Трой Деннинг - Мир Темной звезды. Том 1

Она спрятала кинжал в ножны.

— Вот с гладиаторами будут проблемы. Они не любят непонятного колдовства. Рано или поздно тебе придется объяснить, что за камень ты носишь в своей груди. Почему бы тебе не начать с меня?

Рикус поднес обезглавленную личинку к губам и высосал ее внутренности. На вкус мула она была слишком сладкой, но в пустыне не приходится привередничать.

Ниива тоже выудила из кактуса несколько личинок и, отрывая голову первой, сказала:

— Если не хочешь говорить о рубине, может, хоть скажешь, как ты собираешься выбраться из этого карьера?

— Пока не знаю, — признался мул. — Я как раз об этом думал.

— Ну, хоть в чем-то ты со мной честен, — поморщилась Ниива, высасывая личинку. — Дай-ка воды…

Несколько минут они ели молча.

— Может, спросить совета у остальных? — после долгого раздумья предложила Ниива.

Рикус покачал головой.

— Чтобы гладиаторы потеряли ко мне всякое доверие?.. Дай мне еще немного подумать…

Пожав плечами, Ниива высыпала из кактуса последнюю горсть личинок, и отдав половину Рикусу, бросила пустую оболочку вниз.

— Давай, доедай, и пойдем прогуляемся…

— Отличная идея, — горячо подхватил мул.

«Еще чего! — прошипел голос в голове Рикуса. — Ты не будешь спариваться с людьми, полугном!»

Прежде, чем мул успел что-либо ответить Тамар, Ниива уже поднялась на ноги.

— Пройдем по ущелью и посмотрим, что там и как, — с грустной улыбкой сказала она. — Может, и придумаем чего. А что до этого… Я не лягу с тобой до тех пор… в общем, пока между нами все не выяснится.

— Что не выяснится? — спросил мул, тщательно закутываясь в свою накидку. — Чего ты от меня хочешь?

— Всего трех вещей, которых ты, похоже, дать мне не можешь. Доверие, преданность и любовь.

Про себя Рикус проклял Тамар, вставшую между ним и его партнершей.

— Я тебе доверяю, — ответил он. — Когда все будет позади, ты это поймешь.

— Может, и так, — согласилась Ниива, — но как быть с преданностью и любовью? Ты не предан ни одной женщине, даже Садире.

— А как же наше боевое партнерство? — воскликнул Рикус. — Мы остались вместе даже после того, как победили Калака! Если это не преданность, то я не знаю, о чем ты говоришь.

— Преданность, — терпеливо объяснила Ниива, — это когда счастье другого заботит тебя больше своего собственного. А то, о чем ты говоришь — дружба. Она будет с нами всегда.

— Это все гном, да? — помолчав, спросил мул.

Ниива потупилась.

— Каилум… он всегда рядом, и если я его захочу…

«Это отвратительно! — прошипела Тамар. — Я должна наказать ее за одну только мысль о подобном любовнике!»

— Ты не должна винить себя из-за Каилума, — сказал Рикус, не обращая внимания на слова призрака. — Я понимаю. Сердце может любить сразу нескольких…

— Ну вот, теперь ты рассуждаешь, как Садира, — с горечью заметила Ниива. — Она ошибается. Никто не может любить сразу двоих… во всяком случае так, как мне бы хотелось, чтобы меня любили.

— Ну, и что же у нас в итоге получается? — спросил Рикус.

— Это зависит от тебя, — ответила Ниива. — Я — рядом… Если я тебе действительно нужна. Только подумай сначала, хорошо ли ты понимаешь, что это означает.

Прежде, чем Рикус нашелся, что ответить, он снова услышал голос Тамар.

«Оно и к лучшему. Если бы она с тобой легла, мне пришлось бы ее убить. Приличная женщина никогда не позволит прикоснуться к себе никому, кроме чистокровного человека.»

«Если с Ниивой что-либо случится, ты никогда не узнаешь судьбу Бориса, — пригрозил мул. — Я перестану искать книгу.»

«Не пытайся меня напугать, — презрительно фыркнула Тамар. — Ты поклялся гномам. Я могу убить эту шлюху без всякой причины, и все равно твоя жалкая гномья кровь заставит тебя выполнить обещанное.»

— Рикус, что с тобой? — воскликнула Ниива.

К своему удивлению, мул обнаружил, что он сосредоточенно ковыряет под накидкой язву, словно пытаясь вытащить лежащий там рубин.

— Ничего, — ответил мул, поспешно отдергивая руку. — Просто временами меня беспокоит это проклятая рана.

— Пошли, — протянула ему руку Ниива.

— Не прикасайся ко мне, — отшатнулся Рикус.

Ему вовсе не хотелось проверять реальность угрозы Тамар.

Ниива нахмурилась.

— Ты ведешь себя, как ребенок, — обиженно сказала она. — Когда-то это должно было произойти. Будучи свободным, ты можешь сам выбирать свою судьбу. Но это вовсе не значит, что ты получишь все, что тебе хочется.

Придерживая накидку, Рикус поднялся на ноги.

— Ты только не прикасайся ко мне, ладно? Это для твоего же блага. — Мул старался держаться от Ниивы на расстоянии. — И это не имеет никакого отношения ни к свободе, ни к тому, могу ли я любить одновременно тебя и Садиру.

— Как хочешь… — пожала плечами Ниива, подходя к веревке.

— Я так совсем не хочу, — ответил Рикус, направляясь вслед за ней. — Но так будет… на время.

Ниива остановилась. Она глядела на Рикуса с внезапным пониманием и облегчением.

— Это все рубин, да? — спросила она. — Он имеет какую-то власть над тобой?

«Скажи, что она ошибается», — приказала призрак.

«Зачем? — удивился Рикус. — Какая, собственно говоря, разница?»

На мгновение у мула потемнело в глазах. А еще через миг на месте Ниивы он увидел смуглую, черноволосую Тамар. Рикус на мгновение растерялся, но потом понял, что призрак снова воспользовался властью над его разумом.

— Я так хочу! — объявила Тамар.

Ее контроль был так силен, что Рикусу казалось, будто он услышал слова призрака своими собственными ушами. Умом-то мул понимал, что все это происходит только в его мозгу, но чувства говорили обратное.

— Я так хочу! — повторила Тамар. — И этого тебе должно быть достаточно.

— Ты что, ее боишься? — спросил Рикус и, вспомнив, как Кара Ркарда уже однажды помогла ему развеять иллюзию, схватился за рукоять меча.

И снова перед ним стояла Ниива.

— Кого это я боюсь? — спросила она, с опаской поглядывая на меч.

Рикус не ответил. Устремив внимание в глубину своего сознания, он смотрел на Тамар, стоявшую на вершине черной каменной стены посреди моря бушующего пламени.

«Если бы я боялась твоей Ниивы, — заявил призрак, — я бы давным-давно ее убила. Скажи ей, что рубин над тобой не властен.»

— Уходи, Ниива, — сказал Рикус, не желая выполнять требование Тамар. Если Ниива поймет, что не в его власти раскрыть тайну рубина, она потом, скорее всего, простит мулу его молчание. — Увидимся позже…

«Дурак!» — прорычала Тамар.