Артем Наменский - Тепловой барьер

Первая аномалия была замечена у берегов Атлантиды. Из океана вылезло существо, похожее на огромного кракена, и принялось крушить прибрежные города. Тогда местные жители без труда с ним справились, но учёные пришли в ужас, изучив структуру останков существа. Ничего подобного до этого они не видели. Существо не имело клеточного строения. Что-то похожее на очень тугое желе с различными вкраплениями. Само существование такого организма вызывало глубокие сомнения, а уж о функционировании и способности перемещаться и говорить нечего. Потом появились другие. Множество организмов, внешне напоминающих рыб заполонило океаны. Структура их тканей была полностью идентична ткани изученного кракена. Местных морских организмов эти рыбы не трогали, только в случае агрессии. Чем они питались, учёные так и не выяснили. Но потом появились донные организмы, эти местную флору и фауну не щадили. Беспощадно вытесняли. На берег пока никто не лез, но учёные уже забили тревогу. Выслали к Антарктиде воздушную экспедицию. Вернулась только пятая по счёту. Рассказала она довольно страшные вещи. Странные организмы, заполонившие моря – это только пол беды, они сами бегут из недр земли от более опасного врага. Там, вокруг жерла вулкана по земле расползается чёрное кристаллическое пятно. Соприкасаясь с ним любой живой организм превращается в кристаллическую статую. За пятном по небу расползается чёрно-серое облако – вообще непонятное образование. Экспедицию, правда, можно было назвать удачной, поскольку удалось привезти образец вещества (в виде чёрной статуи одного из членов экспедиции). Учёные сели за изучение и развели руками – ничего похожего на молекулярную и даже атомарную структуру в этом веществе нашли. Единственное, что определили – у вещества была октава, начали подбирать противооктаву – в свободном виде такой не существует. Точнее есть, но на изготовление устройства для борьбы со Мглой уйдут тысячелетия. А в несвободном виде противооктавник можно построить лишь в двух местах на Земле – Минск и Москва. Тектонические разломы, градус наклона к оси планеты и тому подобное. Не зря, видно там возникли города. В конце концов, решили разделиться на две группы – одна наиболее многочисленная, строит на орбите корабль-колонию, который полетит к тому самому светилу с планетами, другая, намного более меньшая, строит противооктановики. Основной противооктановик построили в Москве, вспомогательный – в Минске. В последнем городе создавали и меня. Точнее дорабатывали. Построили основной противооктановик меньше, чем за год, после этого он должен был дозревать около тысячи лет. Программа его активации во мне.

– А почему тебя не разработали прямо возле основного противооктановика? – встрял Тихомир.

– В моей основе лежит кристалл, найденный в метеоритном потоке, он может аккумулировать очень большое количество энергии. Нахождение вблизи основного противооктановика во время его нестабильного вызревания привело бы к А-взрыву, а такой пол планеты может разнести, представь, сколько в нём энергии скопиться, к примеру, за пятьсот лет. Да и во мне тож немало. Теперь, когда он созрел, ему достаточно контакта со мной, что б я запустила активирующую программу.

– И что будет?

– Этого я не знаю, но то, что что-то будет, это точно.

– А что тебя удивило с планетами?

– Я их всех узнала, от них идут все такие же энергии, только они не совпадают по направленности, по некоторым другим характеристикам, не получается из них А-излучения.

– А как же крылья, которые меня сегодня подняли.

– За две тысячи лет я скопила столько А-излучения, что мне хватит на очень много.

– На счёт планет, ты хочешь сказать, что оба мира находятся в одной Солнечной системе?

– Не знаю. Думай сам. В этих мирах всё идентично и параллельно, языки, материки, даже мелочи ландшафта. Юпитер, к примеру, был перед телепортацией в одной стороне, после совершенно в другой. Но это один и тот же Юпитер, я это просчитала по всем характеристикам.

– Слушай, Синистра, у нас есть наука – астрология, так вот, в ней, помимо видимых планет есть фиктивные планеты, которые как бы есть, но на самом деле их нет, может твой мир и является одной из этих планет?

– Это что за планеты?

– Лилит, Селена и Вулкан.

– Ничего себе фиктивные. Наши учёные их тоже не сразу заметили. Потом нашли, спутники посылали, фотографировали. Странненькие они конечно, но в остальном это планеты как планеты.

– Слушай, а ты сможешь изобразить на карте положение планет относительно Солнца перед телепортацией?

– Смогу.

– А после?

– Смогу, но мне понадобиться время для расчёта.

– Сколько?

– Сколько? Не знаю, это надо рассчитать, но ориентировочно не больше двух сотен лет.

– Ясно. Тогда ничего не выйдет.

– А что ты задумал?

– Если нарисовать две карты расположения планет всей системы относительно Солнца, до и после телепортации, а потом их наложить друг на друга… В общем расположение планет должно совпасть, а вот места, где находился в этот момент наблюдатель, будут разными. Таким образом, мы сможем найти место, где расположена твоя Земля.

– А ведь точно, и чего это я раньше до этого сама не додумалась? – удивилась Синистра.

– Потому что ты – программа, твоё дело считать, а я – человек, моё дело думать.

– В твоём мире есть люди, которые занимаются планетами?

– Есть. Астрономы. Но у меня ни одного знакомого астронома нет. Во всякие академии с такой просьбой лучше не обращаться. Ха! Но есть наука, которую я уже вспоминал – астрология. Она рассматривает положение планет относительно определённой точки на Земле в определённое время и переносит всё это на натальную карту. Но из этой карты легко составить карту с положением планет относительно Солн…

Тихомир вдруг резко потух и замолчал на полуслове.

– Что случилось, – сразу забеспокоилась Синистра, – в твою кровь поступила лошадиная доза депрессантов.

– Да, есть у меня один знакомый астролог. Наши отношения продолжались почти год. А потом всё так нелепо закончилось… До сих пор не могу отойти, в метре от момента, когда мы уже могли быть вместе.

– Да не расстраивайся, – засуетилась Синистра, – поверь мне, все мужики козлы. Уж я этих стервецов собственной шкурой прознала. Козлы, они и есть козлы, и нечего из-за них расстраиваться. Сколько я слёз в своё время пролила из-за этих извергов. Расстраиваться из-за них, значит, себя не уважать, поверь мне! Плюнь на всё и живи дальше, и обязательно встретишь когда-нибудь бравого витязя на богатырском коне, который на скаку подхватит тебя, усадит перед собой на коня и нежно обнимет. Вы будете с ним скакать целую вечность сквозь берёзовые рощи и цветущие луга…