Владимир Щербаков - Меч Короля Артура

Не исключено, что Эрика приедет в Москву вместе с Анной Берендт.

Валентин Никитин — Петеру Госсе

Когда бы ни приехали Эрика и Анна, я рад буду их видеть. Если они соберутся в Москву до исхода зимы, будем кататься на лыжах. Если летом — в их распоряжении Подмосковье с густыми лесами, где их ждут грибы и ягоды. Но и старая наша идея хороша: поехать в августе или сентябре к морю. Лучше в сентябре, когда в наших широтах осень, и туманы, и дожди, и листопад.

В Берлине мне трудно было представить Берендта-человека. Я лишь знал его письма. Но разве письма, адресованные людям, далеким от его сомнений и раздумий, способны передать приметы его внутреннего мира? Конечно, нет. У меня возникло подозрение, что сохранились, так сказать, его официальные письма. Все остальное он должен был уничтожить. Не может быть, чтобы человек с такой сложной судьбой, человек одаренный, жил даже в то время узким мирком нацистского обывателя.

Как жаль, что нам не ясна до конца его жизнь и все, что с ним связано. Такие интеллигенты, порвав с окружающими, идут потом далеко, так далеко, что их не остановит ни грубый окрик, ни тюрьма.

Вчера вспомнил старую историю. Моим другом был некогда китайский студент. Дома у него была необыкновенная библиотека. Возвращаясь с каникул, он привозил самые интересные книги и переводил их для меня. Я же помогал ему решать задачи по физике.

Тогда же я записал в тетрадь кое-что из его переводов. Перечитывая их, я поразился: никогда, ни в одной книге мне не доводилось читать того, что я узнал в те годы. Эрику это заинтересует. Не знаю уж, пришли знания по биологии и медицине на восток из Атлантиды или нет, но подход там иной. Организм наш един, все в нем взаимосвязано, надо лечить не симптомы болезни, а человека. Так вкратце я сформулировал бы для Эрики свои выводы. Кажется, некоторые врачи это понимают.

Петер Госсе — Валентину Никитину

Эрика передает тебе привет. Она еще не знает, когда приедет. Я думал, что мы с тобой похожи на двух старых чудаков, и нас слушают из вежливости. Но это не так, к счастью. Неделю назад, когда я позвонил Эрике, чтобы передать от тебя привет, она полчаса расспрашивала меня об амброзии. Представь себе!.. Что я мог ей сказать? Что голуби приносили амброзию в клювах на Олимп? Что только боги питались амброзией? Что амброзия была только в Атлантиде, ее выбрасывало на берег?.. Наверное, это водоросли. Может быть, ленты амброзии оставались в лужах во время отливов. А голуби, все это знают, любят бродить по пляжам, по гальке, по песку. И я опять вспомнил голубей из Хосты. Ведь и там сизари посещают берег моря. Когда мы загорали, справа и слева от нас они усаживались на бетонные волнорезы. Прибой выбил углубления в бетоне, настоящие маленькие пещеры. Мы собирали там мидий. Жарили их на камнях, раскаленных в костре. Внутри раковин — морской мох, бледные тугие нити. Моллюски питаются им. Может быть, этот невзрачный мох и есть амброзия? Просто это никому не приходит в голову. К тому же эксперимент по продлению жизни человека нужно ставить не одно десятилетие. Кому по силам такая капитальная работа с неясным исходом? Все это я сказал по телефону. Было слышно ее дыхание в трубке. Тогда я отказался от своих слов, мне стало стыдно, что я злоупотребляю ее вниманием. Я заявил, что морской мох в Хосте ничего общего с амброзией не имеет.

— А голуби? — возразила она.

— Ну, голуби такие же… как там, в Атлантиде.

— А ты знаешь, что все это намного серьезней, чем ты думаешь?

— То есть?.. — Я был несколько ошарашен ее замечанием.

— Опубликованы первые сообщения об амброзии и о механизме старения организма.

— Не может этого быть!

— Может! В Швейцарии упрятали за решетку человека, который опубликовал или, как там заявлено, разгласил секрет амброзии. Это селен.

— Селен?

— Да. Селен. Химический элемент. Составная часть амброзии.

Больше я ничего не узнал. Если, это так несложно, то скоро узнают все, узнаем и мы с тобой. Но все-таки, слышал ли ты о селене?

Валентин Никитин — Петеру Госсе

Селен противодействует окислительным процессам. Такие вещества известны давно. Это антиокислители, антиоксиданты. Наш организм отравляется кислородом. И умирает. Да, именно так. Кислород — не только источник жизненной силы, но и яд. Это одна из теорий старения. Всего таких теорий более двухсот. Кажется, именно кислородная теория ближе всех других к истине. Человек буквально сгорает.

Я думал об этом. В городе, как ни странно на первый взгляд, продолжительность жизни выше, чем в деревне. В горах живут дольше, чем на равнине. Почему? Меньше кислорода. Парадокс? Однако это обсуждается всерьез.

Станет ли человек бессмертным? Позволь мне не отвечать на этот вопрос. Положительный ответ и радует и страшит. Ведь талантливый ученый, наделенный бессмертием, заменит собой целый институт. Да что институт! Десяток институтов. Если, как в легендах, можно жить до восьмисот лет, то сотни лет будет идти накопление знаний и опыта. По наитию, что ли, я пришел к выводу, что раз память связана с наследственностью, с генами, — я думаю, это именно так — то вещества, подобные по своему воздействию селену, одновременно усиливают и память. Не в этом ли причина такой долгой жизни мифов атлантов? Не амброзия ли помогла запомнить их и передать из поколения в поколения — до всеслыша-щих ушей мудрецов Эллады, которые записали их греческими буквами и- передали нам?

Что-то в этом есть. Но с другой стороны, в организме всегда должны идти процессы окисления. Что даст применение селена? Не знаю. Нужно быть очень осторожным. А главное — все опыты длятся на протяжении человеческой жизни, и это самый малый срок. Ведь настоящий ответ может быть получен лишь с учетом влияния на потомство… То есть срок еще больше растягивается. Это уже не десятки, а сотни лет.

Как реалистичен самый древний пласт легенд? Боги — атланты. Они же обитатели Олимпа. И смертны они до тех пор, пока не находят амброзию. И она — не дар неба. Голуби, быстрокрылые птицы, приносят ее с янтарных пляжей Атлантиды. Как далеко это от позднейших небесных мистерий с трубящими ангелами, гласом господним, суровыми пророками и кровавыми битвами на всех семи небесах!

Именно ту Атлантиду мы с тобой открывали. Пусть ее откроют для себя, для всех и другие. Чем больше их будет, тем лучше. Предупреди Эрику: тайна атлантов, их главный клад открывается, возможно, не одним-единственным ключом. Да, нашли селен. Нашли антиокислители. Все ли это? Нет. Нужно искать.

Год 1984-й. Петер Госсе — Валентину Никитину