Борис Долинго - Другое место (Понять вечность)

– Сначала вам выделено три дня на отдых в Райских Кущах, – ответил первый пилот, завистливо сверкая глазами. – Такое поощрение даётся только героям нации, или очень знатным гостям. Порезвитесь там: наши девочки умеют такое, что в Галактике, а уж тем более на вашем Попое, и не снилось!

– Это те самые Кущи, про которые писали в альманахе «Книга рекордов Пиннисса»?

– Именно! – кивнул дис.

– Так у вас там, кажется, всякие девочки есть, и не только с самой Иденты?

– А то! Сами увидите. Так вас измочалят, что только держитесь! – Пилот захохотал. – На карачках уползёте, если вообще сможете своим ходом!

– Это мы ещё посмотрим, – вмешался москвич Зелёный, с интересом слушавший беседу лейтенанта и первого пилота.

– Ставлю 100 звяков, что измочалят! – подал голос второй пилот.

– Отвечаю! – вскинулся Зелёный. – Ты думал, не отвечу? Ну-ка, разбей! – кивнул он лейтенанту.

Как раз в этот момент гравилёт пошёл на посадку. Машина сделала круг над одним из самых фешенебельных районов мегаполиса и подлетала к огромному зданию в форме…

Собственно, здание это не имело формы. Это было нечто невообразимое на нормальную трезвую голову. Возьмите 100 пирамид Хеопса, 200 Тадж-Махалов, 300 Нотр-Дамов и 1000 самых ультрасовременных зданий из стекла, никеля и пластика, осыпьте всё садами Семирамиды, хорошенько перемешайте… Соль, перец и, если угодно, майонез, по вкусу. Отрежьте кусочек и проглотите. М-да…

Вот тогда, пожалуй, можно было бы получить отдалённое представление о том, как выглядело здание, к которому подлетал гравилёт. Все в пассажирском салоне затаили дыхание.

– Да, хотел бы я оказаться на вашем месте не то, что на три дня, а хоть на три часа! – с завистью промямлил первый пилот и вздохнул. – Всё оплачено – гуляй – не хочу!

Над дворцом в воздухе плавала голографическая надпись «Райские Кущи». Гравилёт сел на одной из бесчисленных посадочных площадок самого разного размера. Винов, д'Олонго, фон Анвар и Зелёный вышли на гладкий, волнующе скользкий мрамор. Пилоты почтительно отдали честь, и гравилёт свечой ушёл в небо.

Капитан и его друзья в неподдельном восхищении оглядывались вокруг. Воздух был напоён ароматом знакомых и незнакомых растений и цветов, которые произрастали в хрустальных кадках по периметру посадочной площадки, заполняя всё пространство до шикарно отделанных дверей входа. Уже здесь, хотя ничего ещё не было видно, витала некая эротическая аура, заставлявшая быстрее биться сердца, а кровь быстрее циркулировать по жилам и всему остальному.

Из голубоватой тени космических пальм явно завезённых с побережья океана Лактация на планете Блэк-Хэд, величаво выступила представительная матрона в элегантной накидке из жемчужных и рубиновых бус, нежно оттенявших совершенство форм тела. Позади матроны довольно скромно стояла девчушка, на которую сразу же положил глаз лейтенант.

Матрона благоухала самым дорогим благовонием из исследованной части Галактики «Кли-Макс-Фактор». Этот запах капитан слышал ранее только один раз на приёме у Хиггинса, и одно только воспоминание об этих флюидах сводило его с ума. Капитан и омтальные герои грустно посмотрели на свои заляпанные дерьмом одежды.

– Приветствую вас, отважные парни! – обратилась к ним матрона. – В наших Райских Кущах можно получить любые мыслимые и немыслимые наслаждения, как для гуманоидов, так и для не гуманоидов. Но вы все, насколько я вижу, гуманоиды. Сейчас вы сможете сбросить ваши жуткие лохмотья, привести себя в порядок, а потом для вас начнётся трёхдневный праздник Райских Кущ! По приказу президента Иденты господина Клина Блинтона наши Кущи работают только на вас все эти три дня! Прошу! – Она сделала жест рукой и последняя нить бус сползла с её мощного бюста; капитан скрипнул зубами.

Из бокового прохода появились одна стройнее другой девушки в туфельках-шпильках и сюртучках. Это была своего рода команда к действию, и лейтенант бросился знакомиться с девушкой, продолжавшей скромно стоять сзади матроны. Другие девушки, хохоча, утащили капитана и его остальных спутников в помещение, где стояли аметистовые ванны…

После омовения девушки помогли всем облачиться в небесно-голубые тоги, и только капитан и его друзья хотели использовать этих аппетитных созданий по прямому назначению, девушки заливисто хохоча, убежали с глаз долой.

Колот Винов и его соратники в недоумении переглянулись и собирались, было, уже высказать всё, что они думают по поводу идентского гостеприимства, как появилась давешняя матрона и пригласила следовать в зал для пиршеств.

Зал сей представлял собой обширное помещение, где всюду стояли низкие мраморные столы и кушетки, обитые антигравитационным бархатом. Матрона широким жестом, вновь отбросившим бусы с её груди, пригласила компанию возлежать.

Как только все устроились на кушетках в зал впорхнули девушки в сомнительного размера одеяниях из листьев. Капитан подумал, что листья для юбочек собирали не иначе как в пустыне Хасара на Чёрной Башке, поскольку их там просто нет. Девушки вносили вереницы блюд со всевозможными яствами и кувшины, графины, бурдюки и просто бутыли с горячительными напитками.

Четвёрка друзей-соратников, если уж так пошло, начала с обильных возлияний. Матрона, заметив взгляды капитана, которые тот бросал на неё, пристроилась, наконец, рядом с ним. Девушки, словно ждали команды, тут же облепили остальных, а часть присоединилась и к матроне. Вино лилось рекой, веселье было в полном разгаре…

Последующие три дна сохранились в памяти кандидатов в повстанцы как сверкающий калейдоскоп удовольствий и развлечений. Трудно было выделить что-то, отрывочные картины сменяли одна другую. Условно одетые и, безусловно, раздетые девушки, ныряния в хрустальные бассейны, натирания ароматическими мазями для повышения эротичности, специальные психотропные модуляции (разумеется, в меру), ванны с шампанским и девушками, море выпитого и пролитого вина, сожранных, надкусанных и просто раздавленных деликатесов.

Появлялись какие-то не гуманоидные твари и заявляли, что они – тоже женщины. Таких с негодованием изгоняли. Один только Зелёный, поразмыслив немного, облюбовал себе женщину-верёвку с Гаммы Свинопаса. Эта особа могла обвиваться, где хочешь, и Зелёный так с ней везде и ходил.

Здорово было, одним словом. Но всему приходит конец, и часто один на всех. Наступил он и тут. Поэтому на четвёртый день капитан и его соратники вновь вымытые, надушенные, облачённые в новые удобные комбинезоны, помахали руками девушкам и голубым бассейнам, сели в гравилёт и были доставлены во дворец местного президента.