Джон Рэкхем - Король Серебряной

Он повернулся к одному из мониторов и принялся нажимать на кнопки. На экране возникло довольно схематичное изображение.

– Это человек, находящийся на самой планете. У него имеется необходимое оборудование. Он тщательно подготовлен к такой работе и способен ее выполнить. Вот орбитальная станция, ее обслуживают, скажем, трое. Простейшее устройство связи. Несколько дистанционно управляемых кораблей для доставки на поверхность припасов и всего остального, а на базу - образцов и данных исследований. Запуск шаттлов контролируется станцией, чтобы они не пропали в ионосфере… Подождите, дайте мне закончить.

Человек проведет в одном лагере ровно столько времени, сколько необходимо, чтобы составить карты местности и залежей полезных ископаемых. Они должны быть очень точными - только в таком случае заранее запрограммированные машины, опущенные на поверхность, смогут функционировать без участия людей.

Как только карта будет готова, человек, его корабль и станция отправятся в другой район, и все повторится сначала. И так до тех пор, пока мы не получим подробное описание поверхности…

– Подождите минутку! - Лэмпарт больше не мог сдерживаться. - Вы имеете в виду гипотетического сверхчеловека вроде капитана Шторма? Потому что только такой сумеет справиться с поставленной задачей. Я уже говорил, на этой планете нельзя нормально функционировать более трех или четырех часов. Потребуется год…

– Два, - поправил его Колсон. - Я с вами согласен: такое по плечу только сверхчеловеку. Троим людям я доверяю совершенно и безоговорочно. И еще одному - особенному. Два года абсолютно секретных работ, и мы получим необходимые нам данные. Шесть специалистов завершат начатое. В результате - огромное количество полезных ископаемых! Вы представляете, о чем идет речь?

– Потрясающе! - с иронией в голосе проговорил Лэмпарт. - Просто замечательно… Только где вы возьмете сверхчеловека?

В комнате вновь повисло напряженное многозначительное молчание. И Лэмпарт не выдержал. Вскочив на ноги, он сердито посмотрел на Колсона, затем повернулся к Брокату, который за все время не произнес ни единого слова.

– Только не я! Не смотрите на меня! Я не желаю в этом участвовать!

– Сядьте и послушайте! - сурово приказал Кол-сон. - Нас здесь трое. Только нам известно, о чем идет речь. Никто не узнает о нашем разговоре. Планета - предварительно я назвал ее Серебряная - стоит столько, что я боюсь вслух произнести цифру. Вы сказали, что не желаете участвовать в нашем предприятии. Я склонен считать, что ваше заявление носило исключительно риторический характер. Предлагаю вам один процент от всех прибылей - чему бы они ни равнялись. Подумайте хорошенько, Лэмпарт. В течение двух лет вам придется выполнять работу, с которой вы отлично знакомы. Кроме того, вас обеспечат всем необходимым, без ограничений. А остаток жизни вы проведете в роскоши, не заботясь о куске хлеба. Вы будете по-настоящему богаты. Не так, как я. В конце концов, мне приходится трудиться, чтобы сохранить свое состояние. Я совершаю ошибки и несу потери. У меня есть обязательства - в отличие от вас. Вы станете получать чистый доход, сказочный! До конца жизни. Решайте!

– Зачем? Я не собираюсь опускаться на поверхность столь чудовищной планеты! А уж провести там два года… не может быть и речи! Два года! Да через неделю я свихнусь, а через две погибну. О чем тут думать? Такое невозможно!

– Возможно, - впервые заговорил Брокат, и его спокойный голос отрезвил Лэмпарта, с трудом удерживавшегося от истерического крика. - Вам известно, кто я такой. И вы прекрасно знаете, что я не бросаю слов на ветер. Вы упомянули сверхчеловека вроде капитана Шторма из дурацкого фильма. Там все выдумано, разумеется. Алан Арундел, исполняющий роль главного героя, на самом деле отличается силой и мощью, но он только человек. И не справился бы с тем, о чем просит Карл, тут вы совершенно правы. Но я, Лео Брокат, в состоянии превратить вас, Джона Лэмпарта, в сверхчеловека. Гарантирую.

Лэмпарт-нечеловек фыркнул, вспомнив тот ужасный момент. «Господи, как я тогда испугался! Я был уверен, что они оба спятили окончательно и бесповоротно!»

Он медленно шагал по каменистому склону, чувствуя, как снизу поднимаются порывы горячего воздуха и непривычных,, чужих ароматов. На дне пропасти находилось большое озеро или маленькое море, все зависит от того, как считать. Вдруг там есть рыба? Ящерицы ведь здесь живут.

А вот диковинные заросли травы и кустарника. Какие необычные растения - хилые, с прозрачными и хрупкими, словно стекло, листьями! Поразительно красивые!… Лэмпарту особенно нравился один куст с ярко-красными цветами, растущими на стеблях, закрученных наподобие тугой пружины. Если есть время подождать, можно увидеть, как неподвижный стебель вдруг начинает раскачиваться, точно освобождаясь от внутреннего напряжения, и алые лепестки сверкающим вихрем разлетаются в разные стороны, унося с собой крошечные семена.

А какие удивительные здесь растут деревья - тонкие и прямые, с листьями в форме ромба, напоминающими длинные хрустальные стрелы. Скрюченные, будто страдающие от ревматизма старики, или похожие на высокие колонны, увенчанные кронами. То дерево, что искал Лэмпарт, у земли напоминало темно-синий купол - из него во все стороны торчали хрупкие ветви. Оно ужасно Походило на подушечку для булавок. Лэмпарт остановился, чтобы полюбоваться на него.

– Стрелы! Ты - мое дерево, дающее стрелы. Осталось только придумать, как сделать твои ветки более гибкими… и найти что-нибудь похожее на веревку. И тогда я отправлюсь на охоту. Вот увидишь!

Лэмпарт шел вперед, внимательно вглядываясь в окружающий пейзаж, запоминая запахи и окрестности, и вскоре оказался в небольшой боковой лощине, в которой уже бывал в прошлые свои экспедиции. На маленькой полянке росли деревья другого вида - с темно-бордовыми ветками, круглыми листьями и… плодами. При помощи копья он снял несколько штук и направился к поваленному дереву, чтобы полакомиться. Каждая гроздь состояла из шести золотисто-желтых фруктов, по форме напоминающих яйцо. Шкурки на ощупь ничем не отличались от яичной скорлупы, а когда Лэмпарт вскрывал их острием меча, знакомо хрустели. Внутри была жидкость.

«Как-нибудь, - не в первый раз пообещал себе Джон, - я возьму побольше этих яиц и поставлю их содержимое бродить. Если уже сейчас оно напоминает вино, что же будет, когда его немного выдержать?»

Он пил маленькими глотками яичный нектар и вспоминал, как потрясли его слова Броката. И свой страх, почти суеверный. Но старик держался совершенно спокойно, приводил разумные доводы, терпеливо объяснял идеи на доступном непосвященному языке.