Ларри Нивен - Какой прок от стеклянного кинжала?

– Именно этот вопрос не дает мне покоя, – отозвался стражник. – Допустим, я пропущу вас, а сам уйду, а что дальше? Вполне вероятно, что мой хозяин расправится с вами, когда вы проникнете к нему в покои. Тогда он задастся вопросом, как вам удалось миновать охрану. Через пару недель он решит, что пора оттащить от ворот никому не нужную раковину. К тому времени, если повезет и ветер будет дуть в спину, я преодолею уже полпути к лесам. Быть может, он не заметит меня в высокой траве, – протрубил дракон величиной с бунгало. – Нет, уж лучше мне попытать счастья здесь, у ворот. В этом случае я, по крайней мере, буду знать, кто победит.

– А ведь ты прав, черт возьми, – воскликнул Колдун. – Прими мои соболезнования, улиткодракон.

И он занялся обращением моста в твердую субстанцию. Та его половина, что была ближе к ним, оказалась изначально твердой, а противоположная – до того, как ею занялся Колдун, представляла собой отраженную тень.

– Под водой проходит граница мертвой зоны, – предупредил он Арана. – Смотри не упади.

Улиткодракон почти целиком скрылся в раковине, и лишь покрытая чешуей голова торчала наружу, когда Колдун и Аран начали переходить мост.

Аран побежал.

Он все еще сохранял человеческое обличье. Вейвихил, скорее всего, не догадывался о том, что Аран – оборотень. Ни на секунду не сомневаясь, что они смогут миновать злополучные ворота, он приберег свое последнее оружие до встречи с хозяином замка и пошел на противника с обнаженным мечом.

Дракон выпустил огненное облако.

Аран прошел сквозь огонь – его хранил заветный амулет.

Но видеть сквозь облако он не мог. Почувствовав впившиеся ему в плечо острые зубы, он задохнулся от боли. Аран вскрикнул и опустил блестящее лезвие меча на отливающую металлом чешую. Разжавшаяся челюсть тщетно пыталась достать Колдуна, который отошел назад и залился кромким смехом...

Но Колдун был безоружен!

Дракон рухнул на землю. Его толстенная шея оказалась перерубленной почти попалам, несмотря на покрывавшую ее чешую. Колдун вытер о брюки свое оружие и победоносно поднял его над головой.

Аран внезапно почувствовал, что его тошнит.

Колдун снова расхохотался.

– Какой прок от стеклянного кинжала? Самое забавное, что если ты волшебник, то все ждут от тебя применения чар, а не обычного оружия.

– Но, но...

– У меня в руках самый обыкновенный стеклянный кинжал. На нем не лежит ни единого заклятья – именно поэтому Вейвихил ничего не знает о его существовании. Я нашел его в пруду пару дней тому назад. Стекло практически незаметно в воде, особенно таким простофилям, как Вейвихил.

– Простите, что я слушал вас с таким нескрываемым интересом – я просто-напросто не питаю особой любви к стеклянным кинжалам. Ну, так что же дальше?

Труп и раковина улиткодракона все еще загораживали проход через ворота.

– Если мы попытаемся пробраться во двор где-нибудь в другом месте, можем угодить в ловушку. Придется перебираться через эту громадину.

– Быстрее, – сказал Аран.

– Верно, быстрее. Помни, что он может встретить нас где угодно.

Колдун разбежался и вмиг оказался на вершине спиралевидной раковины.

Аран последовал его примеру, стараясь не отставать.

– К нему в покои, – сказал улиткодракон.

Пока Аран карабкался на раковину, его не покидала картина, вызванная этими словами. Вейвихил, наверное, дожидается их в подвальных помещениях или, наоборот, в верхнем этаже башни, то есть в наиболее безопасном месте. Арану и Колдуну придется с боем пробираться по коридорам, преодолевая всевозможные препятствия, а хозяин замка в это время будет оценивающе наблюдать за их маневрами. Подобные легенды о битвах волшебников передавались из уст в уста...

Аран был голоден, как настоящий волк. Это обстоятельство давало ему силы, наделяло энергией, какой он не ощущал в себе уже десятки лет. Он перескакивал с места на место, словно вместо ног у него были пружины, а тело его весило не больше перышка. Как только он добрался до вершины раковины, Колдун повернулся к нему – в его взгляде отражался плохо скрытый испуг.

И тут Аран увидел, что по деревянному настилу им навстречу поднимается целая орда вооруженных до зубов скелетов. Должно быть, Вейвихил послал им навстречу целую сотню своих воинов. Аран вскрикнул и обнажил меч. Но разве можно убить скелет?

Колдун тоже начал выкрикивать какие-то незнакомые слова на языке Гильдии.

Скелеты завыли. Казалось, что их приподняло и швырнуло вперед каким-то неожиданно поднявшимся ураганным ветром. Они уже начали терять форму, извиваясь, подобно кольцам табачного дыма. Аран успел заметить, как растворился в воздухе последний скелет.

Вот это да! Должно быть, всех их заставил двигаться какой-то демон, а Колдун загнал его в ловушку, пустовавшую, поджидая свою добычу, целых двадцать лет.

Аран и Колдун ошибались, предполагая, что нападать начнет многоликий демон.

Внезапно Аран заметил стоявшего на другом конце двора и отчаянно жестикулировавшего Вейвихила, который уже заканчивал произносить заклинание.

Оборотень повернулся и хотел уже криком предупредить своего спутника об опасности, но в этот момент увидел, что с ним сделало заклятье противника. Колдун моментально состарился. Он выглядел растерянным, когда выплюнул в ладонь горстку почерневших камешков, оказавшихся его зубами. Закрыв глаза, он начал медленно оседать на землю.

Аран подхватил его под руки.

У него создалось впечатление, что он держит не человеческое тело, а груду невесомых костей. Он аккуратно опустил Колдуна на раковину. Из груди старика вырывались хрипы и стоны, и было ясно, что жить ему осталось недолго.

– Аран Торговец коврами! Аран взглянул вниз.

– Что вы сделали с ним?

Волшебник Холма был, как обычно, одет в темный плащ; обут в сандалии, а на голове красовалась высокая шляпа. На поясе у него висел неизменный меч с большой рукояткой.

– Мне бы хотелось поговорить о том же. Я вывел магическую формулу, которая обладает тем же действием, что и Колесо Колдуна, но только направленным. Я доходчиво объясняю?

– Мне все ясно.

– Если пользоваться языком обывателей, я высосал из него всю силу волшебства. Именно это превратило его в двухсотдвадцатишестилетнего старца. Насколько я понимаю, такой исход поединка оставляет победу за мной? Я вот только сомневаюсь, стоит ли даровать жизнь тебе, Аран. Ты представляешь, что сделает с тобой мое заклятье?

Аран прекрасно знал, чем все это для него может закончиться, но...

– Будет лучше, если вы скажете мне об этом сами. И объясните, откуда вы все узнали.