Михаил Пухов - Рассказы

— Понятно. — Разумеется, я был разочарован. — Короче говоря, вы забыли пистолет в рубке.

— К сожалению, нет. В тоннеле я снова наткнулся на мембрану. Она ждала меня, виляя несуществующим хвостом. Мы хорошо относились друг к другу.

Казалось, все было как в прошлый раз. Но вы понимаете, что ситуация изменилась.

«Пропусти меня, пожалуйста, — сказал я ей. — Я очень тороплюсь».

Она уловила нетерпение в моем голосе и заколебалась.

«Пожалуйста, пропусти», — еще раз попросил я.

Она напряглась, стала плотнее.

«Пропусти», — повторил я. Спокойно, как мне казалось.

Она сделалась еще тверже. Я ее понимал, но у меня не было времени. Я уже ничего не мог с собой поделать.

«Немедленно пропусти меня! — крикнул я. — Ты меня слышишь?»

Она вздрогнула, подалась назад, уплотнилась, и стала глухой, как стена крепости.

— И вы…

— Да, — сказал он. — Если бы у меня не было пистолета, все было бы по-другому. Я нашел бы нужные слова. Но пистолет был.

Он замолчал, потом сказал:

— С тех пор нигде и никогда у меня не было случая, чтобы оружие было действительно необходимо. Я убежден, что таких ситуаций нет. Вы применяете оружие только потому, что оно висит у вас на поясе.

Потом он сказал:

— А когда его нет, лучше.

Потом он ушел, а через полчаса объявили рейс на Солнечную систему, и я в толпе других двинулся на посадку.

Свет звезд

«Химия и жизнь», 1977, ‘ 7.

— Я так не могу, — сказал штурман, когда капитан появился в рубке. — Я этого больше не вынесу. Вам придется высадить меня в ближайшем порту.

— А в чем дело? — спросил капитан.

— Я не могу больше работать с вашим шкибером, — сказал штурман.

— Почему?

— Он меня раздражает, — объяснил штурман. — Я не знаю, кто его так запрограммировал, но мне от этого не легче. Вы только послушайте.

Он нажал кнопку переговорного устройства.

— Летим косо, — послышалось из динамика. — Пустота. Мрак.

— Это называется текущее донесение, — объяснил штурман. — И так целый день.

Капитан улыбнулся.

— По-моему, неплохо.

— Возможно, — сказал штурман. — Но мне нужна информация.

— По-моему, ее и так много, — сказал капитан.

— Возможно, — сказал штурман. — Но мне от этого не легче. Это значит, что я должен брать секстант и выяснять, что там с курсом.

— Вы так считаете? — сказал капитан.

— Да, — сказал штурман. — Но скорее всего окажется, что с курсом все в порядке, и он сказал «косо» просто потому, что это слово не хуже других.

— Ну, это невозможно, — сказал капитан. — Ложную информацию не пропустит контрольный блок.

— Для вашего шкибера нет ничего невозможного, — сказал штурман. — Что для него какой-то там блок? Он всегда отыщет линию, относительно которой мы летим «косо».

— Да? — сказал капитан. — Так вы думаете, что это линия?

— Да, — сказал штурман. — Причем любая линия. Это может быть направление на Солнце, или направление на базу, или на центр Галактики, или еще куда-нибудь. А расхлебывать всю эту кашу придется мне. С помощью банальных навигационных инструментов.

— Что делать, — сказал капитан. — Такова жизнь.

Капитан вышел в коридор и открыл первую дверь налево. Там размещался пункт связи. Капитан склонился над столом и написал что-то на листке бумаги.

— Сеанс скоро? — спросил он связиста. — Передай на базу вот это.

Связист пробежал глазами написанное.

— А почему? — сказал он. — По-моему, он ничего.

— Возможно, — сказал капитан. — Но он сам этого хочет.

— Да? — сказал связист. — Ему что, не нравится наш корабль?

— Ему не нравится наш шкибер, — сказал капитан.

— Понятно, — сказал связист. Он положил листок бумаги с написанным текстом под глаз шифратора. Капитан сел рядом. Связист включил шифратор. Шифратор тихо запел. Некоторое время они сидели молча.

— Хорошая песня, — сказал потом капитан.

— Еще бы, — отозвался связист.

— А вот со штурманом нам не повезло.

Они дослушали песню.

— Я еще зайду, — сказал капитан. — Забегу, чтобы узнать о результатах.

Связист молча кивнул. Капитан вышел в коридор, открыл дверь следующего помещения и сел напротив своего помощника.

— Ты был прав, — сказал он, когда тот освободился. — Я уже послал рапорт.

— А когда я был не прав?

— Никогда, — сказал капитан. — Но все-таки.

— Тебя самого надо списать в ближайшем порту, — сказал его помощник. — Не бойся, я шучу. И у нас будет хороший штурман.

— Точно?

— Мне так кажется, — сказал помощник. — А сейчас тебе лучше быть в рубке.

— Зачем?

— На всякий случай.

— Что-нибудь случится?

— Может быть.

— А что случится? — спросил капитан.

— Ты слишком многого от меня хочешь, — сказал его помощник. — Я и сам этого еще не знаю.

— Смотри у меня, — сказал капитан.

— Ничего, — сказал помощник. — Иди лучше в рубку. И захвати кого-нибудь из пилотов.

— Это будет контакт?

— Вряд ли. Но не огорчайся.

— Хорошо, — сказал капитан. — Я пойду.

— Еще увидимся.

Когда капитан снова вошел в рубку, он увидел, что штурман сидит у секстанта, вращая рукоятки и вполголоса чертыхаясь.

— Вы уже определили курс?

— Нет, — сказал штурман. — Я незнаком с этой моделью. Вашему секстанту лет сто. Сейчас мне придется идти в библиотеку и целый день разбираться в его конструкции.

— Библиотека не убежит. Что нового у шкибера?

— Ничего, — сказал штурман. — Плюс шизофрения. Теперь он несет разную несвязную чушь про наш корабль, про одиночество, которое кончится, и еще про какие-то звездные тени.

— Звездные тени? — спросил капитан. Он выдвинул кресло из-под пульта управления и сел. Прозрачная крышка послушно отодвинулась, обнажив многочисленные клавиши и тумблеры.

— Да, — сказал штурман. — Этот образ кажется вашему шкиберу особенно удачным. Он вставляет его чуть ли не в каждую строку своих формалистических донесений.

— Почему же образ? — сказал капитан. — Разве вы незнакомы с конструкцией пассивного локатора?

— Нет, — сказал штурман. — Я не бортинженер. Я не обязан знать локатор.

— Разве для этого обязательно быть бортинженером?

— Я знаю современные локаторы, — сказал штурман. — А ваш локатор еще древнее вашего секстанта. Мне пришлось бы разобрать его, чтобы разобраться в его устройстве.

— Не надо, — сказал капитан. — Лучше выведите сигнал сюда. — Он показал на пока еще темный центральный экран.