Михаил Башкиров - Смейся...

33

Вроде проснулся?.. Кителя нет, рубаха коробом… С этой стороны маячит Орхидея… С той темнеет куча… Значит, действительно проснулся. Странный, рассеянный, вкрадчивый свет. Сколько продолжалось забытье? Полная иллюзия присутствия. В итоге — удовлетворение любых потребностей. Сытый, отдохнувший, взбодренный… Надолго ли хватит заряда?.. А то опять потянет на «детское питание»… Можно представить, какой эффект у чистого нектара. Вообще, замечательный в Оазисе механизм жизнеобеспечения. Все предусмотрено. Недоростки на полянах осваивают Орхидеи, вырабатывают привычки. А нюхачата подбирают горошины и прячутся в кучах. Вон как увлеченно сопят. Чистый нектар оказался бы для них губительным. Смена поколений налицо. Вопрос — каким образом нюхачи размножаются? Где прячутся нюхачки? Вроде ни одной ни приметил…

Антон сел, запустил пальцы в слипшиеся волосы, отодрал усохшую горошину и протолкнул ее в ноздрю. Горошина растаяла, вызвав лишь минутную полудрему. Антон стал ощупывать ворсистые листья и нежные мятые лепестки, продвигаясь к Орхидее.

Может, попадутся свеженькие?.. Чуть-чуть добавить — и будет порядок…

Антон уколол руку о шип.

Нет, так дело не пойдет… Думать, думать только о Елене Владимировне… Только о ней… Она заманила сюда, она и выведет… Но в чем же заключается настоящий интерес для Елены Владимировны? А если она решила спасти Главного? Допустим, они не поладили не из-за камня, а из-за привязанности Главного к Орхидеям… Попробовал «детское питание» и смирился, даже не пытаясь вырваться… Подолгу задерживался в Оазисе, а потом не вернулся совсем…

Елена Владимировна ждала, терпела и наконец не выдержала. А заставить Кардаша принять сооветствующие меры чрезвычайно трудно. И тогда она затевает комбинацию с доставкой компакта в Оазис. Теперь Кардаш волей-неволей вынужден просить разрешения на посещение Оазиса. Несчастный доставщик благодаря коварным удавам потерпел аварию и по глупости угодил к нюхачам. А вдруг он обнаружит одурманенного Главного наблюдателя или, что еще хуже, вырвет его из власти Орхидей и вернет на Станцию? В благодарность Елена Владимировна дарит самоотверженному доставщику дружбу… Но Главный без нектара угасает, и Елена Владимировна, убедившись в тщетности возрождения утраченных чувств… О дальнейшем пока осторожно… Тем более, что горошин уже не хочется… Постоянный контроль, и при первых опасных симптомах думать об Елене Владимировне…

Вдруг над Антоном промелькнула бесшумная крылатая тень.

Гигантская летучая мышь?.. Охотится за нюхачами?..

Антон вскочил, нашарил за ремнем гаечный ключ и шагнул к проступающему сквозь туман стеблю.

Вдруг бы спикировала на сонного?..

В развилке затряслось, заколебалось гнездо.

Нюхачу-то крышка… Одним паразитом меньше.

В шуршаще-шелестящую возню вплелось ритмичное сопение.

34

Когда рассвело, Антон стал ждать появления из гнезда ночного визитера.

Обойдя в очередной раз стебель, Антон обнаружил недоростка — тот сидел, зло сопя, между Орхидеей и кучей, с которой недавно сбежали юркие малыши.

— Детского питания захотел? И не стыдно?

Недоросток, подавшись вперед, упал на четвереньки, ткнулся носом в низ кобуры.

— Потише, друг, — Антон перешагнул через оцепеневшего хиляка. — Не мешай.

Со стороны кучи приблизился еще один недоросток и, фыркнув, заковылял за Антоном.

— Зевак прибавляется, — Антон обернулся. — Интересуетесь, кто прячется в гнезде?

Второй недоросток тоже пытался угодить носом в кобуру.

— Чего вас ноги не держат? — Антон, вытянув руку, прогнал ключ вдоль шипов. — Попробуем выманить.

Из-под листа выглянуло на мгновение большеглазое, бледное существо и спряталось обратно.

— Не успел толком разглядеть, — Антон засунул ключ за ремень и попятился. — Позиция для обзора неудачная. — Антон расстегнул кобуру, достал компакт. Инопланетная штуковина — впервые в Озазие, — Антон поднял компакт над головой. — Вещь модная, пользуется ажиотажным спросом.

Существо, прикрыв лицо до глаз краем бархатистого перепончатого крыла, приподняло лист.

— Смелее! — Антон повел компактом и задел локтем наступающего недоростка. — Ого, сколько набралось зрителей! Ладно, смотрите, мне не жалко, — поймал в тесноте кобуры горячий комок янтаря. — Сейчас она у нас полетает, — втолкнул компакт в кобуру, положил на ладонь янтарь — и протянул к Орхидее. — Ну, давай же! Давай!

Нюхачка сдвинула лист и, топорща гофрированные крылья, свесилась из гнезда.

— Сюда, сюда, — Антон зажал янтарь в кулаке — жар проник до кости. — Публика жаждет!

Нюхачка проворно расправила одно крыло.

— Что я вам говорил?

Недоростки, скопившись, сидели, обхватив кольцом Орхидею.

Выскользнув из гнезда, нюхачка заработала крыльями, поднялась к набухшим бутонам, проплыла тенью и исчезла.

— Спектакль окончен.

— Откуда у тебя Глаз Орфея?

— Это голубой янтарь, — Антон повернулся на голос. — А вы Главный наблюдатель?

Человек в маскировочном комбинезоне отлепил фальшивый нос.

— Давай скорее камень.

— С какой стати? Почему я должен расставаться с подарком Елены Владимировны?

— Значит, Елена украла Глаз Орфея, а раскаявшись, решила вернуть камень в Оазис? Я грешил на Кардаша.

— У меня для вас компакт от Елены Владимировны.

— Да ты хоть догадываешься, что у тебя в руках?

— Подумаешь, Глаз Орфея… Елена Владимировна доверила мне его доставку, и я справился.

— Это не камень! Глаз Орфея — сверхконцентрированный нектар Орхидеи-прародительницы. Он обладает психосоматическим действием, он детонатор перемен, которые выгодны исключительно Орхидеям.

— Я не могу передать вам Глаз Орфея… Вы опять унесете его на Станцию и нарушите естественный процесс… Елена Владимировна предусмотрела такую возможность и отправила камень обратно в самый последний момент, чтобы вы не успели вмешаться.

— Все, диспут окончен, — Главный шагнул к Антону.

— Повежливей, — Антон уперся гаечным ключом в грудь Главного.

— Сосунок! — Главный ребром ладони выбил ключ из руки противника.

— Камень вам все равно не достанется, — Антон швырнул Глаз Орфея недоростку, овладевшему гаечным ключом. — Пусть разбираются сами.

Недоростки обступили место падения камня.

Опрокинув Антона, Главный врезался в толпу. Началась свалка. Антон скорчился, прикрыл голову ладонями. Сопящие недоростки переваливали через него и присоединялись к схватке.

Вдруг топотня начала дробиться и удаляться.