Вольдемар Грилелави - Сайт двойников

Жена скептически смотрела на мужа, сама не понимая, зачем вмешалась в этот глупый разговор-полемику. Он сам по себе был глуп и нелеп. Но она догадывалась, что этим ненужным спором отвлекает себя от более серьезного диалога. И сам Сергей, а это уже не просто казалось, но и была уверена, не догадывался, а и знал о ее состоянии. Галина была не на распутье, а в самом движении по иной траектории от семьи, от любви, от него — мужа. Им двоим эта ситуация, в которой они оказались волей некоего третьего, вмешавшегося в их размеренную и правильную жизнь, казалась нелепой и неправдоподобной, словно происходящей с неким посторонним.

— А по-твоему, — продолжала этот гнусный разговор Галина, — так он вообще должен явиться перед детьми обнаженным, изображая тем самым самого независимого от холода?

— Почти. Но не совсем обнаженным, а в легком ином одеянии, лишь прикрывающем наготу. А борода не согревающий элемент, а символ древности, как сам мороз на планете. Бриться не нужно. Само бритье — атрибут прогресса и современности.

Из тупого глупого разговора не было выхода. Чем дальше, тем больше виднелся тупик. Никто из них не мог остановиться, чтобы молчанием не выдать истинных мыслей. Но дальше не замечать перемен в отношениях они уже не в состоянии, и требовалось скорее поставить все точки над "i". Однако для этого шага нужно набраться смелости, чтобы одним взмахом выбросить на свалку или, грубее сказать, на помойку почти четверть века дружбы, любви и жизни друг ради друга.

Сергей долго не желал верить женским, а затем уже мужским сплетням, схожим с действительностью. И, когда позвонили в дверь, Галина с облегчением вздохнула, словно за дверью стояло ее освобождение и спасение. Так же легко почувствовалось и Сергею, но он твердо решил, хотя и сам не был до конца уверен в своей непоколебимости, что после ухода неизвестного гостя задаст жене, четко сформулированный и конкретный вопрос. Хватит с них этих закулисных игр.

Да, ответ пугает, поскольку он известен, если Галина не попытается продолжить игру в молчанку. Но он будет настойчив и потребует конкретики. Все равно так дальше жить уже невмоготу. Он уже и в постели боится прикоснуться к ней. Но чувствует и ее страх, близкий к паническому ужасу. Вот так с полночи с открытыми глазами они и притворяются друг перед другом, что ничего не происходит, и жизнь продолжается. А потом утром прячут красные и распухшие глаза, стараясь скорее проглотить свой завтрак и сбежать от вопросов и ответов на работу.

— Сергей, выйди сюда! — тревожным голосом из прихожей позвала Глина мужа. — Это к тебе.

— Ну и кто там мог ко мне прийти? — в шутливом тоне спросил он, выходя навстречу пришедшим. — Я никого не жду сегодня, а на работу не пойду. Законный выходной. Не имеют право лишать.

На пороге стояли двое в штатском, но по их лицам и выправке чувствовалось, что это их не служебная одежда. А позади их топтался, словно виноватый, участковый старший лейтенант Воробьев. С Женькой Воробьевым они были хорошо знакомы, поэтому Сергей и хотел сразу же по-дружески поздороваться с ним за руку. Но штатские преградили его намерения и официальным тоном спросили:

— Вы и есть Сергей Владимирович Митяев?

— Да, я и есть он. Вот участковый запросто может подтвердить, — все еще не веря в серьезность происходящего, с тем же весельем в голосе отвечал суровым мужчинам Сергей. — А что такое может произойти, чтобы усомниться по этому поводу?

— Серега, — более дружелюбно попросил Воробьев. — Они тут, понимаешь, с такими какими-то нелепыми обвинениями. Это из прокуратуры. Я пытался сказать, так не верят.

— Мы сами объясним, — прервал заикания участкового один из штатских, поворачиваясь в сторону старшего лейтенанта. — А вас попросим пригласить понятых, — и уже потом протянул Сергею стандартный лист бумаги. — Вот ордер на ваш арест и обыск. Попрошу без лишних телодвижений, и оказывать максимально помощь следствию. В ваших же интересах сразу правдиво отвечать на все вопросы.

Что больше поразило Сергея в этой напряженной нелепой ситуации, так это метаморфоза с настроением Галины. В ее глазах внезапно отразился радостный блеск, словно эти незваные неожиданные гости явились, как спасители ее из лабиринта усложнившейся жизненной коллизии. Вот они заберут сейчас от нее мужа на длительный срок, и Галине не придется сочинять оправдания и выкручиваться и этих пут. Все легко и просто решается само собой и без ее участия. У нее, как понял Сергей, сейчас даже возникли трудности по скрытию этой внезапной радости.

— А можно, — слегка охрипшим от волнения голосом попросил Сергей субъекта с бумагами в руках, словно это и был главный, — на словах пояснить причины вашего явления. Ну, и что мы собираемся искать в моей квартире за преступные предметы, которые я пытаюсь припрятать в собственном доме? Если заначку от жены, так я и без свидетелей и понятых вам могу ее остатки предъявить. Там такая мелочь осталась, что ее сумма даже супругу мою не в состоянии заинтересовать.

— Вот оптимизм с юмором слегка неуместен, — строго, не поддерживая веселое настроение Сергея, ответил второй штатский. Как, оказалось, по интонации в голосе и соответствующему поведению, понял в последствие Сергей, он и есть старший и главный в этой компании. — Вы обвиняетесь в убийстве гражданина Василия Мишкина в Колычеве, находясь там в командировке. А искать будем пистолет, которым вы поначалу угрожали, а затем все-таки застрелили за день до отлета.

— Ваську замочили? — даже немного довольный и обрадованный таким сообщением, воскликнул Сергей. — Ну, и, слава богу. А то он уже всех там достал своими похождениями. Допрыгался, значит. Видать, кому-то он больше мешал, если тот одними угрозами не ограничился. А вы знаете, хоть он и бы малолеткой, но тварью слыл изумительной. Ох, не за зря его замочили. Кому-то сильно наступил он на мозоль. Только слегка неясно мне, зачем же все хотите на меня перевести? Крайний?

— Стало быть, вы не отрицаете, что хорошо знали его и угрожали оружием. Да, как я понял, вы и не собираетесь скрывать этого факта. Уж очень грубо и публично сделано все.

— И не отрицаю. А зачем? Только вы ко мне за оружием зря пришли, — удивился Сергей. — Мы оружие получаем перед командировкой и с таким же успехом сдаем его по прибытию. Известное и понятное деяние. Никто мне его не позволит дома хранить.

— А мы не думаем, что вы настолько глупы, чтобы со служебного пистолета убивать. У нас есть версия, что для такой операции вы запаслись дополнительным неучтенным пистолетом.

— И оставил у себя дома, чтобы продолжать мочить в том же духе мне неугодных, — немного весело продолжил мысль штатского Сергей. — Умней будет искать его в арыке.