Александр Белоткач - Дм Мой или Шанс №2

Из этого рассказа, я понял, что родители Сьюзи были людьми весьма набожными. Поэтому свою дочь воспитывали в духе высокой христианской морали.

И хотя ей порой было очень одиноко, все попытки местных ловеласов она отвергала. А в 35, ее укусила змея.

— В тот день я как обычно по утрам совершала легкую пробежку по территории, отведенной для туристов, когда неожиданно ощутила укол в ногу! — рассказывала она, — Я даже и не поняла, как все произошло. Просто в глазах все завертелось, замелькало, как на Американских горках. И все. Больше я ничего не помню. И лишь здесь уже, после долгих размышлений, я поняла, что это была змея. В той местности водились рогатые гадюки. Скорее всего, я просто напугала ее. Эти твари, когда их испугаешь, вместо того чтобы бежать, атакуют. Вот и все. Думаю, меня обнаружили тем же днем. К обеду этим маршрутом должна была проходить очередная экскурсия. Но, им не удалось вытащить меня. У нас там, это уже не первый случай.

Я внимательно слушал эту девушку, и представлял себе горячее солнце над джунглями, крокодилов, гигантских змей, свисающих подобно лианам с деревьев, и скачущих по ветвям павианов. А когда Сьюзи умолкла, неожиданно вспомнил старый анекдот на биологическую тему.

— Приезжает как-то в Австралию новый русский, — рассказывал я притихшей девчонке, — Увидел в зоопарке кенгуру, и после долгого молчания говорит. Да, ребята! Базару нет! Ваши кузнечики больше наших!

Сьюзи долго хохотала над этой шуткой, смех у нее был чистый и добрый. Я сам не удержавшись, тоже рассмеялся. А когда наконец, утирая слезы, моя новая знакомая попросила рассказать еще что-нибудь, я выдал целый арсенал баек и анекдотов из моего прошлого, стараясь выбирать более или менее понятные.

Рассвет мы встречали под звонкий девичий смех. Оказалось, что Сьюзи очень любила веселые истории, и не смотря на весь свой серьезный вид, была к тому же очень смешлива.

А когда первые лучи солнца коснулись верхушек деревьев, и омытая с полчаса назад оросительной системой листва, заиграла мириадами разноцветных искр, моя новая знакомая, остановившись на последней ступеньке ведущей к воде, тихо проговорила:

— Это была самая лучшая ночь в моей жизни! Спасибо тебе Ал! Я, пожалуй, никогда не забуду ее! — и потянувшись всем своим гибким телом, глянув мне внимательно в глаза, предложила: — А давай еще прейдем сюда? Конечно если ты сам не против?

И тогда, я неожиданно для самого себя, осторожно приобняв Сьюзи, поцеловал ее. А затем, взяв, слегка ошалевшую девчонку за руку, шагнул к заигравшей в рассветных лучах мельчайшими блестками воде.

32

Когда проводив Сьюзи к себе, я, войдя в свой модуль, решил было завалиться спать, на мою общалку пришло короткое сообщение, в котором меня просили зайти в канцелярию Ария Светоносного. Чертыхнувшись, я вновь вышел в коридор, и через полчаса, предстал пред ясны очи сильно озабоченного чем-то верховного Тимофея Лукина.

Войдя в огромный по меркам дома кабинет, выдержанный в белых тонах, отделанный мрамором и хрусталем, я был вежливо усажен в шикарное кресло, после чего подвергнут самой настоящей экзекуции.

Во-первых, Ария интересовало, чем таким особенным, я отличился перед его братом, что он настоял на моей реабилитации? На это я, коротко пожав плечами, ответил нечто вроде: «Я не я, и самокат немой». «Моя хата с краю, ничего не знаю».

Во-вторых, Арий изнемогал от любопытства, что это за новые способности открылись у его Алекса, и почему он узнает об этом в последнюю очередь.

И тогда, я тоже как можно коротко, не вдаваясь в детали, рассказал этому пройдохе, о тех самых спонтанных скачках во времени.

Тимофей, услышав подтверждение неких шпионских данных, подскочил в восторге, и меряя широкими шагами мраморный пол, радостно стал вещать мне о том, какое я мол, для него Ария чудесное приобретение, и что теперь-то, у него есть отличный козырь в совете, и что пусть только кто-то попробует, и тд.

Я, слушая этот лепет, потирающего в предвкушении свои потные ладошки предводителя бывших уже, по всей видимости, сборщиков, размышлял. Нужно было как-то потянуть время. Возможно даже согласится на некие предложения, которые не заставят себя долго ждать. Но вспомнив о том, что тех двоих черных гадов послал к моей Лизе именно он, решительно прервал восторженный монолог.

— Уважаемый Арий! — произнес я как можно официальнее, и когда почувствовавший в миг неладное, Арий остановился, будто налетев на стену, я продолжил тем же тоном: — Простите за дерзость! Но как я могу судить, к вашей организации, Бывший заключенный Алекс Некий, отныне не имеет совершенно никакого отношения! Во-первых, мне так и не был присвоен статус! Во-вторых, мне не был возвращен жетон сборщика! И наконец, в-третьих, я сам отказываюсь отныне повторно вступать в вашу организацию!

Остановившийся прямо передо мной Светоносный, после этой моей тирады, выпучив страшно глаза, побледнев, потом покраснев, а затем весь пойдя пятнами, как припадочный заорал:

— Что-о? Да ты с кем разговариваешь? Щенок! Да я тебя в порошок! В бараний рог!.. Да я… — и тут же резко оборвал себя. Усевшись в свое кресло, он заговорил совсем другим, елейным голоском: — Ну что ты Алекс! Заставляешь нервничать старика! У нас тут такое… твориться! Я уже две недели не сплю нормально! Я всех своих баб разогнал к… трах-та-ра-рах! Ты слышал, что теперь ни один из нас не может открыть свой набор сути? — и увидев, что я не удивился, продолжил: — Ты понимаешь, что это значит? Все! Все что имело для меня здесь смысл, пропало! И никто! Понимаешь никто, не знает в чем дело! Так что ты уж прости старика! Не сдержался.

Затем, этот мастер подковерных игр, и великолепный болтолог, в течение целого часа пытался аки невинную девицу охмурить меня. Суля все возможные радости местной жизни, предлагая полцарства и царевну в придачу. Да, так и сказал:

— Если согласишься, будешь вторым после меня в моей епархии. И Лильку свою тебе отдам. Огонь баба. От сердца отрываю.

В общем, пытались купить Федота всем чем возможно, и под конец, сделав задумчивый вид, я решил потянуть время, «а то чего доброго, наймет этот деятель каких-то засланцев, и поминай как звали».

— Что ж. Ваши предложения, особенно последнее, меня очень заинтересовали! — с серьезной миной проговорил я, — Но я человек ответственный, и просто так решения не принимаю. Если вы готовы подождать, то я соответственно буду готов подумать.

— И сколько? — как учуявшая близкую дичь борзая, встрепенулся Арий, — Сколько ты будешь думать?

— Ну, не знаю… — затянул я, — Все зависит от вашего ко мне отношения, и прочих факторов, но не больше трех месяцев, наверное!