Тэд Уильямс - Город золотых теней

«И все это не объясняет, почему у нее такой странный сим, — отметила Рени. — Ну, не хочет говорить — ее дело».

Вспыхнули, нажатые, несколько кнопок на стенах, в окнах замелькали данные.

«Она даже не пользуется ВР-интерфейсом, — сообразила Рени. — Этот бильярдный шарик — просто вешка, чтобы мы знали, что она с нами. Она делает это все прямо с клавиатуры, или голосовым контролем, или…»

— Вы знаете, почему это место именуется Скворечником? — спросила Мартина.

— Я говорила Ксаббу, что нам стоит задать этот вопрос вам. Не знаю — наверное, там поначалу было тесно.

— Еще проще. — Мартина снисходительно рассмеялась. — Совсем просто. Они были мальчишками.

— Что? Кто «они»?

— Создатели Скворечника. Не все, конечно, были мужчинами, но большинство, и они творили свое собственное убежище. Как мальчишки, которые строят домик на дереве и никого туда пускать не собираются. Как в старой сказке про Питера Пэна. А знаете, как можно попасть в Скворечник?

Рени покачала головой.

— Возможно, вы оцените шутку. Надо найти Лестницу. — По мере того как Мартина объясняла, одно из окон разрасталось во всю стену. — Лестницу всегда можно опустить, — продолжала она, — но она всякий раз появляется на новом месте. Обитатели Скворечника не хотят, чтобы к ним ломился любой хакер. Только те, кто уже поднимался по Лестнице, знают, как найти ее.

— Так вы уже бывали в Скворечнике? — нарушил паузу Ксаббу.

— Бывала, но как гостья. Я расскажу вам больше, но пока не забывайте, что мы в общественном месте. Это реальная база данных, только связанная с Лестницей — во всяком случае, сегодня: если вы вернетесь на этот узел завтра, вряд ли ее найдете. Так или иначе, сюда в любой момент может заглянуть обычный посетитель. Шагайте.

— Шагнуть в окно? — переспросила Рени.

— S'il-vous plait. Прошу. На той стороне опасности нет.

Рени двинула свой сим сквозь окно данных. Ксаббу последовал за ней в виртуальное пространство, лишенное деталей в еще большей степени, чем только что покинутое — снежно-белый куб. Окно замкнулось, как диафрагма, оставив их одних. Синего шара видно не было.

— Мартина!

— Я здесь, — ответил бесплотный голос.

— Но где ваш сим?

— Мне здесь не нужен сим — нижняя ступенька Лестницы, как и весь Скворечник, не подчиняется законам сети. Требование воплощения здесь не действует.

Рени вспомнила вопрос Ксаббу о призраках, и хотя понимала желание Мартины нарушить одно из мелких установлений сетевой жизни, ощутила некоторую неловкость.

— Нам с Ксаббу надо что-нибудь делать?

— Нет. Я… припомнила старую услугу — так у вас говорят? Меня пустили обратно с правом приводить гостей.

Белизна распалась, что-то вырастало из стен. Пустота обретала форму и глубину. Небо, земля, деревья за секунды собирались из невидимых частиц. Рени и Ксаббу стояли на берегу пруда; растущие вокруг дубы роняли листья на воду. Мартина оставалась невидима — если она вообще была рядом. Бескрайнее небо, раскинувшееся над кронами, выглядело по-летнему синим. Рощу пронизывал теплый, масляно-желтый свет. Между двумя огромными корнями, прислонившись к стволу и опустив ноги в воду, сидел белокожий мальчишка в комбинезоне и потрепанной соломенной шляпе. По лицу его блуждала сонная, беззубая улыбка.

— У меня имеется разрешение посетить Скворечник, — сообщила Мартина.

Мальчишку бестелесный голос ни в малой степени не удивил. Прищурившись, он оглядел Рени и Ксаббу, потом протянул руку вверх, точно за яблоком, и из путаницы ветвей свалилась веревочная лестница. Улыбка мальчика стала шире.

— Полезайте, — посоветовала Мартина.

Ксаббу шел первым. Рени была уверена, что он вскарабкается так же ловко, как и в РЖ. Сама она поднималась медленнее — она утомилась за день и немного опасалась того, что ждало ее впереди. Мгновением позже пруд и дубы исчезли, вокруг ее сима сомкнулись тени. Она еще карабкалась, но не было ни ступеней под руками, ни чувства, что она может упасть. Рени остановилась и принялась ждать.

— Мы достигли Скворечника, — объявила Мартина. — Я перевожу нас на выделенную голосовую линию, параллельно общему каналу — иначе ничего не будет слышно.

Прежде чем Рени успела спросить — почему, тьма разом отступила, и мир обрушился в хаос. По ушам ударил вавилонский грохот — музыка, обрывки разговоров на разных языках, странные шумы, точно Рени застряла между каналами на коротковолновом приемнике. Она уменьшила общую громкость, и шум превратился в немелодичное бормотание.

Голос Ксаббу на выделенной линии звучал ясно.

— Что за удивительное место вы показали мне, Рени! Глядите!

Да она и не смогла бы оторвать глаз. Ничего подобного прогнавшему тьму виртуальному видению ей не доводилось встречать.

Верха и низа не было — это она заметила прежде всего. Виртуальные строения Скворечника соединялись друг с другом под самыми немыслимыми углами. Горизонта тоже не было. Рваная сетка зданий простиралась в бесконечность. Рени показалось, что она стоит в центре гравюры Эшера [29]. Между некоторыми странными сооружениями проглядывало синее нечто, которое могло оказаться небом, но с равным успехом его можно было заметить и над головой, и под ногами. В других местах просветы заполнялись облаками или снежными вихрями. Большая часть строений выглядела как виртуальные жилища всех мыслимых форма и размеров — многоцветные небоскребы, скрещенные, как шпаги, комки розовых пузырей, даже сияющий оранжевый мухомор размером с самолетный ангар с дверями и окнами. Некоторые конструкции менялись на глазах.

Были и люди, вернее, то, что могло оказаться людьми, — трудно было сказать, раз отброшены стандартные правила воплощения, — но некоторые движущиеся… предметы едва ли заслуживали и этого определения: цветные ленты, полосы интерфренции, круговороты мерцающих пятен.

— Это… это безумие! — воскликнула Рени. — Что это?

— То, что хотят видеть здешние жители. — Голос Мартины, раньше раздражавший ее, внезапно стал единственной знакомой вещью в этом сумасшедшем доме. — Они отвергли все правила.

Ксаббу подавился возгласом, и Рени обернулась. Рядом с ними из ниоткуда проявилась обтянутая леопардовой шкурой баржа. С мостика выглянула фигурка, напоминавшая тряпичную куклу, осмотрела их, потом крикнула что-то на незнакомом Рени языке, и баржа пропала.

— А это еще что? — поинтересовалась Рени.

— Понятия не имею. — Ее невидимую спутницу все это, очевидно, забавляло. — Кто-то остановился, чтобы поглядеть на новоприбывших. Моя система могла бы переводить с языков, которые здесь в ходу, но это сожрет большую часть мощности процессора.