Сборник - Фантастика, 1982 год

Нельзя сейчас писать, что “электронно-вычислительная машина мерно постукивала”, или: “Мы закладывали в машину программу при помощи перфорированных карточек”, ибо это уже вчерашний день. А в научной фантастике мы должны заглядывать в завтра. Нельзя писать о том, что ученый биохимик “занимался синтезом углеводородов”, имея при этом в виду, разумеется, углеводы. Может быть, автор ошибся. Но ведь и углеводы синтезированы уже больше ста лет назад. А у молодого читателя подобные “мелочи” создают впечатление невежества автора, и он уже не верит, что этот писатель зовет его вперед, к будущему.

Главное в научной фантастике, при всем ее широком спектре и во всех ее направлениях, это показать поэзию и романтику научных исследований. Наука и техника - это великий труд человека, воплощение его гения. Поэтому в центре научно-фантастического произведения всегда должен стоять человек. Человек - это основное мерило искусства, герой всей шестидесятивековой мировой цивилизации и универсальный ключ к нашей гуманистической эпохе.

Научная фантастика, как и все другие жанры и роды художественной литературы, есть в первую очередь человековедение - раскрытие типических черт и индивидуальных особенностей характера героя повествования, исследование поведения героя в типических для нашего общества обстоятельствах.

Но типические обстоятельства могут быть обстоятельствами необыкновенными, потому что обстоятельства, в которых Гагарин летел в космос, стали в наше время типичными, хотя еще вчера они были совершенно необыкновенными. Поэтому подлинно реалистическая научная фантастика может и должна быть сведена к той же известной формуле: типические характеры в типических, но и необыкновенных обстоятельствах. Для советской фантастики требование реализма должно быть неуклонным.

Человек - это главное, и это за последние годы наши авторы понимают хорошо. И вряд ли кто-нибудь станет проповедовать научную фантастику без героев, без людей. Но если ктото спросит: а почему у многих авторов так бледны образы героев, я отвечу - это не их вина, а их беда. Это значит, что не хватило человеку таланта. Вряд ли кто-нибудь из писателей скажет: “Я этого хотел,”!

Не всякий человек пригоден стать в центре научно-фантастического произведения. Его главный герой - это человек, который сейчас только вылупляется из куколки и становится бабочкой, вылетающей в мировое пространство.

Великий гуманизм - это та черта советской фантастики, которая поднимает ее над фантастикой западной. И еще очень важная ее черта - социальный оптимизм. Социальный оптимизм не сводится к оптимизму некоторых редакторов, которые добиваются от автора, чтобы в звездной экспедиции было как можно меньше жертв. Бывает так, что у покладистого автора в рукописи сначала погибает вся экспедиция, потом, в процессе редактирования, число жертв сокращается наполовину, а в напечатанном варианте гибнет лишь один, да и тот отрицательный герой.

Подлинный социальный оптимизм в ином - в наличии цели и в показе высокой цены человеческой жизни.

АННА МИРЛИС ГИПОТЕЗА В НАУЧНОЙ ФАНТАСТИКЕ

По свидетельству автора, эта история произошла в одном из парижских кварталов вечером 9 августа 1949 года.

В столице Франции встретились сразу два путешественника во времени - из будущего и из прошлого: Амун-Ка-Зайлат, ученый Королевского научного института из древнего города Бадари, существовавшего восемь тысяч лет назад, и доктор Джинг-Джонг, прославленный ученый республики Перголия, которая в наши дни еще скрыта под Тихим океаном, но в 29153 году достигнет своего расцвета.

Что понадобилось почтенным путешественникам в нашей эпохе? Бадариец прибыл сюда с благородной целью: ознакомить людей с достижениями бадарийской цивилизации. Перголезца же привлекают обширные пустующие пространства Бадари, где можно расселить часть жителей Перголии, страдающей от нехватки земель. Заодно наш потомок намеревается усовершенствовать перголезскую породу, проявляющую признаки вырождения: скрестить ее представителей с прекрасными бадарийками. Для осуществления коварных замыслов ДжингДжонг пытается завербовать себе в помощники представителя промежуточной эпохи, пожилого французского букиниста Оскара Венсана.

Скромный торговец книгами, от имени которого ведется повествование, втянут в головокружительный водоворот событий. На его глазах в причудливом хитросплетении непрерывно взаимодействуют прошлое, настоящее и будущее. Осмысление происходящего требует такого умственного напряжения, что это подвергает рассудок тяжелому испытанию. Глуша себя коньяком - не сдали бы нервы - Венсан слушает о поступке, который еще не совершен, и о событии, которое еще не пережито. Он беседует с людьми, одного из которых видит после его смерти, а другого - задолго до его рождения. “Разве ты, совершая свое путешествие, не был свидетелем го (города. - А. М.) агонии и медленного угасания в течение веков?- изумленно спрашивает он своего предка. - Разве ты не был свидетелем собственной смерти? Разве ты не видел, как твой прах поместили в одну из тех изящно раскрашенных урн, которые теперь так восхищают нас?” В ответ бадариец ссылается на законы научного детерминизма, незнание которых якобы мешает Венсану разобраться во всем этом.

Как же воспринимать связанные с перемещением во времени сюжетные перипетии рассказа французского фантаста Пьера Буля “Бесконечная ночь”?

Фантастический элемент играет в научно-фантастической литературе существенную роль, но не случайно эту фантастику называют научной: различие между научной фантастикой и просто фантастикой наглядно проявляется в их отношении к гипотезе.

На страницах “Капитала” К. Маркс писал: “Паук совершает операции, напоминающие операции ткача, и пчела постройкой своих восковых ячеек посрамляет некоторых людей-архитекторов. Но и самый плохой архитектор от наилучшей пчелы с самого начала отличается тем, что прежде чем строить ячейку из воска, он уже построил ее в своей голове. В конце процесса труда получается результат, который уже в начале этого процесса имелся в представлении человека, т. е. идеально”.

Именно человек и только человек, подчеркивает это положение диалектического материализма, может предвидеть результаты своего труда.

Человеческое сознание - пример высшего развития материи.

Оно обеспечило людей бесценным качеством - воображением.

“Кто может провести резкую границу между воображением и мыслью? Ее нет, этой границы, - писал К. Т. Паустовский. - Воображение создало закон притяжения, бином Ньютона, печальную повесть Тристана и Изольды, расщепление атома, здание Адмиралтейства в Ленинграде, “Золотую осень” Левитана, “Марсельезу”, радио, электрический свет, принца Гамлета, теорию относительности и фильм “Бэмби”. Человеческая мысль без воображения бесплодна, равно как и воображение бесплодно без действительности”.