Виталий Бодров - Хоббит, или Туда-сюда-обратно

— И лохи, — подсказал Бильбо.

— К Эру лохов! Там — золото. И вообще, я сказал — вперёд, ваше дело крикнуть «Барук Казад!»

— Барук Казад! — обрадовались гномы.

И вся тусовка тронулась в путь (и умом).

Глава 11 На пороге

В этой дикой местности, легче было поверить в дракона, чем в Торина, и поэтому в Торина больше никто не верил.

— Я — Торин! — убеждал король со слезами на глазах, на что гномы отвечали, что никаких Торинов в природе нет и не было. Один только Бильбо верил в Торина. Доверчивый народ, эти хоббиты.

Несколько слов о дороге. Дорога была плохая и очень грязная. Изредка попадались камни с надпись «Здесь был Гэндальф». Судя по тому, что ещё было написано на камнях, дорога Гэндальфу тоже не понравилась.

Однажды попалась надпись: «Здесь были Турин Турамбар и Хурин Хурамбар». В сердцах гномов поселилась надежда, потому что Турин хоть и был Турамбаром, но драконов не любил. Правда, он и гномов слегка недолюбливал…

Больше следов Турина и Хурина не попадалось. Должно быть, дорога им тоже не понравилась.

Наконец, они достигли травяного пятачка с табличкой «ПОРОГ». Бильбо сел на порог и стал думать, главным образом, о пиве. От этого, пива, конечно, больше не стало, но всё равно, было приятно.

Устав от тяжёлой умственной деятельности, Бильбо поднял глаза и увидел на скале табличку «Тайная дверь». Ниже висела другая — «Осторожно, злая собака!» Кто осмелился назвать дракона собакой, так и осталось тайной этой двери.

— Ключ! — закричал Бильбо. — Скорее, ключ!

— От квартиры, где деньги лежат? — поинтересовался Торин.

— От пещеры с драконом, — пояснил Бильбо.

Торин вытащил из кармана ключ и вставил в дырочку. Ключ подошёл.

— А ну, вынь эту штуку из моего уха, — потребовал хоббит.

Он вытащил из кармана заранее припасённый последний луч солнца. В том месте, куда луч упал на скалу, появилось отверстие.

— Суй сюда, — приказал хоббит.

— Да нет, ключ суй, — добавил он, видя, что его не так поняли.

Торин вставил ключ в дырочку.

— Дзынь! — сказал Бильбо, и дверь открылась.

Глава 12 Что ждало их внутри

Гномы стояли перед дверью и спорили. Когда Торин проспорил свою золотую цепь, он обозлился и спросил:

— Ну, кто вызовется добровольцем? — недвусмысленно поглядывая на нового обладателя цепи.

Добровольцем дружно вызвали Бильбо, который спокойно курил сигарету.

— Хоббиты на всякую фигню не размениваются, — гордо ответил Бильбо.

— Отмазки не катят! — парировал Торин.

— Нет, — отказался хоббит. — Мне туда идти в лом, и не потому, что боюсь, а потому что фамилия у меня — Бэггинс. Да и шерсть на ногах испачкаю…

— Это не беда! — обрадовались гномы, схватили Бильбо и начали обратный отсчёт.

— Старт! — сказал Торин, и хоббита швырнули внутрь.

На лету хоббит успел увидеть неясные очертания двери и услышать последние «Прости!» А также пожелание удачи. «На том свете угольками сочтёмся», — подумал он, приземляясь на пятую точку.

Придя в себя после мягкой посадки, Бильбо зашагал вперёд. На физиономии у него были написаны решимость и суровость. Причём на щеках было написано: «Решимость!», а на лбу: «Суровость!» Впрочем, этого всё равно никто не видел, и не потому, что в пещере никого не было, а потому, что было темно.

Бильбо с сигаретой в зубах шагал по туннелю и искал урну. «Средиземье наш общий дом. Не будем мусорить. Да?!»

— Да, — пробормотал Смог, не просыпаясь.

Бильбо затушил бычок о лапу дракона и аккуратно бросил его в мифриловую урну. Теперь он мог спокойно оглядеться. Всюду валялись горы золота и серебра, а также драгоценности и дракон.

Из пасти и ноздрей зверюги вырывались струйки дыма, из прочих отверстий — дребезжащие звуки, но вот пламени он не извергал. Бильбо предусмотрительно замотал ему пасть скотчем, чтобы ненароком не зевнул, после чего от души пнул дракона в брюхо и отдавил ему хвост.

— А-а-а!!! — закричал дракон, но всё равно не проснулся.

Бильбо присел на лапу Смога и задумался. Всё золото унести было тяжело. Разве что, уговорить дракона помочь, но этого ему делать не хотелось. Из профессиональной гордости, конечно.

Самая полезная вещь здесь была — мифриловая урна, потому что бросать бычки на пол Бильбо категорически не желал. Поэтому, он поднял урну и потащил её к гномам.

Гномы урне обрадовались и тут же закидали её окурками. Они радостно похлопывали Бильбо по спине, передавали его из рук в руки и обсуждали, как обретут сокровища.

Проснувшись, Смог с удивлением обнаружил, что его пасть замотана скотчем. Посмотрев на оттоптанный хвост, пнутое брюхо и обгаженную лапу, Дракон догадался, что здесь кто-то был. Например, взломщик.

Смог задумался и закурил сигарету. «Что же он у меня украл?» — думал он. Найти среди сотен тысяч вещей одну пропавшую было ему не по силам. По памяти он не помнил, а ворошить каталоги ему было лениво. Докурив, Смог поискал глазами мифриловую урну. Не нашёл. Поискал ушами — опять не нашёл. «Не сезон», — подумал было дракон, и тут его осенило.

— Её кто-то сфеанорил! — догадался Смог. — Кто бы это мог быть?

Поначалу, он решил, что урну сфеанорил сам Феанор, но оказалось, что тот давно умер. Потом погрешил на Гэндальфа — обгрешенный с головы до ног Гэндальф оказался невиновен.

— Наверно, это лохи, — решил дракон. — Надо же, а я думал, что всех их изничтожил!

Гномы весь день тащились на мифриловую урну, не обращая внимания на кружащего в небе дракона. Смог, удивлённый тем, что на него поклали, не стал даже плеваться огнём, а тихо вернулся Под Гору.

К утру гномам надоело тащиться на урну, и они решили потащиться от что-нибудь другого. Они добровольно выбрали Бильбо добровольцем и отправили его в пещеру тем же способом.

«Этак у меня скоро крылья отрастут», — подумал хоббит, приземляясь опять-таки на пятую точку, где, по слухам, хранился центр тяжести хоббитского тела.

Дракон прекрасно понимал, что если ещё раз уснёт, то не то, что сокровищ, а и бриллиантового панциря не досчитается. Поэтому, он не спал, а лишь притворялся спящим.

Бильбо подошёл к концу тоннеля, увидел свет и понял, что дома кто-то есть. Дракон усиленно притворялся спящим. Бильбо поблагодарил судьбу за кольцо, дракона — за тёплую встречу, а Гэндальфа — за то, что его здесь нет.

— Давай, просыпайся, тунеядец, — обратился он к Смогу. — А то проспишь собственную смерть.

Но дракон так хорошо притворился спящим, что и впрямь уснул. В этом ему немного помог съеденный чемодан димедрола. Так что, Бильбо пришлось отвесить ему хорошего пинка прежде, чем он проснулся.