Гарм Видар - Агент ТГБ или Приключения Одиссея

"Песок! Откуда в корабле может взяться песок?!

5

- Только что приборы на разведывательном катере Одиссея зафиксировали - корабль пуст!

- Прекрасно! - все так же ослепительно усмехнулся глава ТГБ. Отметьте координаты. Спецкарантин отменить! К району аномалии подтянуть корабли 6-го флота и летающую лабораторию F-19. Катер Одиссея вернуть в исходную точку и... подождем еще некоторое время.

Лучезарный Сын потер руки и усмехнулся еще ослепительней, хотя казалось, что и раньше это было на пределе возможности среднего гуманоида, каковым и являлся, в принципе, глава ТГБ.

6

Дверца холодильника лениво подрагивала на ветру белым голубем, метрах в трех от земли. Рядом с дверцей хорошо был виден квадрат, в котором без труда можно было распознать "нутро" самого холодильника, - полочки, баночки и прочая э-э-э... содержимое. А вот вокруг!

А вокруг!!!

А вокруг, сияло солнце. И волны безбрежного, но очень синего моря, лизали столь же банально желтый песок. На котором, кстати, в несколько нестандартной позе члена общества "Дитя перестройки", то есть совершенно на четвереньках стоял новоиспеченный спецагент службы ТГБ Одиссей и безуспешно старался понять, где же все таки остальная (кроме холодильника) часть десантного спецкатера, защитное поле которого, было рассчитано на прямое попадание ракеты с ядерным зарядом до 20 килотонн.

Свежий порыв ветра швырнул в лицо мелкие морские брызги, взъерошил скромную Одиссееву шевелюру, но при этом небрежно толкнул автономно существующую дверь холодильника. Дверь нехотя поддалась и с негромким звуком "ЧМОК!", захлопнулась, став одновременно недоступной взору, впавшего в столбнячное состояние, Одиссея, который в одну секунду из Одиссея превратился в Робинзона Крузо.

- Я надеюсь, что буду иметь дело с интеллигентным человеком? невинный вопрос, произнесенный приятным хрипловатым басом на простом трансгалактическом языке, на столько застал Одиссея врасплох, что он, как заправский агент ТГБ, сделал прыжок в сторону, перевернулся в воздухе лицом к гипотетической опасности, залег, затаился и почти окопался.

- Однако, какой вы подвижный! - изумился впечатляющего, но мирного вида гуманоид, поросший обильным волосом, будто марсианский огурец.

- Э-э-э!!! - сказал Одиссей.

- Вы разве не понимаете по трансгалактически? - вновь изумился обладатель волосяных "плантаций". (Надо отдать ему должное, кроме волос на нем были шорты и сандалии.)

- Разрешите представиться, - продолжал не теряя надежды приветливый гуманоид. - Себастьян Мария Гонсалес.

Одиссей понял, что дальнейшее лежание становиться просто глупым и неприличным. Он встал и внезапно щелкнув пятками, резко склонил свою голову на, свою же, грудь.

- Одиссей, - скромно сказал Одиссей, но при этом подумал, что это еще ничего не значит. Мало ли кто может скрываться под личиной, приличного с виду, Себастьяна и Марии. Может это вообще - фантом!

Пока не найду друга Тарика, надо быть настороже!" - решил Одиссей.

7

- Я рад, что не ошибся в своих предположениях, относительно вашей личности! - довольно пробасил Себастьян Мария Гонсалес, уютно устроившись, в позе усталого от государственных дел патриция, у мирно горящего костра.

Одиссей, расположившийся напротив, лежал на спине, смотрел на звезды и думал:

"Странно, они почти такие же, как и в объемной голографической модели, но в тоже время, в этих мерцающих светлячках - сокрыта какая-то непонятная жуткая сила!"

- Мой юный друг, боюсь показаться назойливым, но мне кажется, что ваше чело омрачено! На нем лежит печать раздумий и забот, - сердечно "гудел" Себастьян Мария. - Поверьте мне, немало успевшему на психосоматическом поприще, - это все по молодости, которая к счастью и увы, обычно скоро проходит и чаще всего бесследно...

- Я должен идти! - сказал Одиссей.

- Путь это Иллюзия, а Иллюзия - это Путь! - не унимался Себастьян ибн Мария.

- Я должен идти, - упрямо повторил Одиссей. - Я должен найти друга Тарика.

- Найти друга - достойная Цель, но скорей всего, это тоже Иллюзия.

- Я слаб в психосоматических дебрях, но мне кажется, что в конце концов лучше иметь иллюзорные цели, чем вообще никаких!

- Ну что же... - Себастьян и Мария задумчиво вздохнул и не эстетично почесал подмышкой. - Я думаю у нас будет еще возможность продолжить нашу дискуссию, и может быть тогда, мне удастся убедить вас, что Дорога это только Средство, с помощью которого некоторые пытаются убежать от себя, а некоторые прийти в себя, то есть к себе. А это опять таки Иллюзия: оценить себя можно только со стороны, а от себя никуда не уйдешь, с какой бы стороны не пытался...

"Может он и прав", - думал Одиссей, шагая по берегу моря в ночь. "Но, по моему, тут сокрыт какой-нибудь логический парадокс, а решение элементарно, но именно по этому - труднодоступно. Так или иначе, но я должен найти друга Тарика. А там мы еще поглядим!"

8

Одиссей шел всю ночь. Влажный песок упруго пружинил под босыми ногами, ботинки спецагента ТГБ, связанные за шнурки и водруженные на шею, выбивали на груди четкий походный марш, фривольно раскачиваясь в такт шагам. Свежий ветер с моря взбадривал и слегка пьянил...

Под утро Одиссей набрел на пещеру, достаточно вместительную и сухую. Растянувшись поперек входа, Одиссей некоторое время слушал утробное уханье прибоя, сменяющееся вкрадчивым шелестом откатывающихся волн, и незаметно уснул...

- Как ты думаешь, у него блохи есть?

- А я почем знаю? Вот разбуди его и спроси!

- Напрасно ты злишься, я же только спросил...

- Вот я и говорю, - спроси у него!

- А вдруг есть?!

- Чего гадать! Разбуди и спроси.

- Нет, ты все таки злишься.

- Еще нет!

- А когда будешь?

- Отстань!!!

- Ну вот, я же говорил, что злишься!

Одиссей приоткрыл глаза и увидел у входа в пещеру, на фоне огромного латунного пятака луны две тени. Одна из теней задрала заднюю конечность и ловко почесала ею за ухом.

- Как ты думаешь, столь уродливая особь может быть разумной?

"О ком это они?" - вяло подумал Одиссей.

- Не вижу препятствий.

- Нет, но как же? У истинного разумного все должно быть прекрасно: и душа, и тело, и хвост, и морда. Или вот еще: в здоровом теле - здоровый дух, то есть если тело в порядке, то с интеллектом аналогично, а на нет и суда нет.

- Из всех правил бывают исключения, и порой их так много, что они, в свою очередь, образуют новые правила, из которых существуют новые исключения... Да вот например ты, хвост есть, а...

- Фи, как грубо и примитивно!

- Зато - точно. Ничего, я сейчас его разбужу, и мы посмотрим...

"Да это они обо мне!!!" - свирепо подумал Одиссей, а вслух не без злорадства объявил: