Дэвид Эддингс - В поисках камня (Белгариад - 3)

Вдруг в воздухе прямо перед лицом Гариона возникла женская голова. Глаза её были вытаращены, рот перекошен беззвучным криком. Обрубок шеи кровоточил, капли крови исчезали в никуда.

- Поцелуй меня, - прохрипела голова. Гарион закрыл глаза, лицо его прошло сквозь голову.

- Видишь, - заметил голос как бы между прочим, - это не так страшно, как ты воображал.

- Почему я - иное дело? - осведомился Гарион.

- Кое-что предстоит сделать, и сделать тебе. Все остальные были только подготовкой.

- Что именно я должен сделать?

- Узнаешь, когда придет время. Если узнаешь слишком рано, то можешь испугаться. - Голос сделался сухим и строгим. - Тебе и без того придется непросто.

- Почему мы говорим об этом сейчас?

- Тебе надо знать, зачем ты должен это сделать. Это может помочь тебе, когда придет время.

- Хорошо, - согласился Гарион.

- Очень-очень давно случилось нечто, чему не следовало случаться, - начал голос внутри его мозга. - Вселенная возникла по определенной причине и постепенно двигалась к намеченной цели. Все шло, как и должно было идти, как вдруг произошло нечто неправильное. Это был пустяк, но произошел он в должное время и в должном месте - вернее будет сказать, в недолжное время и в недолжном месте. В любом случае он изменил ход событий. Тебе понятно?

- Кажется, да, - отвечал Гарион, морщась от напряжения. - Это как если ты бросаешь камень во что-то, а он отскакивает от чего-то другого и летит куда ты вовсе не хотел - как когда-то Дорун швырнул камнем в ворону, а камень отскочил от ветки и разбил Фолдору окно?

- Именно так, - поздравил его голос. - До этого момента существовала только одна возможность - первоначальная. И вдруг их стало две. Давай сделаем еще один шаг. Если б Дорун - или ты - очень быстро кинул другой камень и попал бы в первый прежде, чем тот долетел до Фолдорова окна, возможно, первый камень попал бы таки в ворону.

- Возможно, - с сомнением отвечал Гарион. - Только Дорун вовсе не так хорошо кидался камнями.

- Я умею это гораздо лучше Доруна, - сказал голос. - Собственно, ради этого я и возник. В некотором роде ты - камень, который я кинул. Если ты попадешь в тот, другой камень, ты развернешь его и направишь туда, куда ему было изначально назначено лететь

- А если нет?

- Фолдорово окно разобьется.

Нагая женщина с отрубленными руками и торчащим из груди мечом вдруг возникла прямо перед Гарионом. Она визжала и стонала, обрубки рук брызгали кровью ему в лицо. Гарион протянул руку стереть кровь, но лицо его было сухим. Не видя призрака, лошадь прошла сквозь него.

- Мы должны вернуть события в правильное русло, - продолжал голос. - Некое действие, которое ты должен будешь совершить, - ключ ко всему. Долгое время то, что должно было случиться, и то, что случалось на самом деле, шло в разных направлениях. Теперь они снова начинают сходиться. Точка, где они сойдутся, это та точка, в которой тебе придется действовать. Если это тебе удастся, все выправится; если нет - все по-прежнему будет идти не так, и цель, ради которой возникла Вселенная, достигнута не будет.

- Как давно это началось?

- Еще до сотворения мира. Даже до богов.

- Удастся ли это мне? - спросил Гарион.

- Не знаю, - отвечал голос. - Я знаю, чему надлежит быть, а не то, что будет. Тебе надо понять кое-что еще. Когда произошла ошибка, она породила две разные линии возможного, и каждая из этих линий имеет свою конечную цель. Иметь цель - значит её осознавать Говоря попросту, я - сознание первоначальной цели Вселенной.

- Только теперь есть другое? - предположил Гарион. - Другое сознание, я хотел сказать - связанное с другой линией возможного?

- Ты даже сообразительней, чем я думал.

- А не захочет ли оно, чтобы все по-прежнему шло неправильно?

- Боюсь, что захочет. Тут мы подходим к важному месту. Точка во времени, когда все решится, очень близка, и ты должен быть готов.

- Почему я? - спросил Гарион, отбрасывая отрубленную руку, пытавшуюся схватить его за горло. - Не может кто-нибудь другой это сделать?

- Нет, - сказал ему голос. - Это происходит не так. Вселенная ждала тебя миллионы лет - больше, чем ты можешь даже вообразить. Ты несся к этому событию с начала времен - ты один. Только ты можешь сделать то, что надлежит сделать, и это самое важное из того, что когда-либо произойдет, - не только в нашем мире, но и во всех мирах во Вселенной. Есть народы, населяющие миры столь отдаленные, что свет их солнц не достигает этого мира, и они исчезнут, если ты не выполнишь свое предназначение. Они никогда не узнают и не поблагодарят тебя, но от тебя зависит все их существование. Другая линия возможного ведет к полному хаосу и разрушению, но мы с тобой ведем к иному.

- К чему?

- Если тебе удастся совершить что надо, ты доживешь до этого времени и увидишь сам.

- Хорошо, - сказал Гарион. - Что мне надо делать - я хочу сказать, сейчас?

- Ты обладаешь огромной силой. Она дана тебе для того, чтобы ты смог совершить намеченное, но ты должен научиться ею владеть. Белгарат и Полгара стараются тебе в этом помочь, так что перестань им противиться. Ты должен быть готов, когда придет время, а оно гораздо ближе, чем ты думаешь

Обезглавленная фигура стояла на дороге, держа в правой руке отрубленную голову. При приближении Гариона она приподняла свою ужасную ношу, и перекошенный рот разразился ругательствами.

Проехав сквозь призрак, Гарион вновь попытался заговорить с тем, кто находился внутри его сознания, но не нашел его там.

Дорога миновала развалившееся каменное строение. На поваленных камнях теснились призраки, словами и жестами завлекая путников.

- Чересчур много женщин, - спокойно заметила тетя Пол.

- Это было их национальной особенностью, - отвечал ей Волк. - На одного мальчика у них рождалось восемь девочек. Из за этого им пришлось внести некоторые необходимые поправки в отношения между полами.

- Полагаю, ты находил это занятным, - сухо заметила она.

- Мараги смотрели на многое не совсем так, как другие народы. Брак никогда не пользовался у них большим уважением. В некоторых отношениях они были весьма свободны.

- Это так называется?

- Постарайся не быть такой узколобой, Пол. Общество существовало; только это и важно.

- Не только это, отец, - сказала она. - Как насчет их каннибализма?

- Это была ошибка. Кто-то неправильно понял отрывок из их священных текстов, и все. Они делали это из чувства религиозного долга, не по влечению. В целом мараги мне нравились. Они были благородны, дружелюбны и честны друг с другом. Они любили жизнь. Если б не золото, они бы, вероятно, преодолели это в себе.

Гарион совсем забыл про золото. Когда они переезжали ручей, он посмотрел на сверкающую воду и увидел маслянисто-желтые искорки, вспыхивающие меж гальки на дне.