Николай Шагурин - Эта свирепая Ева

Есть на "Академике" профессор Ерусалимский, крупный ученый в области морской геологии, но в остальном, не касающемся его специальности, человек довольно недалекий. Как-то он задал Кудоярову бестактный вопрос:

- Смотрю и поражаюсь: зачем вы таскаете с собой капитана Ковальского, эти мощи? Ему уж лет сорок назад следовало бы уйти на пенсию. К тому же на "Академике" есть ЦВЭМ - цифровая вычислительная электронная машина, которая способна и без капитана привести судно из Ленинграда в Австралию.

Евгений Максимович смерил высокоумного профессора уничтожающим взглядом:.

- Товарищ Ерусалимский, вы напрасно отдаете предпочтение машине перед человеком. Я с уверенностью могу поручиться, что сорок самых хитрых машин не могут заменить одного капитана Ковальского. У них нет и не может быть одного качества - интуиции, которой обладает Лех Казимирович. Я сделал с ним не одно плавание и уверен, что он долго еще не сдаст. Ведь он из того поколения, когда на деревянных судах плавали железные люди.

Позже, передавая мне этот разговор, Кудояров заметил:

- Лех Казимирович совершенно одинок, семьей так и не обзавелся. Он - однолюб, все - и друзей, и семью заменяет ему море. Отнимите у него море - и он умрет от тоски.

Евгений Максимович и Лех Казимирович - очень разные люди. Я много раз задавался вопросом: что так тесно связывает этих людей? Тут нечто большее, чем взаимная привязанность и дружба. Потом понял: их глубокая любовь к гидрокосмосу, который для них - живое существо. Этакое языческое поклонение Отцу-Океану.

И еще - оба они неисправимые романтики. Я их отлично понимаю, ибо сам принадлежу к этому племени.

И, наконец, о третьем главном действующем лице нашей экспедиции. Это не человек, хотя и носит человеческое имя "Академик Хмелевский". Это огромное сооружение, чудо советского судостроения, четырехпалубный дизель-электроход: длина свыше 200 метров, водоизмещение 19 тысяч тонн, мощность двигателей 20 тысяч лошадиных сил. Машинное сердце судна позволяет ему развивать скорость до 22 узлов и в короткие сроки добираться до любых районов Мирового Океана.

Знакомство с "Академиком" - это увлекательное путешествие в мир самой современной и совершенной электроники и радиотехники.

Особая гордость "Академика" - научные лаборатории, специализированные по самым различным отраслям знания. В них десятки научных работников с помощью очень точных и совершенных приборов могут глубже и глубже исследовать природу Океана, процессы в его водах, связь их с атмосферными явлениями, проникать во многие тайны "соленого континента".

Свой вычислительный центр, грузовые и пассажирские лифты, киноконцертный и спортивный залы, поликлиника, словом, плавучий город науки и техники. Кстати, мощности бортовой электростанции вполне хватило бы для нужд небольшого города.

Какое значение придают партия и правительство работе коллектива "Академика", видно хотя бы из того, что судно наше имеет приданный ему спутник, точнее - управляемый космический корабль "ОКО" ("Океан - Космос"), движение которого так согласовано с движением Земли, что он как бы висит над тем районом океана, где находится в данный момент "Академик". Эта космическая станция позволяет нам поддерживать беспрестанную и надежную связь с Центром, с институтом, да и вообще в любой час дня и ночи связаться с любым телефонным абонентом на территории Советского Союза.

Контакт с "ОКО" и другими метеорологическими спутниками осуществляется с помощью параболических антенн. Они упрятаны в три огромных серебристых двадцатиметровых шара на верхней палубе, что придает кораблю совершенно экзотический вид.

И еще следует добавить, что знакомство с "Академиком Хмелевским" - процесс довольно сложный и длинный. Чтобы обойти все его помещения, задерживаясь в каждом не более пяти минут, мне понадобилось трое суток. Я облазил судно от трюмов до клотиков, но нигде не нашел хотя бы намека на "Перехватчика ураганов". А ведь я точно знал, что аппарат находится на борту.

Когда я спросил об этом Евгения Максимовича, он загадочно усмехнулся и похлопал меня по плечу:

- Потерпите - узнаете.

Я знал - когда Кудояров не хотел что-либо сказать, то добиваться этого бесполезно.

Вот пока первая "морская тайна".

Пресса

"СКЕЛЕТ В ШКАФУ"

Советский ученый, профессор Кирилл Румянцев снискал себе мировую известность своими смелыми и оригинальными проектами и идеями в области океанологии. О нем пишут много, но ни один из самых дошлых журналистов не может похвалиться, что взял у профессора Румянцева интервью или фотографировал его.

У англичан есть поговорка "Скелет в шкафу", что означает тщательно охраняемую неприглядную семейную тайну. Загадка профессора Румянцева объясняется просто: еще в начале его научной карьеры у него в лаборатории во время рискованного эксперимента произошел взрыв. Большой толстостенный стеклянный баллон, который он держал в руках, разлетелся вдребезги. Глаза чудом уцелели, но лицо оказалось страшно изуродовано осколками. Понадобилось 19 операций на лице и постановка искусственной нижней челюсти, чтобы привести лицо ученого в относительный порядок. Но навсегда осталась непередаваемо уродливая маска Квазимодо - вот причина, по которой профессор Румянцев никому не показывается и не разрешает себя фотографировать...

(Газета "Ивнинг ньюз", Лондон).

Одновременно мюнхенская "вечерка" - "Абендцайтунг" порадовала своих читателей очередной сенсацией:

"Как известно, никому из журналистов не удавалось до сих пор беседовать с профессором Румянцевым или сфотографировать его.

Перед отплытием научно-исследовательского судна "Академик Хмелевский" из Ленинградского порта наш специальный корреспондент побывал на борту корабля и получил у него интервью.

"Знаменитый ученый принял меня, - рассказал наш спец. корр., - в своей роскошно обставленной каюте.

Наш корр.: Уважаемый профессор, надеюсь, что цель плавания вашего корабля не является секретом?

Профессор Румянцев: Нет, почему же. Цель нашего научного похода - исследование Атлантиды, место гибели, которой я определил с достаточной точностью.

Наш корр.: Любопытно было бы знать - каким путем?

Проф. Румянцев: Гипотетическим путем. Могу заверить вас, что рассказ Платона об Атлантиде не является мифом.

Наш корр.: А испытания "Перехватчика ураганов"?

Проф. Румянцев: Я не знаю, о чем вы говорите.

Дальше совершенная галиматья, так как "наш спец. корреспондент" никогда в Ленинграде не бывал.

Фотографию "профессора Румянцева", на которой был запечатлен благообразный старичок с бородкой, шустрый корреспондент заимствовал из семейного альбома своей тетушки.