Александр Байбак - Сафари жертв, жертвы жертв

Вот так и получилось, что система 37-й Близнецов стала франкоговорящей. В ней обнаружилось пять планет, одна из них была весьма близка по условиям к Земле, еще на двух можно было существовать под защитными куполами. После Большой Войны поддержка со стороны Метрополии прекратилась, и населявший систему вздорный народец погряз в междоусобицах. Однако достаточно быстро власть в свои руки взяли местные промышленные олигархи, навели порядок на Гемини-2 – землеподобной планете, и вышвырнули всех недовольных новыми законами анархистов на Гемини-3, после чего на некоторое время оставили их в покое. Потом началась знаменитая эпопея с пиратством, закончившаяся образованием конвойных войск. Флибустьеров чувствительно прижали к ногтю, и они слегка остепенились. Выразилось это в том, что Гемини-3 превратилась в законопослушную планету с развитой промышленностью. Пиратские кланы никуда не делись, но численность их стала просто смехотворной – несколько тысяч человек и не больше сотни кораблей. Как только какой-то из кланов начинал бесконтрольно расти, против него тут же проводилась превентивная акция, после чего клан практически переставал существовать. В результате сложилось некое равновесное состояние: пираты гадили по мелочи, в основном в Приграничье, и участвовали финансово в экономике Внешнего Мира. За это правительство системы не вырезало их под корень. Теперь, судя по всему, кто-то возжелал стать повелителем собственного царства, и вряд ли это сам Плохиш Фенье, наверняка кто-то из промышленных олигархов замешан. А возможно, и целая компания. Не живется людям спокойно.

Мало нам проблем с сепаратистами во Внутренних Системах. Колонии вполне самостоятельны, законодательство в каждой свое – единственное требование, предъявляемое к ним Метрополией – непротиворечие его Конституции Федерации. Однако ж находятся чудаки, мало им власти, хочется еще и еще – и безразлично, что придется остановиться в развитии на уровне Внешних Миров, главное, независимость выцарапать. С такими успешно боролись, главным образом, за счет поддержки большинства населения. Но бунты время от времени вспыхивали, куда ж без них. С Приграничьем на этот счет было проще – места суровые, промышленность развита хуже, население меньше. Без поддержки Метрополии останется только погрязнуть в дикости. И народ местный это прекрасно понимал. Потому и не было в колониях такого бардака, как на Земле – все чинно и благородно, на государства делиться смысла никакого, так как население этнически однородно, и подчиняется правительству соответствующего представителя Большой Четверки. А заняться и без грызни за власть есть чем.

К тому же Большая Война оказала мощный эффект – перед лицом общей опасности люди сплотились, как никогда раньше. А тех, кто на интересы человечества в целом наплевал с высокой колокольни, безжалостно уничтожили в первые же месяцы войны. Превентивные меры подействовали, за все годы противостояния с легорийцами ни в одной системе не возникло даже попытки бунта. А после тяжело доставшейся победы было не до распрей – экономику бы восстановить, и детей нарожать достаточно. Так и жили последние сто лет, и только сейчас вновь повылазили из своих щелей всяческие либералы и толерасты на Земле и во Внутренних Системах. Приграничье пока держалось.

Глаза начали немилосердно слипаться. Блин, четвертый час уже! Вставать скоро. Я выключил терминал и устроил его на прикроватной тумбочке. Прикоснулся губами к Ольгиной щеке и откинулся на подушку. Буквально через пару минут я провалился в глубокий сон. Снился мне почему-то степной пожар, охвативший землю до самого горизонта.

Глава 2

Система Риггос-2, планета Ахерон, Чернореченск,

24 марта 2535 года

Хорошо все-таки дома! Не то, что в тряском кунге на жестких нарах валяться. Тут тебе и кровать с чистым бельем – Ольга Сергеевна постаралась – и сортир со всеми удобствами, и душ… И тишина. Так что вторую половину ночи, после прибытия конвоя с Базы-7 в Чернореченск, я провел вполне комфортно, добирая недосып накануне переброски. И то сказать, двадцать третье марта выдалось на редкость суетливым днем. Подъем в восемь, торопливое прощание с Ольгой, общий сбор на тренировочной базе, контрольный прогон по полосе препятствий, потом поход к Сереге Акимову за оружием и прочим снаряжением, оставленным у него на хранение. Боеприпасы загодя были упакованы в спецконтейнер, который за нами следом должны будут протолкнуть через телепорт. Та еще дура – почти три центнера. После завернули на стрельбище – проконтролировать и при необходимости пристрелять новые стволы. Тренировались-то мы с местным оружием, которое нам под расписку выдавал капитан Вайсман. Поход в санчасть, за новой порцией прививок, здесь же наш санинструктор сержант Борисов затарился медикаментами. Малый кибермедик уже был упакован в пресловутый контейнер. В суете время пролетело незаметно, и после обеда группа в полном составе собралась в грузовом терминале. Последовал краткий инструктаж со стороны Борщевского, который можно было уместить в двух требованиях – "не нарывайтесь" и "быстрее"; затем уже привычный – в третий раз, как-никак – переход, и вот мы уже на Базе-7, за многие десятки световых лет от родной Бурной. Тут нас ждали. Можно даже сказать, с нетерпением. Комиссия по встрече собралась весьма представительная – полковник Соломатин, главный "мародер", при поддержке главного же научника Зайцева. Не хватало только генерала, но полковник опередил меня, буркнув, что Злобин сильно занят разборками в Совете.

Расспрашивать нас о результатах "поездки" высокая принимающая сторона не торопилась, Соломатин лишь забрал у Волчары пакет документов, который передало наше командование на Бурной, пообещав просмотреть в пути. А дальше события завертелись чуть ли не со звуковой скоростью – команду разделили, определив рядовой и сержантский состав на постой в как по волшебству выросшей казарме здесь же на базе, а нас троих – меня, Волчару и Шелеста – с ближайшим конвоем отправили в Чернореченск. Что характерно, главный "мародер" отправился с нами, оставив рулить на базе Зайцева. Прибыли в город посреди ночи, поэтому последовала команда расходиться по домам и досыпать, а к восьми ноль-ноль быть в штабе "мародеров". Я без колебаний выцыганил у полковника "бобик" с водилой, на котором и добрался до съемной квартиры. Шелеста Соломатин обещал разместить в офицерском общежитии. Они быстро нашли общий язык и всю дорогу о чем-то переговаривались, мешая мне дремать. На Волчару же это не произвело ни малейшего впечатления, он дрых без задних ног, хорошо хоть, не храпел. В общем, встретила меня Ольга Сергеевна, Сашкина мать. Выяснилось, что он уже четвертые сутки пропадает в Мутагенке, Андрей Вениаминович – отец – на дежурстве, а Варвара – старшая сестра – спит в своей комнате. А посему я отбрехался от предложенного перекуса и, извинившись за беспокойство, ушел к себе. Свежая постель встретила приятной прохладой и я благополучно уснул, даже сновидения не мучили. Проснулся на звук будильника, свежий и бодрый, чего за собой по утрам не замечал уже давненько.