Владимир Плахотин - Браслет

       Скорее всего, это у меня получилось отвратительно, потому что он только глянул мне в глаза и сразу же оценил ситуацию:

       - Всё ясно: стресс от обилия впечатлений. Идём! - схватил он меня за рукав, увлекая в щель между двумя железобетонными чудовищами.

       Шум улицы сразу же сошёл почти на нет. Мы очутились в тихом дворике, где в тени раскидистых клёнов возились в песочнице несколько малышей.

       - Сезам! - позвал дед. - Домой!

       Перед нами вспыхнула знакомая светящаяся рамка и в её проёме нарисовалось изображение дедовой квартиры.

       - Сезам, откройся! - выкрикнул дед и втянул меня за собой в комнату. За мгновение до того, как за нами схлопнулся экран, я успел заметить, вытаращенные глазёнки игравших в песке ребятишек. Видимо, их сильно поразило, что два человека буквально растворились на их глазах.

       - Значит так, - дед усадил меня и подвинул поближе столик со сладостями. - Вы тут передохните, чайку попейте, поразмышляйте в одиночестве, а я сей же час обернусь. Только Настёну разыщу. Я приблизительно знаю, где она может находиться, - и он нырнул во вновь развернувшийся экран с изображением того же дворика, откуда мы попали домой. Я увидел, как малыши, минуту назад видевшие наше исчезновение и до сих пор находившиеся в ступоре, с криком "Вайзмэн!" кинулись врассыпную, побросав в песке все свои игрушки. Я усмехнулся, представив, что они понарассказывают своим родителям: ведь они приняли деда за колдуна. Естественно, им никто не поверит, сочтя всё это детскими фантазиями. Да и кто в наше время поверит? Я бы и сам не поверил, расскажи мне кто-нибудь хоть часть из того, что со мной произошло только за сегодняшний вечер.

       И тут я осознал, что могу думать теперь свободно, не опасаясь, что в любой момент к тебе под черепушку заглянут и скажут: "Ага!"

       Я облегчённо вздохнул. Неприятная штука, доложу я вам, эта самая телепатия! Но, если честно, неприятна она тогда, когда ею обладаешь не ты, а кто-то другой. Но если бы мне довелось!.. М-м!.. Тогда совсем другой расклад!..

       Ох и подленькое это желаньице - безнаказанно творить мелкие гадости! Подслушивать, подсматривать... И чтоб за это ничего не было... А? Ну, признайся, признайся! Ведь это только самому себе, ведь рядом-то - никого!

       Ну, допустим... Ну, есть. Есть она во мне, эта порочная жилка. Ну и что? Не я один грешен.

       Ох-ох-ох! И сразу - шасть! - за чужие спины! Каков? "Как все, так и я!" Избранничек! И что только дед в тебе нашёл?

       А, действительно, что? Он ведь так и не сказал. Ещё и астрологию зачем-то приплёл... А сыр-то, который бесплатный, он где бывает? Правильно: в мышеловке! Выходит, принимая этот несусветный дар, я сам за собою захлопываю дверцу мышеловки? Знать бы, хоть какой она вид имеет. Пока мерещатся одни сверкающие дали. Плюс ужасный кавардак в голове.

       "Чайку хряпнуть, что ли? - тоскливо подумалось мне. - Порядок в мыслях навести, да и вообще..."

       Под этим "вообще" я подразумевал своё отношение к происходящему. Чёткой позиции у меня до сих пор так и не было. Любопытство, желание чуда, вернее, желание поверить в чудо, - это всё было. Но сам себя я целостной личностью не ощущал. Мысли разбредались, как коровы у плохого пастуха.

       Я встал и нетвёрдой походкой продефилировал на кухню. Огляделся. Ничего особенного. Всё чисто, опрятно, всё на своих местах. Мало ли таких кухонь? Странными были сами хозяева.

       Ну!.. С ними мне ещё предстоит разобраться...

       "Или им со мной..." - проскользнула мрачная мысль. Я поставил чайник на плиту и вернулся в комнату.

       Вдруг вспомнилось, как я опарафинился в художественном салоне и стало жутко стыдно: что называется - дорвался. "Халява, сэр, халява!" Хорошо ещё Настя не видела, а то, вообще, - хоть провались!..

       "Да... Настя... - приняли мои мысли другое направление. - А девочка-то - ничего. Зацепила... Да и глаз радует: всё при ней... Только вот чего ждать от этой девочки?.. Да и от деда... Похоже, готовят они мне этакую изящную маленькую пакость..."

       Из кухни раздался свист. Закипел, дружочек? Что-то уж очень быстро. Я-то, по привычке, приготовился к томительному ожиданию, а он - ишь!..

       Как и следовало ожидать, божественный напиток восстановил моё душевное равновесие и растрёпанные чувства привёл в некое подобие порядка. Всё стало видеться уже в оптимистическом свете.

       Я допивал третий бокал, когда за моей спиной раздался скрип и тихий голос прошелестел:

       - Приятного аппетита...

       Я вздрогнул от неожиданности, пролил себе чай на колени и вскочил. Боль была ужасная, но то, что я увидел, заставило меня забыть о ней и застыть в удивлении.

       Вообще-то я полагал, что нахожусь в квартире один. Однако дверь, ведущая в соседнюю комнату, была теперь приоткрыта, и в её проёме стояло существо, всем своим видом напоминавшее маленькую, сантиметров сорок-пятьдесят от пола, обезьянку с головой Чебурашки из известного мультика. Оно стояло на задних лапах, выпучив огромные, на пол-морды, глазища и поводя такими же, как у Чебурашки, несуразными ушами.

       - Лори... - снова прошелестел тот же голос, явно принадлежащий зверьку.

       - Что?! - обалдело спросил я. Чудеса твои, господи! Значит, мне не показалось: оно и впрямь разговаривает!

       - Я говорю: "Лори", - пояснил зверёк, подходя ближе. - Зовут меня так.

       - Ты откуда... взялся? - только и нашёлся я, чувствуя себя ужасно глупо, как если бы надумал разговаривать с хомячком или морской свинкой.

       - Из соседней комнаты, - невозмутимо ответствовал тот, мягкими кошачьими движениями перебираясь с пола на кресло, где недавно сидела Настя. - Надеюсь, позволите? - спросил он, указывая лапкой на поднос с конфетами и не сводя с меня глаз.

       Я медленно, в два этапа, кивнул, поражённо разглядывая неожиданного гостя.

       А он спокойно сгрёб с подноса оставшиеся конфеты, сложил их горкой перед собой, развалился в кресле и, прикрыв свои глазищи веками, принялся методично их уничтожать, равнодушно бросая бумажки рядом с креслом на пол. Судя по выражению его мордочки, он испытывал огромное наслаждение.

       - Почему вы на меня так смотрите? - наконец приоткрыл он один глаз. - Что-нибудь не так?

       И он ещё спрашивает!

       - Ты кто такой? - голос подвёл меня и из горла вырвался какой-то писк.

       Он перестал жевать и удивлённо вытаращил на меня уже оба своих блюдца:

       - Я ведь уже представился: "Лори". - Голос его скорее был похож на шуршание бумаги. Он опять прикрыл глаза и принялся смачно чавкать, жуя конфету. - А родом я с четвёртой планеты системы звезды, которую вы называете Капелла. Это из созвездия Возничего, - назидательно произнёс он, вновь вытаращив на меня свои прожектора. - Мы называем её Эойя.