Дмитрий Вейдер - Бойтесь ложных даров!

– Черт, ну что за привычки у этих тормозных штурмовиков. На истребителе думать не успеваешь… все в скорости и на инстинктах… а тут…кайф им подавай, - подумал Искандер, но в слух, припоминая бесчисленные комментарии Дитера, известного специалиста по земной культуре, решил щегольнуть. - Да под Rammstein, братцы, торчу!

– Ну, ты даешь, "ариец" нашелся, это же музон "наземных", под него по кочкам на танке или БТР трястись можно, да деревни зачищать, - проворчал "Дрын", - давай частоту интеркома, я тебе "Ночное желанье" солью, классика… Доисходное…начни с "Лунного танца", потом утяжеляйся.

– Валяй.

– Отставить треп, - сквозь разряды статических помех, через наушники донесся голос Коттарда - Ваша цель, десантные модули, вектор 4-5-9, удаление тридцать кабельтовых… идите на перехват и молите бога, чтобы у них не было истребителей.

Искандер заложил лихой вираж в стиле "тридцатьчетверки", отчего гироскопы и автоматика штурмовика натужено взвыла, и под усиливающиеся аккорды древних земных исполнителей устремился к неровной линии светлых точек, обозначивших десантные катера и шаттлы противника на обзорном экране.

– Ведомые, "Бублик" и…э-э-э, "Дрын", дистанция четверть кабельтова, построение "клин", в трех кабельтовых от цели расходимся.

– Поняли, "Ариец", боевой разворот. Ход до максимума.

Пираты и в самом деле рассчитывали на неожиданность своего нападения. Десантные модули не прикрывали легкие истребители, мало того, заградительный огонь скорострельных орудий запоздал. Орудийные турели рявкнули и впустую сотрясли пространство, поскольку штурмовики уже прошли силовой барьер и замелькали среди катеров.

Искандер про себя с удовольствием представил, как пираты бросились к маломощным излучателям ближнего радиуса действия, не способных нанести существенного ущерба бронированным монстрам.

Десантная эскадра представляла из себя сборище кораблей устаревших конструкций, общим в которых была только эмблема - окровавленная песья голова.

Первая цель. Двухсотметровый плоский блин, наверное, доставшийся в наследство пиратам от одной из негуманойдных рас.

– Прикройте меня, отвлеките зенитки.

Искандер резко замедлил ход для атаки, двигатели "Дракона" утробно заурчали, переходя в новый режим. Один раз корабль тряхнуло, очевидно, от попавшего в корпус энерголуча.

Искандер расстреливал обшивку диска из четырех фиксированных скорострельных 76-мм орудий, подойдя на несколько сотен метров он отстрелил магнитные миниторпеды и, разворачиваясь, с удовлетворением заметил, как диск - цель разорвало на две половинки с рваным краями.

Следующая цель. Полукилометровый бронекатер с более привычными взгляду гуманойда обводами. Мощный заградительный огонь. Башенные установки этого более нового корабля могли вести огонь и на близкой дистанции.

"Дракон" сильно тряхнуло и завертело от попавшего 80-мм снаряда.

– Ведущий, тебе чуть полкрыла не отстрелило! Выйди из зоны обстрела, мы добьем гадину.

Искандер страшным усилием вернул корабль на прежний курс и враз выстрелил из всех орудий: 76-мм пушек, трех тяжелых лазеров и протонного излучателя, присовокупив с близкого расстояния залп неуправляемых ракет.

Бронекатер потерял одну из орудийных башен, но, в целом, остался неповрежденным.

– Чтоб меня, - выругался "Бублик", выстрелив вслед за Искандером, - не думал, что пираты ставят на такой кораблик силовую защиту.

– Да это и не пираты, смотри, нет эмблемы и раскраска совсем другая.

– Внимание, "Драконы", в вашем секторе появились истребители противника, уходите оттуда… постарайтесь пробиться к миноносцу. - Голос Коттарда был поистине замогильным.

Первый стремительный кораблик появился неожиданно, это была довольно распространенная модель "ЕТ-17", слабовооруженная, но на порядок превосходившая по маневренности тяжелый штурмовик.

Оказавшись от новой цели всего в трех сотнях метров, Искандер повторил залп из всех орудий и, не успевая отвернуть, пронесся сквозь облако обломков от истребителя.

– "Ариец", ты не поджарился? - Вежливо осведомился "Дрын", прорываясь сквозь раскаты тяжелой музыки.

– Есть маленько… уходим к "Разящему"… тут жарковато.

Эскортный миноносец с трудом отбивался от двух канонерок и эсминца противника. Половина орудий и торпедных аппаратов уже не действовала, корабль все дальше и дальше удалялся от транспортника.

Клину "Драконов" потребовалась четверть часа, чтобы развернуться, обойти стороной сектор боевых действий и напасть сзади на тяжелые корабли противника.

– Три штурмовика против эсминца и двух канлодок, ты совсем спятил, "Ариец"!

Искандер чувствовал, как постепенно возвращается то состояние умиротворения и спокойствия, "ледяной воли", в котором пилот обязан был находиться во время боя. Чуть было не расшибившись в лепешку о борт бронекатера, уроженец Сиама, планеты с одной из самых длительных в этой части Галактики военных историй, быстро приходил в себя. Вокруг вновь была кабина привычной "тридцатьчетвертки", корабль не разворачивался боком при малейшем ускорении. Не ощущалось скованности, присущей пилотам истребителей, пересевшим на более тяжелые машины.

Решения принимались автоматически. В памяти, без всякой подсказки боевых информаторов всплывали чертежи кораблей, на которых отсвечивались их слабые места.

– Ведомые, первая цель - миноносец, идем с кормы снизу. Залп из всех орудий по носовым торпедным аппаратам под углом в 7 градусов. С одного захода. Дальше опомнятся зенитки.

– Ведущий… ты это… - "Бублик" осекся, удивившись холодным интонациям в голосе Искандера.

– Принято, есть заход с кормы. Смыкаем ряды.

Штурмовики, не открывая огня, несколько километров пронеслись под "брюхом" эсминца, мигающем огоньками корректирующих работу орудий серводвигателей.

– Рактоторпеды с дистантным зарядом. Таймер - полторы секунды.

Штурмовики выстрелили из орудий и НУРСОВ по носовой бронированной пластине и выпустили заряды.

Сторонний наблюдатель на замедленной съемке мог бы видеть, как первые залпы немного сместили тысячетонную броневую пластину, прикрывавшую отсек торпедных аппаратов. В образовавшуюся щель между слоями брони не больше полуметра попало сразу несколько ракетоторпед. Секундой позже, когда штурмовики уже отошли на полкилометра, они взорвались. А еще через пару мгновений огромный нос миноносца окутали взрывы детонировавших в аппаратах больших торпед.

Эсминец резко потерял ход и под воздействием хаотически направленных взрывов закружился. Конечно, для большого боевого корабля, доверху напичканного самовосстанавливающимся и резервными системами, такое ранение не было смертельным. Однако оно надолго вывело его из строя. Замигали вспышки корректирующих ионных двигателей. Экипаж пытался убрать корабль с линии огня. В это время в потерявший управление корабль попало несколько торпед "Разящего", увеличив разрушения.