Владислав Чупрасов - Нф-100: Шутки Георга Дебича

-- И он, значит, спросил у меня мой адрес, -- Дари захохотала, откинув голову, и, только отсмеявшись, пояснила. - А я дала адрес своей воспитательницы по этикету из колледжа. Представляю, что будет. Ух, что будет...

-- Представляю, -- согласно кивнул Дьюла.

Дари не была стервой, просто ей все это казалось веселым. А почему бы не подшутить, если ты работаешь в команде контрабандистов и тебе ничего не будет за то, что ты обманула какого-то парня, с которым провела ночь и вряд ли даже узнала его имя?

-- Смешной он был... Да? Мэриленд его тоже видел. Как он тебе, Мэри?

Джейк Джексон, единственный землянин в экипаже, округлил глаза и с упреком заметил:

-- Я просил так меня не называть. Я же типа сбежал из дома, ты забыла?

-- Так прикольнее, -- отмахнулась Дари. - Да и все тебя так зовут.

Мэри, к которому прозвище прилипло большей частью благодаря Гаржу, насупился. Дьюла молча жевал бутерброд с синтезированной мясной прослойкой, Дари вообще по сторонам не смотрела, поэтому никто не мог подсказать Мэриленду, что к нему подкрадывается его самый страшный кошмар: руководитель медотсека.

-- Мне тут сообщили, что ты плохо справляешься с моими обязанностями, Мэри. Поэтому я вернулся.

Мэри поперхнулся своим сэндвичем и закашлялся, Дари захохотала, легко и звонко хлопая его по спине.

-- Дари, звездочка, -- Гарж от души чмокнул девушку в макушку, после чего обошел стол и сел возле Дьюлы, пододвигая к себе тарелку. Дьюла молча дал ему пять.

На тарелке уныло топорщился зелеными перьями вегетарианский сэндвич - отличная, но очень глупая шутка со стороны Дьюлы. Поэтому Гаржу ничего не оставалось, как украсть у него из-под носа последний мясной бутерброд. Дьюла, не думая долго, увел у него не нашедшую признания тарелку и принялся жевать дальше.

Кантовать Эссенжи во время еды было опасно. Было дело, Гарж даже лечил себе сломанный палец - а ведь он всего лишь не вовремя подошел с очень важным заданием от Волка.

-- Ну что, где ты накосячил, потомок первых космопроходцев?

Это тоже была местная шутка. Почему-то Мэри очень гордился своим происхождением, даже в резюме у него было написано, что какой-то там его пра-пра был космонавтом на самой заре космической эпохи.

На корабле об этом узнали, посмеялись и забыли. Вот только одна маленькая загвоздочка: обычно те, кто так гордился своими предками и любил выставлять их напоказ, шли в полицейские. Те очень радовались потомственным космонавтам и даже вешали фотографии их предков на свои стены почета. Какое-то время по телевидению даже крутили программу - каждая серия рассказывала про самого полицейского, а потом про его прадеда-прапрадеда. Но вот только эти передачи быстро охватили всех, о ком рассказывали, и остались пылиться в полицейских архивах. Их вытаскивали и снова показывали только в международный день космонавтики.

-- Неважно, -- смущенно отозвался Мэри. - Вы знаете, у нас нынче груз какой-то скоропортящийся. Целые холодильники!

-- Ага, -- с улыбкой согласился Гарж. - А накосячил ты где? Дари?

Та, конечно, без всякой задней мысли сдала товарища:

-- Он не помог Волку, когда тот начал харкать какой-то черной дрянью. Все, что смог сделать - это сгрести ее в банку и запустить диагностику. А потом утилизировать. Но со всякими переломами и ссадинами он отлично справляется, ты не думай!

-- А я не думаю, мне незачем, -- Гарж кивнул и смерил напряженного Мэри самым суровым взглядом, на который был способен (обещающий скорее какую-нибудь феерическую шутку, чем начальнический разнос). - Результат диагностики сохранил?

-- Сохранил, -- слишком быстро, чтобы это была правда, проговорил Мэриленд.

-- Тогда принесешь ко мне, -- и Гарж замолчал, погрузившись в удовольствие от поедания бутерброда с мясом. С настоящим хорошим мясом. Мясо - это не промороженная треска с Хопа. Мясо - это мясо. Сочное и напичканное специями.

Гастрономическое чудо света.

-- Кстати, -- Дьюла доел, протер руки влажной салфеткой, выдернутой из стола, и швырнул ее в урну, которая захлопнулась с утробным урчанием. - Тебе нужно осмотреть товар и поставить свою закорючку, потом можешь спать до самого отправления. Только поесть перед этим не забудь, а то опять будешь блевать на старте.

-- Спасибо, мам, -- отозвался Гарж, поднимаясь с места. Он все еще жевал и никак не мог насытиться мясом. Куски хлеба он оставил на столе, который все равно через десять минут очистится сам.

-- Обожаю подделывать подписи Космонадзора. Они такие смешные потом, когда их видят, -- поделился Гарж с Дьюлой. Тот кивнул.

Товар и в самом деле был скоропортящийся: огромные крабы и лобстеры в наполненных водой ящиках, которые Мэриленд принял за холодильники. Точно не с Циана - на нем не было морей - и не с Хопа - это же не мороженая килька. А откуда-то подальше - водоемов в Новых Штатах много, хоть залейся.

Быстро сунув индикатор в каждый ящик, Гарж не обнаружил в них ничего особенно опасного, кроме стандартного содержания бензина, который нынче был разлит везде, и гордо нарисовал чужую подпись на экране планшета, подставленного Дьюлой. После чего с чистой совестью завалился спать в своей каюте.

Гарж уснул не сразу. Сначала в голове было слишком много мыслей, которые завязывались в узел и текли из ушей. У него еще не было времени остановиться и осмыслить все, что случилось, поэтому прямо сейчас не получилось уснуть. Капитан нашел дорогу, которую Гарж ждал последние пять лет, и до цели оставался только один перевалочный пункт.

Усилием воли выкинув из головы все мысли, Гарж уснул. И ему впервые за долгое время никто не мешал спать до самого отправления. Ему снились снежные поля и бури, но ближайшая гора вдруг завибрировала и, как старая ракета, пошла вниз.

С перегрузками, определил Гарж. Какая там сейчас болтанка...

И "Неу", которому не нужно было отрываться от земли, спружилил от орбиты и рванул в открытый космос. Именно в этот момент Гарж и проснулся. Неохотно разлепил глаза, чувствуя, как к постели придавливает перегрузками. Поесть он, конечно, не успел, да со сна и не хотелось, но вот только все-таки стоило.

Так он и пролежал на кровати, чувствуя себя выкинутой на берег стеклянной медузой, пока корабль не лег на прямой поток. Все-таки Гарж был слабо приспособлен к космическим переходам.

Гарж скатился со своей узкой койки и сунулся к раковине. Разжевал таблетку из спрессованного зубного геля, сплюнул пенный осадок и запил стаканом воды из-под крана. Критически осмотрел себя в зеркале, заулыбался своему очаровательному отражению и пошел переодеваться.

Он так и спал в своей хопской одежде.

На корабле не было формы (хотя был режим - так лучше бы форма была, чем режим), на нем просто неудобно было ходить в чем-то другом, кроме как в черном комбинезоне. В котором карманов было больше, чем звезд в ближайшем созвездии.