Ирина Скидневская - Звёздные мальчики

Тики еще сильнее прикрыл глаза.

Я хочу проснуться, закричал Дизи.

- Кинулся туда-сюда, смотрю, он идет по поляне... вдалеке... Я хотел к нему, а ноги будто к земле приросли. Такой страх на меня напал... никогда такого не доводилось испытать... И хочу за ним побежать, и страшно... Сергей выругался. - А он, Рики, идет по поляне медленно так, еле ноги переставляет... И волк на него из кустов... черный, ростом с теленка...

Сергей, шатаясь, поднялся с земли, зачем-то скинул с плеч фуфайку и побрел к избушке. Тики машинально поднял куртку и пошел следом за ним.

Нет! Я хочу проснуться!

За избушкой чернел припорошенный снегом холмик свеженасыпанной земли. Рядом валялись лопата и лом с прилипшими мерзлыми комьями.

- Здесь он лежит... - сказал охотник. - Гроб я ему сам сколотил...

- Позаботился, значит?.. - со пугающей улыбкой тихо сказал Тики. Дизи взял его руку и стал считать пульс.

Лицо у охотника страдальчески перекосилось. Он еле держался на ногах.

- Когда это случилось? - спросил Дизи.

- Три дня назад...

- Уйди отсюда, - так же тихо сказал Тики.

Сергей, спотыкаясь, побрел обратно к костру.

Он посидел у огня, подбрасывая ветки. Услышав глухие удары, вернулся к избушке. Мальчики в темноте разрывали могилу. Охотник стоял за углом и слушал, как они достают гроб и открывают крышку.

- Я убью его, - донесся до него голос Тики.

Стараясь не шуметь, охотник повернулся и побежал в лес.

...Они, как могли, обыскали лес вокруг. Ночь была глухой, темной; сияние снега в слабых отсветах луны едва разгоняло мрак. Устав, они остановились у одинокой сосны на поляне.

- Ничего, - сказал Тики, - сейчас мы его быстро найдем. Я вызову модуль.

Вдруг сверху раздался голос:

- Эй, парни... Здесь я... - Охотник сидел высоко на сосне, скрючившись на ветке. - Что ж, виноват я, не углядел...

- Волк, говоришь? - задрав голову, сказал Тики в темноту. - А как же волк тебя не тронул?..

- А вот не знаю... Он на меня тоже пошел, уже после... - Сергей всхлипнул. - Я его хорошо рассмотрел... На лбу белая отметина... Постоял совсем близко, посмотрел на меня... я даже без ружья был... Потом в лес побежал...

- Слышь, охотник, - глухо сказал Тики, - ты бы слез оттуда, поговорить нужно. Зачем ты туда залез?

- Да боюсь я вас. Странные вы какие-то... По лесу без ружья ходите... - Сергей перевел дух. - Да и стыдно мне в глаза вам смотреть, пацаны. Так говорите, что думаете...

- Что думаем? - тяжело дыша, заговорил Тики. - Я тебе скажу, что мы думаем. Ты сам убил его, ребенка, которого я тебе доверил... Ты, подонок, сам убил его...

- Ты что? - растерялся Сергей. - Ты что это, парень?! Зачем мне было его убивать?

- А вот зачем! - задыхаясь от слез, закричал Тики. - Смотри сюда! Этот алмаз был у Рики, висел на шее, охранял его от волка... А сейчас я нашел его в твоей куртке...

- Я ничего не брал у него, клянусь матерью... Я даже не знал, что у него был алмаз... На черта мне этот алмаз?! - Голос у охотника стал совсем трезвым.

- Слазь оттуда! Отдай нам тело! - сжимая кулаки, крикнул Тики.

- Возьмите сами... - растерянно отозвался охотник. - Вы же гроб достали...

- Его там нет... По-хорошему тебя прошу, отдай...

- Я его похоронил, братцы...

- Мы тебе не братцы! - в ярости закричал Тики. - Гроб пустой! Ты убил его, чтобы взять камень, решил все свалить на волка, а тело зарыл в другом месте... Отдай нам его!

- Я виноват перед ним и перед вами, парни, но не в том, о чем ты говоришь... Я просто не уберег его... Мог ведь ружье с собой захватить... страх свой перебороть... Мог, а не смог... - Сергей снова заплакал. - Как же я мог убить его, друг, когда я так полюбил этого мальчонку?.. Как сказал, так все и было... Это волк...

Воцарилось молчание. Тики снова тихо, убежденно и еле сдерживая себя, заговорил:

- Сергей, я всё тебе прощу, всё, только скажи, что он жив... Скажи, что прилетал чужой модуль, и ты отдал им Рики, а взамен они тебе отдали алмаз... А? Так было?

- Что я тебе - Иуда какой? - со злостью сказал охотник.

- Прилетал модуль? Говори! - закричал Тики.

- Какой еще модуль?!

Тики выхватил из кармана плоский черный предмет, похожий на нож, и нажал кнопку. Небо над ними засияло, и в ореоле лучей, осветив сжавшегося на ветке охотника, над лесом завис светящийся диск.

- Такой модуль был?! Только другого вида? - крикнул Тики.

- Не было!

Дизи повис на руке у друга, но тот уже кромсал острым ярким лучом, вырывающимся из черного ножа, деревья вокруг сосны, на которой сидел охотник. Деревья со страшным треском валились вокруг, шипел тающий снег и плавилась обнажившаяся земля.

- Вот что я с тобой сделаю! - кричал Тики, вырываясь из рук Дизи. Или ты сам слезешь!

Дизи выбил у него из рук БК и повалил на снег.

- Хватит, - сказал он и нажал на виске у Тики на какую-то точку. Тики затих, только продолжал судорожно всхлипывать.

- Кто мне объяснит, что произошло? - плача, спросил он. - Кто?!

- Я, - сказал Дизи.

...Он проснулся и, сгорбившись, как старик, спустился в подземелье, где оставалась в заточении Лотис.

8.

Железная дверь, за которой находилась пленница, была покрыта капельками воды. Влага быстро конденсировалась и стекала на пол. Дизи наклонился и рассмотрел знак, который он начертал два дня назад, - три смятых лепестка, выложенных по кругу. Один лепесток совсем выпрямился, два других раскалились, как угли, и, похоже, тоже собирались распрямиться.

Дизи прислушался. За дверью была тишина. Он постоял, собираясь с силами и читая заклинания, потом снял засовы и отпер дверь. Когда его глаза привыкли к темноте, он шагнул вперед. Тут же по его лицу со всего маху больно царапнули острые когти; раздался дикий визг. Мальчик отшатнулся.

- Это я, мама! - крикнул он в темноту. В ответ снова раздался вопль. Он зажег свечу и поставил ее на самом пороге тесной сырой комнаты.

Лотис стояла прямо перед ним. Одну свою руку она каким-то непостижимым образом высвободила из железных оков, и размахивала ею перед лицом Дизи, пытаясь дотянуться до него.

- Это я, я, мама... - прошептал мальчик. - Узнай меня...

Лицо женщины исказилось, как от сильной боли, и она медленно повернула к нему другую половину своего лица. Дизи опустил глаза. Вторая половина тела Лотис теперь принадлежала Кавис...

- Ты очень смелый, Грайн, - с насмешкой просипела старуха.

Дизи вздрогнул.

- Мама, ты меня слышишь?

- Конечно, сынок, - прошелестел знакомый голос.

- Пока еще слышит, - сказала старуха и зашипела, как змея.

- Один лепесток уже расправился...

Старуха захохотала - безобразно, глумливо. Облезлая прядь волос закрыла ее налившийся кровью глаз.

- Я люблю тебя, мама, - сказал Дизи. Старуха поежилась. Лотис повернулась к Дизи своей половиной лица. - Ты чувствуешь в себе силы? Лотис кивнула, но как-то слишком печально.