нами он вряд ли заинтересуется, разве что в чисто обзорном плане. Все его знаменитые серийные репортажи проходят под эгидой ВЭС, так что у нас нет ни единого шанса. Всемирному Экономическому Сообществу глубоко плевать на жалкие потуги каких-то заштатных колонистов-кооператоров. Их волнуют достижения солидных фирм. Вот Питко-3 наверняка удостоится внимания прославленного Грэхэма. Еще бы! Они всегда готовы выложить любые деньги на рекламу. Я думаю, он посетит большинство крупных индустриальных поселков и потом распишет их как очаги процветания и свободы предпринимательства, «случайно позабыв» при этом упомянуть всякие «мелкие» недостатки, типа недавно открытого борделя с привозными девицами в том же Питко-3.

Мериэн сердито поджала губы.

— По-моему, это просто неприлично!

— Ты, как всегда, права, крошка, — кивнул Ник с самым серьезным выражением на лице. — Придется сегодня ночью навестить мадам Розу давненько, кстати, я у нее не бывал — и передать ей, что моя супруга считает ее заведение и ее девочек очень неприличными. Не желаешь присоединиться, Тони? Вот славно бы погуляли на пару!

Хеллман чуть не поперхнулся от неожиданности и сумел лишь выдавить из себя что-то нечленораздельное. Насколько он мог судить по предыдущему опыту, чувство юмора у Мериэн отнюдь не было рассчитано на такие лошадиные дозы.

— Я совсем не это имела в виду! — закричала Мериэн в негодовании. — Я хотела сказать, что с его стороны неприлично и неэтично закрывать глаза на… Ой, да ты просто пошутил, милый, верно? Все равно я не думаю, что он так поступит. Я же читала его книги — это хорошие, честные книги!

— А у вас не найдется хотя бы одной для меня? — поспешно спросил Тони, чтобы разрядить обстановку, — Стыдно признаться, но я не читал ни одной вещи Грэхэма.

— Не хотелось бы мне отвлекаться от дела, — протянула Мериэн с ноткой обиды в голосе, — да уж ладно…

Она положила теплосшиватель и согнала доктора с семейного сундука, на котором тот сидел. Сначала на свет появилась масса шерстяных носков, нижнего белья, каких-то тряпок, и только потом, когда хозяйка добралась до нижних уровней, она извлекла карманное экспортное издание, напечатанное, естественно, на папиросной бумаге. Она молча протянула книгу гостю. Тони раскрыл ее наугад и стал листать, порой задерживаясь на заинтересовавшем его абзаце или отдельной фразе.

«Вот подлинные слова человека, правящего двадцатью пятью миллионами подданных и держащего под контролем узкую полоску земли, которая является единственным связующим звеном на суше между пограничьем Панамериканской Федерации, проходящим вдоль великой китайской реки Янцзы, и владениями ее союзников на Ближнем Востоке:

— Передайте, пожалуйста, народу вашей страны мой сердечный привет и горячие уверения в том, что мир и дружба между обоими нашими великими государствами будут вечными и неизменными, пока я занимаю этот пост. Трудно переоценить значение…»

— Не думаю, что много потерял, — сказал Тони, возвращая книжку. Мериэн тем временем продолжала рыться в сундуке, зачарованная обилием полузабытых сокровищ, которые в нем скопились. Просто удивительно, сколько там было ни разу не использованных вещей, которые были привезены с Земли и без которых, казалось, невозможно обойтись.

— А вот еще кое-что! — со смехом воскликнула хозяйка. — Я читала эту дребедень еще на Земле и искренне считала, что на Марсе она нам пригодится.

И она показала доктору небольшую брошюру с крупными красными буквами заглавия на обложке: «Чудеса Марса», написанную неким Джимом Гренста по прозвищу Красный Песок, якобы одним из первых пионеров освоения планеты.

Ник взял книжонку в руки и пролистал несколько страниц, припоминая содержание. На губах его мелькнула ироничная усмешка.

— Это сущий кошмар, Тони, — заметил он. — Одни заглавия чего стоят! Вот полюбуйся: «В поисках изумрудных россыпей», «В плену песчаного смерча»… Да на Земле обычный снегопад в сто раз хуже, чем самый свирепый песчаный смерч на Марсе. Черт его знает, где этот Джим Гренета набрался подобных глупостей! А вот еще: «Как марсианские гномы осаждали мой лагерь у Кольцевых Скал». Что, не веришь? На, посмотри сам. Этот тип пишет, что проклятые гномы постоянно путались под ногами и мешали бесстрашным пионерам вроде самого Джима вести освоение новых земель. Хуже того, они еще убивали людей и воровали маленьких детей. Правда, вблизи их видели крайне редко…