Николай Гацунаев - Пришельцы

— Нет.

— Я был о вас лучшего мнения, полковник. Вы, что, не знакомились с личными делами членов комиссии?

— С вашим — да.

— А с остальными?

— Не дошли руки.

— Ну так знайте: личного дела Маклейна у вас нет. Вместо него должен был приехать профессор Лунц, но перед самым вылетом старика хватил инфаркт и его заменили Маклейном. На инструктаж времени не оставалось, так что он пребывает в полном неведении.

— А жетон? — жестко спросил Плэйтон. — Вы приготовили его заранее, не так ли?

— Вы неподражаемы, Плэйтон! — расхохотался физик. — Не было никакого жетона!

— Как не было? — опешил полковник. — Я видел его собственными глазами.

— И все-таки его не было. Дело в том, Ричард, что Хейлигер — экстрасенс. А они и не такое умеют.

— Так… — Плэйтон наконец закурил, машинально, не ощущая вкуса. Если Стэнли говорит правду, то и визит Маклейна, и его рассказ, и феномен, наблюдавшийся с Дитрихом, обретают под собой реальную почву. Остается необъяснимым то, что он, Плэйтон, видел в казарме. Но если Хейлигер экстрасенс, то почему бы ему не подшутить над старым воякой? Наверное, так и есть, иначе куда могло подеваться удостоверение Стэнли? С этим, стало быть, тоже более или менее ясно.

Плэйтон вдруг ощутил огромную, ни с чем не сравнимую усталость. «Пропади все пропадом, — подумал он с тупым безразличием. — В конце концов, я всего лишь исполнитель. И мое участие в комиссии такая же липа, как и все остальное. Старая крыса Розенблюм даже не посчитал нужным ввести меня в курс дела…»

И все-таки что-то не укладывалось в схему, нарисованную физиком.

— Эдвард, — полковник кашлянул, прочищая горло. — Вы уверены, что все обстоит именно так?

— Не пойму, куда вы клоните.

— У вас не возникает никаких сомнений?

— Сомнений? — задумался физик. — А в чем именно?

— Перед вами у меня был Хейлигер.

— Любопытно, — заинтересовался Стэнли. — И что он?

— Уверяет, будто нащупал космический корабль пришельцев.

— Вот как? И что же он предлагает? Всадить в него контейнер с бетоном?

— Для начала арестовать Крейна.

— Какого еще Крейна?

— Моего дежурного офицера.

— Господи! Этот-то тихоня чем ему не угодил?

— Уверяет, что Крейн пришелец.

— В каком смысле?

— В прямом. И даже потребовал, чтобы я записал его заявление на пленку.

— Он что, рехнулся?

— Вначале мне тоже так показалось.

Стэнли пристально взглянул на полковника.

— Неужели вы всерьез допускаете, что…

— Не знаю. Единственное, в чем я убежден, это в том, что я зря впутался в эту историю. Хотя, что от меня зависело?

Казалось, физик его не слышит.

— Вы полагаете — Хейлигер прав?

— А почему бы и нет?

— И что ЦПП взорвали пришельцы?

— А почему бы и нет? — повторил Плэйтон. — Хейлигер, правда, этого не утверждал, но за последнее время я здесь такого насмотрелся и наслышался, что меня уже ничем не удивишь. Было официальное сообщение о неопознанном объекте в космосе?

— Да, но…

— Было или нет?

— Ну, было.

— И что он рухнул где-то в этих краях?

— Да.

— А тогда почему не предположить, что это была диверсия?

— Ну, знаете! На это даже наши ультра не решились.

— И почему он шлепнулся именно здесь, а не у русских? И прямехонько на секретный ЦПП?

— Да не было никакого космического объекта! — взорвался физик. — Я же вам человеческим языком объяснил. — Не бы-ло! Вранье все это!

Но полковника не так-то легко было остановить.

— И где гарантия, что не пришельцы или не красные подсунули мне в качестве дежурного офицера своего агента?

Стэнли восхищенно присвистнул.

— А вы, я смотрю, не промах, Плэйтон! Выходит, Хейлигер решил переплюнуть этих болванов из правительства? Пропади он пропадом этот секретный центр, пусть горят голубым огнем те, кто скрывал его от МАГАТЭ. Он, Хейлигер, в одиночку раскрыл заговор против нации! Разгадал и сорвал агрессивные планы красных и их космических единомышленников! Молодчина Хейлигер! Кандидат в национальные герои!

— Поговорим серьезно, Стэнли. Вы действительно не находите ничего странного во всей этой истории?

— А тут и искать не надо. Странного во всей этой истории столько, что голова кругом идет. Начать хотя бы с того, что в результате взрыва всегда, — я подчеркиваю, — всегда образуется грибовидное облако. В этот раз его практически не было.

Дальше: уровень радиации. Вначале он был таким, как и следовало ожидать. Но только вначале. И сразу же резко пошел на убыль. Уже через несколько часов радиация в зоне катастрофы снизилась до нормы.

Ну и еще целый ворох загадок, не укладывающихся ни в какие рамки. Вы это имели в виду, Плэйтон?

— И это тоже. — Полковник вдруг понял, что теряет интерес к разговору. — Пойдемте, Стэнли. Я что-то продрог. И вообще, утро вечера мудренее.

Некоторое время они шли молча. В кронах деревьев по-осеннему шумел ветер. Где-то далеко-далеко сонно прокукарекал петух-полуночник.

— Знаете, что меня больше всего бесит, полковник?

Плэйтон покосился на физика. Тот шел, опустив голову, сосредоточенно думая о чем-то своем.

— Что?

— Наша идиотская система секретности, когда правая рука не ведает, что творит левая. — Стэнли угодил ногой в лужицу, чертыхнулся вполголоса. — Ну, сказочки о пляшущих вокруг жертвенной коровы эльфах и шестерке бравых молодцов, которые вышли из лесу, шиты белыми нитками. Но ведь парни с восемьдесят седьмого поста действительно исчезли!

— Откуда вам это известно? — спросил Плэйтон. — Вы в самом деле побывали на посту?

— Нет, конечно. И О Брайена в глаза не видел. Я ведь вам говорил, что Хейлигер — экстрасенс. Так вот он может по голосу определить, врет человек или говорит правду.

— И он считает, что О'Брайен…

— Да, полковник. И очень этим встревожен.

Они поравнялись с штаб-квартирой. В приемной горел свет, и желтый квадрат окна казался нарисованным на черном фоне ночи.

— Стэнли, — физик и располагал к себе, и настораживал чем-то, — что понадобилось Хейлигеру в вашей комнате минувшей ночью?

— Хейлигеру? — Физик удивленно взглянул на Плэйтона. — Ночью?

— На рассвете, — уточнил Плэйтон.

— Так бы и говорили. Это было уже сегодня утром. Джон приходил взять у меня сигарету.

— Хейлигер курит?

— Изредка. Он бросил курить, но иногда… А откуда вам это известно, полковник?

— Не имеет значения, Эдвард. Считайте, что я вас ни о чем не спрашивал.

Стэнли отвел взгляд от лица полковника и покачал головой.