Макс Гришин - Девушка с золотистыми волосами. Часть 3 (заключительная).

- Добрый день, дамы и господа! - он поднялся на небольшую возвышенность перед трибуной и поправил ремень на штанах, который постоянно спускался вниз из-за давившего на него всей своей массой пуза. - Разрешите представить вам нашего... э-э-э... докладчика, Боба Касинского. Боб... э-э-э специалист в области просмотра порнографических роликов и э-э-э... игры в компьютерные игры. Вы, наверное, слышали о нем, Боб очень знаменит в своих кругах и является частым участником всяких там мутных делишек...- Боб замолчал на несколько секунд, слушая, как растворяются в пустоте зала его последние слова. - Впрочем... э-э-э... Боб человек занятой, ему надо идти заниматься практикой, поэтому простите, его выступление не может состоятся! Всех благодарю за внимание. Если у кого-то есть вопросы, его можно будет найти каждую третью ночь э-э-э... на первом этаже, в комнате охраны!

Боб с грохотом ключей спустился с трибуны и пошел к двери. Датчики движения горели красным цветом, реагирую на двигавшегося по проходу охранника. Боб встал перед одним из них и показал ему средний палец. - Во, понял?!.. Только разбуди еще... - он показал то же самое еще двум горевшим красным огнем датчикам и вышел в мрачный коридор. Снова зашумела дверь и замок слабо щелкнул в тишине.

- Э-э-э, профессор Марипоса! - в коридоре Боб ударил кулаком по деревянной двери, на которой висела большая вывеска "Кафедра теоретической физики. Заведующий кафедрой профессор Хосе Марипоса", - я имел величайшее удовольствие прочитать вашу последнюю статью и... и хочу сказать, что это по-лней-шее дерьмо! Что-что? Да, вы не ослышались... Дерьмо! Вам далеко до Эйнштейна, поэтому простите, профессор, но вы уволены!..

- За что?! - взмолился, подражая голову профессора, Боб.

- Как за что? - отвечал Боб уже ему своим обычным голосом. - За то, что вы... вы мудак и тупая бездарность!.. - Боб ударил на ходу в следующую дверь. - Так не списываем!!! Я все вижу!

Он дошел до конца коридора, повернул влево и пошел в сторону лестницы. По правую сторону была лаборатория со стеклянными стенами. Проработав здесь уже множество лет, он до сих пор не имел ни малейшего представления о том, чем они там занимались, но почему-то был твердо был убежден в том, что, как и все прочие, не делали там ровным счетом ничего полезного. Не останавливаясь, он постучал в большие, от пола до потолка стекла, дошел до дверей, желая не оставить без внимания и этот островок безделья, как вдруг он вздрогнул и резко остановился. Сквозь стекло он отчетливо увидел фигуру мужчины, который сидел за компьютером и, видимо не замечая его, что-то печатал.

- Что за... - Боб приблизился к двери и потянул ее на себя. Со слабым скрипом дверь растворилась. - Э-э-э! Молодой человек! Как... как вы сюда попали? - спросил он, заходя внутрь. Он знал, что время от времени кто-то из этих ботанов зависает здесь на ночь, но ведь есть, так сказать, определенная процедура, ведь есть определенные требования безопасности, которые любой, остающийся здесь в ночное время, должен выполнять! Ведь чтобы остаться на ночь в лаборатории, нужно разрешение, подписанное кем-то из шишек! - Вы что тут делаете?!

Мужчина не ответил. Он продолжал сидеть перед компьютером и что-то печатать, полностью игнорируя охранника.

- Эй! Друг, - крикнул Боб уже громче! - Ты чего говорить не умеешь, или... или ушел с головой в свои эти знания?.. Ты как здесь оказался, кто тебе разрешил тут быть?!

Тот снова не ответил, что показалось Бобу уже грубым. Он сделал несколько шагов в его сторону, желая взять его за плечо, но тот вдруг резко повернулся и спросил Боба нечто совершенно неожиданное:

- Какое сегодня число?

- Двадцать третье, точнее уже четвертое сентября... - удивился Боб. - Но...

- Сколько времени?

Боб посмотрел на часы.

- Уже... три минуты второго...

- Времени совсем мало! - проговорил мужчина и снова уткнулся в монитор.

- Э-э-э, друг! Ты мне скажи, что ты тут...

- Как тебя зовут? - перебил он Боба.

- Меня?.. Боб, Боб Касинский! - Боб начал чувствовать что-то странное во всей этой сцене. С одной стороны, тон этого мужчины, его вид, подсказывали ему, что он здесь не случайно, что, вероятно, он имеет право здесь быть, пусть даже ректор и не успел подписать какие-то там бумаги, как это нередко бывало, и что, если он сейчас схватит его, не выяснив причин, и выпроводит из здания, он лишь найдет на свою задницу лишних забот, поскольку, наверняка, завтрашнее утро начнется с разборок. Но было и нечто другое: рубашка молодого человека была разорвана, на ней, как казалось, были следы крови и земли. Его руки были избиты и исцарапаны, на одной из них он увидел большую засохшую болячку. "Может сообщить в полицию?" - подумал он, запуская руку в карман, но "черт бы побрал, мобильник и рация - все это осталось на столе в комнате", ведь, идя сюда, он не знал о том, что встретит тут кого-нибудь!

- Послушай, друг! Бог знает, что у тебя тут на уме, пойдем-ка...

- Бог... Ты веришь в Бога, Боб?

- Я? - очередной необычный вопрос застал Боба врасплох, и он неуверенно проговорил, - я не знаю... я верю, что там что-то есть, что защищает нас, но я не думаю, что Бог выглядит так, как рисует его на всяких старых картинах...

- Защищает нас, говоришь? - мужчина засмеялся каким-то неожиданным странным смехом. - Что бы ни происходило в мире, чему бы ни учила история, люди верили и продолжают верить в то, что где-то там кто-то их защищает. "Бог защитит меня", - говорят они, стоя у подножия горы и наблюдая за тем, как несется на них многотонная лавина. "Бог защитит меня", - они выходят из машин и смотрят, как растет вдали гриб термоядерного взрыва! Потом они опять хвалят Бога, продвигаясь вперед по дымящимся, сплавившимся в стекло обломкам цивилизации, которую недавно, они сами, такие же люди, разрушили! Что бы ни произошло, люди, эти грешники, нарушившие все законы, которые Бог только мог помыслить в своей божественной голове, верят в то, что где-то там, глубоко за пределами нашего существования или даже понимания, на границе реликтового излучения, сидит кто-то, кто прощает им все самые мерзкие их поступки, точно так же, как родители прощают все своим непослушным детям! Но кого именно он защищает, Боб?! Тебя, меня, его? - мужчина ткнул пальцем в стоявшую на столе в рамке фотографию улыбавшегося ребенка. - Кого именно он защищает, когда одни люди убивают других людей, когда идут войной друг на друга? За кого болеет Бог, сидя у себя на небесах, смотря, как континенты утопают в крови из-за того, что случайность вывела политический кризис за рамки контроля и началась война? Кого защищает он, смотря, как те, кто был создан по образу его и подобию, выжигают на земле все, включая самих же себя?!..