Дэвид Герролд - Ярость мщения

Она увидела, что я не шучу, и ее глаза стали печальными.

– Я тоже люблю тебя.

– Правда?

– Угу.

У меня от изумления открылся рот. Она взяла меня за подбородок и закрыла его.

– Правда, – прошептала она.

– Я… я… – Теперь наступил мой черед волноваться. Рот снова открылся, и оттуда выскочило: – Почему?..

– Убей меня, но если бы мне требовался любовник, то, вероятно, хуже тебя не найти.

– Спасибо.

– Нет, слушай. – Она прижала палец к моим губам. – Джим, ты один из самых сердечных, самых искренних и самых преданных мужчин, которых мне доводилось встречать…

– Но?

– Никаких «но». Именно твоя искренность и преданность постоянно доставляют тебе столько несчастий. И я знаю, что хлебну с тобой горя.

– Я не просил тебя влюбляться.

– Ну и что? Я тоже не просила тебя влюбляться, однако ты влюбился. – Ее голос был печальным. – Вот к чему мы пришли.

– Ладно, не расстраивайся ты так. Я слышал, что, когда два человека влюбляются друг в друга, получается очень радостная штука.

– О да. Я просто забыла. – Она улыбнулась. – Хочешь, еще потрахаемся?

Я не мог удержаться от смеха, – Я люблю тебя и соглашусь со всем, что придет тебе в голову.

– Неужели? Могу я дать волю рукам? Она дала им волю.

– Да?

Я опустил глаза.

– Я обдумываю ответ.

Она проследила за моим взглядом.

– Мне нравится твой ответ.

– М-м, нравится?

– Я склоняюсь к этому.

– Ну, тогда я склонен поторопить события… Телефон прервал наш смех. Мы дружно выругались: – Дерьмо!

– Подожди минуту, – сказала Лиз. – Попробую дотянуться до него…

– Я буду двигаться с тобой.

– Не думаю, что у нас получится.

– Получится. Двигай свою…

– О черт. Ладно, мы пытались… – Она откатилась от меня и схватила с ночного столика телефон. – Тирелли слушает.

Ее лицо затуманилось.

– Повторите… Зачем? – спросила она с досадой. – Ладно, я буду здесь. Да, возможно, всю ночь. Спасибо. – Она выключила телефон.

– Кто это был?

– Диспетчерская. – Она не прижалась ко мне снова. Я убрал руку с ее плеча. Она вдруг стала маленькой и грустной. Вздохнув, она сказала: – Они разозлились. Я отключила свой бипер, а меня искали. – Она легла лицом ко мне, но ее глаза были где-то далеко. Она потерла нос. – Они приказали, чтобы я оставалась здесь, но не объяснили зачем.

Я ничего не ответил, просто ждал. Здесь было что-то еще.

Она похлопала меня по спине.

– Думаю, я могу. Давай? – Ее голос помягчел. – Мне кажется, мы можем что-нибудь придумать, правда?

– Как насчет того, чтобы я просто обнял тебя?

– Хорошо бы.

Мы замолчали. Все остальное было не важно. Это могло и подождать.

У нее была гладчайшая кожа.

Прикасаться к ней – наслаждение.

Я почувствовал себя юношей по имени О'Квинн, которого очень тревожило, есть ли отверстие в коже…

Спустя некоторое время я снова рассмеялся.

Лиз приподнялась на локте, другой рукой убирая волосы с лица.

– Что?

– Лимерики.

– Лимерики?

– Ага, лимерики.

Она недоуменно моргнула.

– Мне говорили, Джим, что ты ненормальный, но…

– Все правильно. Я ненормальный. Полностью затраханный. Я слышу голоса и галлюцинирую с тех пор, как три года назад на меня упал червь.

– Но тогда все сошли с ума. Это нормально, а потому не может служить оправданием. Почему лимерики?

– Сам не знаю. Я просто думаю лимериками. Она схватила мою руку и заломила назад пальцы.

– Почему сейчас?

– Ой! Хорошо, хорошо. Я вспомнил тот, что сочинил о тебе.

– Ты сочинил обо мне лимерик?

Я пожал плечами, испытывая нечто вроде смущения. – Да.

– До сих пор еще никто не посвящал мне стихи. – Лиз нагнулась и поцеловала меня.

– Мне кажется, что сначала ты должна послушать, а уж потом благодарить.

– Здравая мысль… – Ее глаза затуманились. Она подозрительно нахмурилась. – Что ж, давай послушаем твой лимерик.

– Ладно, только потом не говори, что я тебя не предупреждал.

Она снова заломила мне пальцы. Я зачастил:

Сумасшедшая летчица по имени Лиззи,Постоянный объект сексуальных коллизий,Могла сделать «петлю» и «бочку»,Тебя вытряхнуть из твоей оболочки.Ее она оставляла висеть на карнизе.

– Почему на карнизе? – удивилась Лиз.

– Я не объясняю – просто сочиняю. Она хмыкнула.

– Почитай еще.

– Ладно.

Я прочитал о Чаке, который утку любил – такой был чудак, жареную и отварную, а больше всего заливную – и слезть с нее не мог никак.

Лиз посмотрела на меня пустым взглядом.

– Я не поняла.

– Ну, слезть с утки. Понимаешь, как в той шутке: «Ты можешь отпустить медведя?» – Ну?

– «Могу. Только он меня не отпускает».

– О. Это мило.

– Мило? – Я вздохнул. – Хорошо. Тогда попробуем другое: «А без утки кончал он в кулак».

Она изобразила ужас.

– «И однажды собрал он аншлаг».

– М-м. – Она помахала рукой, показывая сомнительность последнего варианта.

– Ладно, еще одна попытка: «Приправлял ее гарниром, еще теплым – из сортира, а майонез он делал…» В этот момент снова запикал телефон.

Лицо Лиз застыло.

Она потянулась и с испугом взяла аппарат.

– Тирелли.

Несколько секунд она внимательно слушала, потом лицо ее посерело.

– Она сделала это? Когда? – Лиз быстро села и включила свет, Я вопросительно посмотрел на нее. Она сделала знак, чтобы я молчал, и продолжала напряженно слушать. Лицо ее все мрачнело.

– Прямо сейчас? Неужели нельзя было предупредить заранее? О, даже так? У меня есть время принять душ?

Я не стал ждать. Скатился с кровати, прошлепал в ванную и встал под горячий, как кипяток, душ. Когда я вошел обратно в комнату, она говорила по телефону: – Он уже выехал? Хорошо, я встречу его внизу. Лиз положила трубку.

– Кого встретишь?

– Моего шофера. Собери мою одежду… – Она уже шла в ванную.

– Новую форму?

– Нет, комбинезон. У меня ночью вылет.

– Что происходит? – Я последовал за ней, надел на руку варежку и стад тереть ей спину – и ниже.

– Перестань, я спешу.

– Спешишь – куда?

– Я не могу сказать. – Она потянулась. – Увидишь по телевизору.

– Увижу – что?

– Десять минут назад указом президента столица официально перенесена на Гавайи.

– И ты везешь туда президента?

– О нет, у нее свой пилот, и они уже десять минут как в воздухе. Мне не сообщали приказ, пока корабль номер один Военно-воздушных сил не поднялся в воздух. – Лиз уже вышла из ванной и вытиралась полотенцем. – Сюда едет мой шофер. Вертушка заправлена и ждет.

– Кого ты повезешь?

Она не ответила. Просто покачала головой и прошла мимо.

Я последовал за ней в спальню и стал смотреть, как она одевается. Она быстро натянула комбинезон.