Алан Кубатиев - Русская Фантастика 2005. Фантастические повести и рассказы

— Завтра я — пас. Заслуженный отдых.

— В ж… гм… в баню отдых! Прикроют программу, вот тогда все наотдыхаемся! В ток-шоу пойдем, массовки инструктировать!

— Да, ладно, Антох, чего ты завелся? Ну, поработаю, если надо…

— Иди в дневную. Шансов больше. Да-да… пока ты тут по кабинету бегал, я считал. Сколько случаев мы насчитали?

— Сорок семь.

— Угу. Из них ночью — только девять. И больше всего, двадцать один, — это ДТП. На втором месте — пожары. Пятнадцать случаев. Расклад ясен?

— Не тупой, однако. Объявляют по спецсвязи вызов пожарным или гаишникам, и мы туда рвем со всех сил. И начинаем аккуратненько камерами по сторонам водить. Как только замечаем нашего друга, подходим к нему, берем за пуговицу и ла-асково так спрашиваем…

— Ёпрст! Не дай бог! Не, — Антон выделил слово голосом, — подходим и не спрашиваем. Смотрим издалека, стараемся заснять лицо, приметы, если есть тачка — номера. И, ради всего святого, не играй в детектива, ладно? Даже и не пытайся его проследить. А то и вправду придется на тебя некролог писать.

Глеб вытянулся в струнку, изображая старательного солдата.

— Есть, сэр! Разрешите идти, сэр?

— Иди-иди с глаз моих…

Глеб прошагал к двери, четко печатая шаг. Но прежде чем прикрыть ее, всунул голову и спросил:

— А правда, Антох, какая у тебя была версия?

— Бли-ин! За что мне такое наказание?!

— Ну, скажи…

— Вот привязался! Фильм такой был в свое время, «Тысячелетие», не видел? Зря. Там ребята из будущего вывозили из нашего времени людей для колонизации прошлого — они таким образом пытались цивилизацию сохранить. У них там, видишь ли, народу совсем мало осталось, да и с рождаемостью проблемы возникли из-за ядерной войны и каких-то там еще ужасов. Но, чтобы со временем чего не случилось, они отсюда тягали только жертв катастроф. Изымали из нашего мира за несколько секунд до смерти.

— И ты думаешь…

— Ничего я не думаю! Просто версия хорошая. А теперь сгинь, бога ради, пока я в тебя пепельницей не кинул. Казенное имущество жалко.

На следующий день Глеб, столкнувшись с Антоном в коридорах телецентра, лишь покачал головой. Ночная смена тоже не привезла ничего похожего. В четверг Антон ездил на переговоры с рекламщиками и не успел вовремя вернуться в студию. Утром в пятницу он пришел пораньше и, дожидаясь возвращения ночной бригады, выпил, наверное, литра три омерзительного растворимого кофе, а еще довел до белого каления охрану на воротах:

— Белая «Киа» не проезжала? Извините.

Наконец Глеб объявился. Он с порога бросил кассету на диван, хитро улыбнулся и подмигнул.

— Ну?!

— Вот тебе и ну! Чего б ты без меня делал…

Антон медленно досчитал до десяти, аккуратно смял пустую пачку «ЛМ» в маленький комочек и осторожно положил его на край стола. Глеб изобразил испуг:

— Это я буду, да? Понял, понял. Чего кота за хвост тянуть — нашелся наш парень. Вчера и нашелся, на третий выезд. Все, как ты говорил — ДТП на Дмитровке, «мерин» с «девяткой» перекресток не поделили. Два трупа, из «девятки» которые, еще трое — в Склиф с переломами. Ну, и этот там стоял, в сторонке. Наблюдал. Я случайно его приметил, камерой панораму брал, смотрю, на остановке он, не он? Народу много, не видно толком. Отснял я его хорошо, минуты две в кадре, на кассете посмотришь. А тачки у него нет, мы с полчаса еще на этом ДТП крутились, так он сел в автобус и укатил. Следить я не стал, как приказано.

— Молодец, Глеб…

— Подожди, это еще цветочки все, ягодки впереди. Я ж его второй раз видел.

— Дану!

— Точно так, вечером, у нас уж смена кончалась. Правда, не ДТП, не пожар, банкира одного вместе с тачкой полетать отправили, прямо у собственного подъезда. Мы мчались как угорелые, ели успели. Приезжаем, смотрю: обугленный каркас «бэхи» дымится, рядом менты суетятся. Пока взрывники приехали да начали там все лентой своей огораживать, наснимать порядком успели. А потом собрались уже уезжать, глянь: у самого дальнего угла оцепления он переминается. Шлангом прикинулся — замаскировался в подъезде и смотрит.

— Просто смотрит?

— Ну да. Стоит, не шелохнется. А потом чего-то не понравилось ему — нырк в подъезд! Я обрадовался: вдруг, думаю, живет он там. Мальца этого, стажера, послал проверить, а подъезд проходной оказался.

— А он тебя не вычислил?

— Черт его знает! Да нет, наверное. Я ж не пялился как баран на новые ворота на него одного. Давай лучше материал посмотрим — может, чего углядим в спокойной-то обстановке.

Пиликнула трубка. Антон раздраженно буркнул в микрофон:

— Да?

— Антон Вадимыч, это Ливитин говорит. Охрана. Тут человек пришел без пропуска, к вам вроде…

Ливитин из вохровцев старой закалки — без ксивы и президента не пропустит, костьми ляжет.

— Что за человек?

— Говорит, со вчерашнего ДТП, свидетель.

— Свидетель?

— Да-да, — быстро-быстро закивал головой Глеб, — я да том ДТП с «мерином» кое-кого из очевидцев, тех, что на остановке стояли, попросил прийти в студию, наобещал с три короба: в ток-шоу, мол, будете участвовать. Подумал, вреда не будет, а пользы… Польза вдруг да и будет. Мало ли. Может, нашего парня знает кто, каждый день на автобусе с ним на работу ездит или в одном подъезде живет…

Антон показал Глебу большой палец. Голос Ливитина в трубке все еще что-то объяснял.

— Пропустите. Да-да, под мою ответственность. Выпишите пропуск на час. Пусть поднимется на четвертый этаж, студия семь, дверь с надписью «Редактор». Спасибо. Глеб! Распечатай мне пару фоток нашего друга. Где лицо видно получше. Похоже, все-таки придется поиграть в детектив…

В дверь осторожно постучали.

— Входите. — Антон развернулся вместе со стулом к посетителю, да так и застыл на месте. Попытался сказать что-то, но не смог, лишь открывал и закрывал рот, словно пойманная рыба.

На пороге кабинета стоял высокий нескладный человек в измятом плаще. Мрачноватое лицо, высокий лоб с залысинами, немного запавшие глаза… Просто усталый, забитый жизнью холостяк. Ничего неземного или сверхъестественного.

И все же Антон молчал. Глеб, занятый пультом, обернулся, вскочил, попятился назад, попытался вжаться спиной в стеллаж.

— Так, — сказал посетитель. Голос у него оказался глухой, невыразительный. — Похоже, я пришел правильно. Разрешите присесть?

Антон смог только кивнуть.

— Спасибо. Итак, господа, скажите мне: на чем я засыпался?

— Прежде всего, — Антону наконец удалось взять себя в руки, — кто вы такой?

— В смысле? — спросил посетитель несколько агрессивно. — Мое имя? Фамилия? Род занятий? Краткую биографию рассказывать?