Альфред Ван-Вогт - Путешествие «Космической Гончей»

Она была спокойна. Лишь в глазах мелькнула и тут же исчезла легкая усмешка. Но Холройд заметил это и снова насторожился. «Нужно быть внимательным, — сказал он себе. — Женский характер — это такая штука… Все намного сложнее, чем может показаться с первого взгляда. И опасней». Она все еще не отвечала, только испытующе смотрела на него, и в ее глазах опять мелькнуло неуловимо-насмешливое выражение. Она как будто собиралась ему что-то предложить и размышляла, чем он ответит на ее предложение. Неожиданно она вскочила на возвышение, из которого вертикально торчал молитвенный жезл. И повелительно поманила к себе Холройда:

— Возьми меня за руку, и я покажу тебе, как молятся крестьяне. Очень важно, чтобы ты научился делать это. Подобных жезлов миллиарды, но лишь этот единственный заключает в себе божественную энергию.

Холройд кивнул. Но это не означало согласия. Он не хотел отказывать сразу. Питер уже понял, что она не вполне искренна, и воля в нем окрепла. Теперь он знал, что не сделает ложного шага по чьей-либо указке, не собьется с верного пути и не примет на веру ничьих заверений. Он шагнул к выходу. Нескольких дней хватит на то, чтобы сориентироваться и спланировать будущие действия. А Лоони пусть сама догадается, почему он не пожелал следовать ее советам и сделал все наоборот. Девушка спрыгнула с алтаря и бросилась за ним.

— Не делай глупостей, — с досадой сказала она. — У нас нет времени. Любое промедление может оказаться роковым.

Холройд не ответил. Лучше ошибиться и преувеличить опасность, чем ошибиться и преуменьшить. То, чего она хочет от него, делу ничем не поможет. К тому же не в его натуре изменять раз принятое решение. Его молчание можно было бы принять за внутреннее колебание. Видимо, девушка так и решила, потому что схватила его за руку и потянула к себе.

— Идем, — торопила она, — тебе нужно сделать это во что бы то ни стало. Ты должен научиться этому.

Она оказалась такой сильной, что он с трудом удержался на ногах.

— Думаю, — ответил он, — что я не останусь в долгу перед тобой и расплачусь за дорогу из Линна до Пта в первую очередь.

Он повернулся и, не сказав больше ни слова и не ожидая ее, вышел из домика. Дважды по пути он оборачивался, но сзади не было заметно ни малейшего движения. Домик как будто вымер. И тишина, мертвая, нечеловеческая тишина стояла вокруг. Он вошел под зеленые кроны деревьев и перестал видеть яркое утреннее солнце.

В джунглях было тепло и душно, и он без передышки шел на запад, чтобы выбраться из них. Теперь время от времени Холройд делал короткие остановки. Наконец он вышел на открытый холм и увидел, что от лежащего в отдалении Пта его отделяет целая цепь таких же холмов. На севере слегка поблескивало темное море, но он едва различал его.

Его внимание привлекла долина внизу. Там размещался военный лагерь. В огромном количестве сновали туда-сюда люди и животные… Мужчины… Женщины? Присутствие в лагере женщин привело его в замешательство. Но через некоторое время он догадался, в чем тут дело. Ну, конечно! Это, вероятно, постоянное поселение, удобное для семейных.

Тут же неподалеку проходили различные маневры и маршировки. Холройд с любопытством смотрел на непривычные действия. Во всем было что-то чрезвычайно невоенное. Кавалерия верхом на огромных животных гарцевала как-то буднично-равнодушно, всадники с длинными деревянными копьями то и дело нарушали строй и направлялись в сторону, к стайке женщин, чтобы перекинуться с ними словцом-другим. Затем лениво возвращались к основному отряду. Со стороны это выглядело как вопиющее нарушение дисциплины, хотя и всадников можно было понять.

В противоположном конце долины Холройд увидел солдатские палатки, отсвечивающие на солнце беленым полотном. И все же не остается ничего другого, как пройти через долину. Если прибегнуть к обычной тактике Пта, он сможет пройти, никем не замеченный. Он прикинул расстояние — миль пять, где-то полтора часа ходу.

Холройд миновал уже треть пути и проходил мимо группы мужчин и женщин, когда услышал приближающийся грохот несущихся скакунов. В футах десяти от него остановилась длинная цепь оседланных гримбов. Увидев его, всадники засмеялись. Но один из них, высокий и нарядно одетый, с цветными перьями на шляпе, оглядел его в немом изумлении, затем оторвался от кавалькады и подъехал поближе.

— Принц Инезио! — воскликнул он. — Вы удостоили армию высочайшей чести. Я немедленно доложу маршалу.

Он унесся прочь, а Холройд вспомнил, что Пта похож не только на статую во дворце, но и на человека по имени Инезио. Принц Инезио. Пока что это имя не таило в себе никакой угрозы.

Холройд незаметно огляделся. В долине полно скачущих гримбов и людей. Палатки и солдаты, выстроившиеся возле них. А поблизости толпа офицеров и их жен.

Все пути к бегству отрезаны. Придется и дальше разыгрывать роль принца. Что ж, зато ему представится возможность досконально изучить армию, а потом взять на себя командование ею и повести ее прямо на Нуширван! Внезапно его охватило сильное возбуждение, в котором нетерпение смешивалось со страхом. Неважно, насколько точно ему удастся изобразить Инезио. Почти наверняка его голос ненамного отличается от голоса принца. Да и не в этом дело. Он Пта, Трижды Величайший Пта Гонволана. Равен самому себе, мелькнуло у него в уме. Он надменно оглядел офицеров и их жен, приблизившихся к нему и ожидавших распоряжений.

Холройд громко объявил:

— Я желаю наблюдать за подготовкой к военным действиям. Продолжайте маневры.

Прозвучало превосходно. Это было сказано не Холройдом, а Пта. Даже не совсем Пта. Высокомерный тон продиктовала мысль Пта. С каждым часом Пта все больше набирался опыта, хитрости, находчивости. Он видел, что его узнают, и держался непринужденно. Женщины были молодыми и хорошенькими, они разглядывали его с нескрываемым любопытством. Один из офицеров с десятью белыми и пятью красными перьями на шляпе вышел вперед. Он был средних лет, выделялся гордой осанкой и волевым лицом. Офицер сказал с достоинством:

— Вы оказали нам честь, повелитель. Наверно, вы не помните нашей встречи во дворце, когда меня представляли вашему высочеству? Осмелюсь напомнить. Я маршал Нанд, командующий 9430-ми усиленными корпусами, которые вскоре отправятся на границу с Нуширваном.

Он говорил что-то еще, но, вопреки своему желанию, Холройд не мог слушать его. Влияние Пта прошло. Его собственный рассудок закружило, как пробку в водовороте. Подумать только! Девять тысяч четыреста тридцать армейских корпусов! В его время армейский корпус состоял из сорока-девяноста тысяч человек. На его взгляд, в этой зеленой долине было больше. Но и это явно заниженная цифра. Сорок тысяч человек в одном корпусе… Значит, в девяти тысячах четырехстах тридцати в грубом приближении насчитывает… Четыреста миллионов человек!