Энн Маккефри - Драконий родич

— Ого, — буркнул Киндан, донельзя удивленный тем, что встретил человека, которому никогда не доводилось есть пюре из клубней.

Скорлупа и осколки! Не будь пюре соблазнительно горячим, он постарался бы найти что-нибудь повкуснее.

Они взяли тарелки, и Киндан повел девочку к его излюбленному укрытию. Но оказалось, что оно уже занято.

— Что вы здесь делаете? — вскинулся Зенор, увидев их.

— Прячемся, — ответил Киндан. — Точно так же, как и ты. — Он ткнул большим пальцем в сторону Нуэллы. — Зенор, это Нуэлла.

— Я знаю, — недовольно осклабился Зенор, отодвигаясь в сторону, чтобы освободить место для вновь пришедших.

— Мы уже знакомы, — объяснила Нуэлла. Она попыталась пристроить чашку на земле рядом с собой, но чашка упала. — Ой-ой-ой! Киндан, будь так добр, принеси мне другую чашку, ну, пожалуйста.

Киндану очень не хотелось уходить — его порция еще не успела остыть, — но голос Нуэллы звучал так умоляюще, что ему оставалось только пожать плечами и согласиться.

— Ладно, — сказал он и добавил, обращаясь к Зенору: — Сейчас вернусь.

Зенор выждал, пока Киндан не скроется из виду, и только после этого повернулся к Нуэлле.

— Ты что, с ума сошла?

Нуэлла вскинула на него быстрый взгляд.

— Он считает, что я приехала с торговцами.

— Я приходил туда, где мы договорились встретиться, но тебя там не было.

Нуэлла кивнула.

— Пока я тебя ждала, на меня наткнулся Киндан. И вообще, где ты был так долго?

Зенор пожал плечами.

— Пришлось помогать готовить помост для танцев.

— Киндан мне сказал, что потом будут танцы, — задумчиво протянула Нуэлла.

Зенор удивленно выпучил на нее глаза.

— Что это ты затеяла? — спросил он.

— Ну да, я знаю, мне нельзя танцевать, — нехотя сказала Нуэлла. — Скажу, что я устала или что-то в этом роде.

— Конечно, если ты только попытаешься выйти на помост, кто-нибудь может увидеть тебя рядом с Далором и поймет, что вы близнецы, — подтвердил Зенор.

— А вот и не поймет, — возразила Нуэлла. — Мы с ним не двойняшки и нисколько не похожи.

— Очень даже похожи, — настаивал Зенор. — У вас обоих светлые волосы и голубые глаза. Да ты же так похожа на Далора, что можешь сойти за него, если переоденешься!

Лицо Нуэллы прояснилось.

— Ну вот, верно! Я могу переодеться и выдать себя за Далора!

— Не думаю, что Киндан захочет танцевать с Далором, — рассмеялся Зенор.

Оживленное выражение сошло с лица Нуэллы.

— О, — разочарованно произнесла она, — ты прав.

— Вообще-то, — сказала она после нескольких секунд раздумья, — он решил, что я из торговцев. Может быть…

Зенор заметно расстроился.

— Он мой друг. Я не хочу лгать ему, — сказал он с несчастным видом.

— А я вовсе не просила тебя лгать, — сказала Нуэлла. — Но он не знает…

— И ты не хочешь, чтобы кто-то знал, — закончил Зенор; ее мнение на этот счет ему пришлось слышать много раз. Нуэлла вспыхнула.

— Это не я, это отец. Он боится…

— Он не прав, и ты сама это знаешь! — горячо воскликнул Зенор. — И что хуже всего, ты не можешь всё время вот так прятаться.

— Пока что мне это прекрасно удавалось, — парировала Нуэлла.

— Но ведь я нашел тебя, не так ли? — возразил Зенор.

— Если по правде, — поправила она, — это я нашла тебя.

— Но ведь ты не пробыла здесь и шести месяцев…

— Как и мы все.

— …А я уже узнал, — закончил Зенор. — И много ли, по-твоему, пройдет времени, прежде чем тебя разгадает кто-то другой? Месяц? Семидневка?

Нуэлла нахмурилась.

— Это только до тех пор, пока отец не запустит шахту…

— Тс-с-с! Он возвращается, — предупредил Зенор.

Нуэлла всем телом повернулась к Зенору, схватила его за руку крепко, благодарно пожала.

— Знаешь, — вполголоса сказал он, — я мог бы научить тебя танцевать.

— Только не сегодня, — так же тихо ответила она. — Но мне бы этого хотелось, Зенор. — И добавила, чуть помолчав: — Ты мой лучший друг.

Зенор улыбнулся в темноте.

…Когда Киндан в четвертый раз отправился за угощением, еда уже почти кончилась. К тому времени он, наверно, изрядно устал, потому что не замечал Кайлека до последнего мгновения. Старший брат схватил его за плечо и больно стиснул.

— Что ты тут делаешь? — грозно спросил Кайлек. — Я вроде бы уже давно отправил тебя спать вместе с остальной мелюзгой.

— Я и шел спать, — соврал Киндан, выворачиваясь из-под руки брата.

Он чувствовал, что глаза Кайлека сверлят его спину, поэтому пришлось плестись по дорожке, которая вела от площади вверх по склону, к их дому.

Его ноги почему-то подгибались даже на этом, обычно незаметном, подъеме. Когда Киндан добрел до комнаты, то ему уже не хотелось ничего, только забраться в кровать. Он натянул на себя несколько одеял и уснул, не успев даже повернуться на бок.

Он проснулся рано утром, дрожа от холода, и быстро выяснил причину: рядом с ним улегся его брат Джакрис, который стянул все одеяла на себя. Киндан попытался вернуть себе хотя бы кусочек одеяла, но вдруг почувствовал какое-то смутное беспокойство, а потом у него в мозгу всплыло: сегодня утром Силстра уедет!

Он вылез из кровати, надел свою обычную одежду и вышел в кухню. Огонь не горел, в помещении было холодно. Силстра всегда по утрам вставала первая, разводила огонь, варила овсянку в горшке, а рядом кипел кла. Теперь это будет делать кто-то другой. Киндан потер лицо ладонями, чтобы разогнать сон и ощутить хоть какое-то тепло, и решил, что, по крайней мере сегодня, сестру заменит он. Он сунул в дрова растопку и развел огонь. Вскоре в кухне стало тепло, на огне варился завтрак, кухню заполнил запах кла.

— С добрым утром, — приветствовал Киндана Дакин, самый старший из братьев, входя в кухню. Он налил себя кружку кла. — Молодец, что встал пораньше.

Он присел, грея руки о чашку и смакуя аромат напитка.

— Сегодня в шахте наверняка будет тяжелый день, — продолжал он. — Уверен, что Наталон захочет нагнать день, потерянный из-за вчерашних развлечений.

— Я хотел попрощаться с Сие, — сказал Киндан. Дакин пожал плечами и взглянул в окно, прикидывая время.

— Что ж, тогда тебе стоит поспешить. Торговцы любят отправляться в путь рано утром.

Киндан бросился к двери, но Дакин окликнул его:

— Подожди, Киндан. Давай нальем кла в пару котелков с крышками и отнесем им. — Его глаза сверкнули. — Не исключено, что они могут сегодня утром заспаться подольше, — добавил он.

Киндан хотел по привычке бежать к каравану бегом, но Дакин заставил его идти чинным шагом.

— Если они ушли, Киндан, то, значит, ушли. Но если они еще здесь, а мы по пути разольем весь кла, вряд ли нам так уж обрадуются.