Феликс Пальма - Карта времени

С этой целью он и прибыл в нашу эпоху, прихватив с собой двух подручных. Всего через несколько месяцев Фросту предстояло стать знаменитым. Надо было отыскать его, убедиться, что он еще не успел передать рукописи издателю, и, если это так, силой отнять у него то, что единственно отличало Фроста от прочих ничтожных людишек, позоривших своим существованием землю. Потом Маркус уничтожит его, подстроив какой-нибудь несчастный случай. Но, к своему немалому удивлению, Маркус не нашел и следа этого самого Фроста. Как ни странно, никто, по всей видимости, не знал его. Того словно бы и не существовало. Откуда Маркусу было знать, что Фрост, как и он сам, был пришельцем из будущего и известность он обретет, только завладев рукописями трех замечательных произведений? Но Маркус не собирался отступать от задуманного. Он выбрал Фроста, чтобы начать с него жестокую охоту на писателей, и найдет его во что бы то ни стало. Единственный способ выманить Фроста из укрытия, который пришел Маркусу в голову, — это лишить жизни трех человек и написать на месте преступления начальные фразы из трех выбранных произведений — соответствующие книги он прихватил с собой из будущего. Казалось, Фрост не мог не клюнуть на такую приманку. Тексты, как и рассчитывал Маркус, попали на страницы газет. Но Фрост так и не появился, словно все это не имело к нему никакого касательства.

Маркус, чувствуя попеременно то бешенство, то отчаяние, день и ночь караулил его вместе со своими подручными в местах, где были совершены убийства, но безрезультатно. Зато внимание его привлек к себе некий человек, стоявший в толпе любопытных неподалеку от тела третьей жертвы. Это был вовсе не Фрост, однако внешность незнакомца пробудила в Маркусе схожие эмоции. Маркус глазел, как и все остальные, на труп миссис Эллис, которую сам же несколькими часами раньше лишил жизни и оставил сидеть, прислонив спиной к стене. Потом он перевел взгляд на инспектора Скотленд-Ярда, стоявшего рядом с жертвой. Инспектор был совсем молоденький и, казалось, изо всех сил боролся с приступом дурноты. Затем на глаза Маркусу попался мужчина средних лет, находившийся справа от него. Все в его облике выдавало типичного представителя своего времени: элегантный синий костюм, цилиндр, монокль и трубка во рту — и очень напоминало тщательно продуманный карнавальный костюм. Но тут Маркус увидел книгу, которую незнакомец держал в руке, — «Поворот винта» Мелвина Фроста, повесть, пока еще не увидевшую свет. Как она попал к нему? Выходило, что рядом с ним стоял еще один путешественник во времени. Маркус краем глаза наблюдал, как мужчина сравнивал первые строки книги с текстом, написанным на стене, как он нахмурился, убедившись, что все совпадало слово в слово.

Незнакомец спрятал книгу в карман и зашагал прочь. Маркус решил последовать за ним. Не заметив этого, мужчина привел его к дому на Беркли-стрит, который выглядел необитаемым. С опаской осмотревшись по сторонам, он вошел в дверь. Маркус со своими людьми тотчас ворвались туда же. Всего нескольких крепких ударов хватило, чтобы незнакомец признался, что действительно владеет пока еще не опубликованной книгой. Тут-то Маркус и услышал рассказ про Библиотеку правды и про все прочее. Итак, Маркус прибыл в твое время, чтобы убить своего любимого писателя и стать его единственным читателем, а открыл для себя много такого, с чем ему вроде бы было не просто сладить. Мужчину, которому они изрядно подпортили лицо, звали Огюст Драпе, и он на самом деле был библиотекарем, отвечающим за XIX век. Он явился сюда, чтобы исправить беспорядок, который пришелец по фамилии Фрост устроил в ткани времени, убив трех писателей — Брэма Стокера, Генри Джеймса и Герберта Джорджа Уэллса и напечатав их сочинения под своим именем. Маркуса страшно удивило, что Мелвин Фрост не был подлинным автором этих замечательных сочинений, а упомянутые библиотекарем писатели, хотя они в реальности Маркуса и погибли, едва успев прославиться, в их собственном оригинальном мире еще будут продолжать и продолжать писать. Маркус почти так же удивился, узнав, что Джек Потрошитель на самом деле так и не был схвачен. Он почувствовал себя оскорбленным — в метафизическом, понятно, смысле: оказывается, он всего лишь скакал по параллельным мирам в ритме, навязанном ему другими путешественниками во времени, но те-то не ограничивались оргиями с египетскими рабынями. Однако Маркус решил не думать сейчас об этом, а сосредоточить внимание на показаниях пленника. Тот собирался исправить положение, предупредив трех писателей о том, что им грозит. Для этого он хотел подсунуть в почтовый ящик каждому из них соответствующую книгу, напечатанную под именем Мелвина Фроста, а также карту, где будет указано место встречи с ним, библиотекарем. Он уже готов был приступить к исполнению своего плана, когда в газетах появились сообщения о необычных убийствах. Это заставило его отправиться туда, где обнаружили третий труп. О том, что было с ним дальше, нетрудно догадаться: Маркус без колебаний убил его и решил встретиться с вами, выдав себя за смотрителя времени.

Я рассказал тебе, что произошло на самом деле, и если ты как следует поразмыслишь над этим, то найдешь объяснение многим вещам. Разве не кажется тебе странным, что Маркус установил с вами связь столь рискованным образом: убив трех человек и подняв на ноги всю лондонскую полицию. Кстати сказать, я очень сомневаюсь, что жертвам его было так или иначе суждено умереть в ближайшие дни. Хотя не имеет никакого значения то, что тебе кажется сейчас, если ни о чем похожем ты не подумал в тот миг, когда как раз и следовало бы подумать. Ты не так умен, как сам считаешь, дорогой Берти. И знал бы ты, как мне больно говорить тебе об этом.

Так на чем мы остановились? Ах да! Ты выслушаешь объяснения Маркуса, не сводя глаз с нацеленного на тебя оружия, чувствуя, как сердце все быстрее колотится в груди, как пот течет по спине и как у тебя даже начинает странным образом кружиться голова. Думаю, выстрели они в тебя столь же неожиданно, как в Стокера и Джеймса, ты бы умер, и все. Но долгие объяснения Маркуса позволили тебе освоиться с ситуацией — назовем это так. В результате, когда Маркус замолк и его подручный сделал шаг вперед и прицелился в самую середину твоей груди, все накопившееся у тебя внутри напряжение выплеснулось наружу — и яркая вспышка осветила мир. На какую-то долю секунды ты ощутил свободу от собственного веса, от собственной плоти — она показалась тебе лишь ничтожной оболочкой, вместилищем болезней и пустых удовольствий. И ты почувствовал себя сотканным из воздуха. Но уже в следующий миг вновь обрел прежнюю тяжесть и закрепился в мире, как якорь, упавший на дно. К тебе вернулось ощущение твоего тела — и это принесло облегчение, но одновременно породило тоску по тому бестелесному существованию, которое мимолетно тебя посетило. Внезапно ты испытал мучительные приступы рвоты. Потом, немного придя в себя, поднял голову, так и не поняв, выстрелил уже человек Маркуса или забавляется зрелищем твоих мук и потому отсрочил казнь. Но ты не увидел направленного на тебя оружия. Вокруг вообще никого не было — ни Маркуса, ни его подручных, ни Стокера с Джеймсом. Ты стоял один в темном холле, откуда исчезли даже канделябры. Словно все предыдущее тебе только приснилось. Но как такое могло произойти? Я отвечу тебе, Берти: просто-напросто ты уже был не ты. Ты превратился в меня.