Филип Фармер - Многоярусный мир: Создатель Вселенной. Врата мироздания.

Они бежали вперед. По временам он оглядывался. Кустарник был здесь густой, и скрывал некоторых гворлов, но один-два всегда угрожающе маячили сзади, не отставая.

— Валун! — воскликнул Вольф. — Он как раз впереди! Мы воспользуемся этим выходом!

Он вдруг понял, до чего же ему не хотелось возвращаться в свой мир. Даже если это означало дорогу к спасению и временное укрытие, он не хотел возвращаться туда. Перспектива застрять там и вдруг оказаться не в состоянии вернуться обратно была настолько ужасной, что он даже решил не трубить в рог. Но что же сделать? Куда им скрыться?

И вдруг все его сомнения отпали сами собой, так как, приближаясь к валуну, он увидел несколько темных фигур, сгорбившихся у его подножия. Это были новые гворлы со сверкающими ножами и длинными белыми клыками.

Вольф с девушкой свернули, в то время, как трое из стоящих у валуна присоединились к погоне. Они оказались ближе остальных преследователей, причем значительно.

— Неужели ты не знаешь никакого укрытия? — выдохнул Вульф на бегу.

— За Раем, — ответила она. — Это единственное место, куда они не смогут за нами последовать. Я бывала ниже грани. Там есть пещеры. Но это опасно.

Он не ответил, экономя воздух, дыша с трудом. Ноги его отяжелели, а легкие и горло горели. Хрисеида, казалось, находилась в лучшей форме, чем он. Она бежала легко, ее длинные ноги ритмично поднимались и опускались. Дышала она глубоко, но без мучительных усилий.

— Еще две минуты, и мы там, — сообщила она.

Эти минуты показались ему вечностью, но каждый раз, почувствовав, что больше не может бежать, он бросал взгляд назад и снова делал усилие. Гворлы, хоть они и прилично отстали, по-прежнему были видны. Они переваливались на своих коротких кривых ногах, и на их бугристых мордах была написана твердая решимость.

— Может быть, если отдать им рог, они уберутся, — предложила Хрисеида. — Я думаю, им нужен рог, а не мы.

— Я сделаю это только в том случае, если у нас не будет другого выхода, — выдохнул он.

Они уже бежали вверх по склону. Теперь ему казалось, что к ногам привязаны огромные гири. Но он обрел второе дыхание и понял, что, наверное, выдержит этот марафон. Вскоре они поднялись на вершину холма и подбежали к краю утеса.

Хрисеида остановила его. Она подошла к краю, остановилась, посмотрела вниз и жестом позвала его. Оказавшись рядом с ней, Вольф тоже заглянул вниз, у него перехватило дыхание.

Отвесная стена утеса из черной, твердой, блестящей породы уходила на несколько миль вниз. А там — ничего, кроме зеленого неба.

— Так значит, это и есть край света! — произнес он.

Хрисеида не ответила. Она уже опять бежала впереди, иногда заглядывая в пропасть.

— Уже недалеко, — сказала она. — За теми деревьями, что растут прямо на краю.

Она рванулась вперед, и ему пришлось поднапрячься. В этот момент один гворл выскочил из кустов, росших недалеко от. края пропасти. Остановившись, он издал призывный крик, а затем бросился в атаку, не дожидаясь подмоги.

Вольф повернулся к гворлу лицом. Увидев, что тварь приготовила для броска нож, он швырнул в него рогом. Это явилось для гворла полной неожиданностью. Он замер, судорожно оценивая ситуацию. Эти колебания врага мгновенно использовал Вольф. Он вихрем налетел на гворла, когда тот, нагнувшись, потянулся к рогу. Длинные волосатые пальцы обвились вокруг рога, и тварь издала скрежещущий крик восторга. Вольф занес нож для удара, но гворл уже успел поднять свой, и два клинка, скрестившись, звякнули.

Промахнувшись вначале, Вольф хотел было снова бежать, поняв, что эта тварь, несомненно, владела искусством боя на ножах. Вольф очень даже неплохо знал фехтование и никогда не бросал практики. Но была большая разница между поединками на рапирах и грязной поножовщиной без всяких правил, и он это знал. И все же бежать он не мог. Во-первых, гворл свалит его, метнув нож в спину, прежде чем он успеет сделать несколько шагов. И, во-вторых, существовал еще рог, стиснутый в бугристом левом кулаке гворла. Вольф не мог его оставить.

Понимая, что Вольф оказался в очень неприятной ситуации, гворл осклабился, сверкнули его длинные желтые мокрые клыки.

«С этим, — подумал Вольф, — он обойдется и без ножа».

Мимо него пронеслось что-то золотистое, коричневое с развевающимися волосами в черно-каштановую полоску. Глаза гворла расширились, и он обернулся.

Длинная палка, лишенная листьев и части коры, вонзилась гворлу в грудь. Хрисеида бежала во весь дух, держа мертвый сук, словно шест, а за несколько шагов до цели метнула свое оружие, которое ударило чудище, опрокинув его на спину. Рог выпал из его кулака, но нож в другой руке остался.

Вольф прыгнул вперед и вонзил лезвие между двух хрящевых бугров на толстой шее гворла. Мышцы там были толстыми и мощными, но не настолько, чтобы остановить лезвие. Оно застряло только перерезав трахею.

Вольф вручил Хрисеиде нож гворла.

— Вот, возьми его.

Она приняла его, но, казалось, все еще пребывала в шоке.

Вольф надавал ей оплеух, пока взгляд ее не стал осмысленным.

— Ты действовала отлично! — приободрил он ее. — Кого бы ты предпочла увидеть мертвым, меня или его?

Он снял с трупа пояс и повесил на себя. Теперь у него было три ножа. Он сунул окровавленное оружие в ножны, взял в одну руку рог, а в другую — ладонь Хрисеиды и снова пустился бежать. Когда первые гворлы перевалили через край холма, позади них поднялся вой. Однако Вольф и Хрисеида имели фору в тридцать ярдов, которую они и сохраняли, пока не добрались до группы роскошных, росших на краю обрыва, деревьев. Хрисеида вышла вперед. Она опустилась на землю и скользнула вниз. Вольф присмотрелся, прежде чем слепо последовать за ней, и увидел, примерно в шести футах внизу, узкий карниз. Она уже прошла по нему и теперь висела на руках, затем снова спрыгнула, на этот раз на куда более узкий карниз. Но и это был еще не конец. Карниз тянулся под углом в пять градусов вниз по поверхности утеса.

Они могли воспользоваться им, лишь встав лицом к каменной стене и двигаясь боком, раскинув руки и вплотную прижавшись к скале.

Спускаясь, рог он заткнул за пояс. Сверху донесся вой. Вольф поднял голову и увидел первый карниз, на который уже падал один из гворлов. Затем он оглянулся на Хрисеиду и вздрогнул от ужаса: она исчезла.

Он медленно повернул голову, посмотрел через плечо и вниз, ожидая увидеть ее падающей вдоль поверхности утеса, если не миновавшей уже его и погружавшейся в зеленую бездну.

— Вольф! — услышал он.

Голова ее высовывалась откуда-то из самого утеса.

— Здесь есть пещера! Скорее!