Елизавета Манова - Феномен двойников (сборник)

И каждый был сам по себе. Они и слушать-то не умели, и спрашивая, не дожидались ответа — перебивали, принимались говорить сами — торопливо, бессвязно, взахлеб, — тут не стоило спрашивать: подталкивай осторожненько, да подкидывай зацепки, чтоб было куда разматывать мысль. Мысли были всякие: и умные, и так себе, — просто все это не клеилось вместе, не связывалось ни с чем.

Нет, здесь только с Лартом можно говорить, больше мне никто не нужен.

Ноэла он еле поймал. Несколько раз обежал станцию, пока застал его в медотсеке. И тоже не в добрую минуту. Только приоткрыл дверь — сразу напоролся на такой взгляд, что с порога пришлось оправдываться:

— Да ладно, Сат, сейчас уйду. Я только про Ларта хотел спросить. Как он?

— Плохо, — угрюмо ответил Ноэл. — Вы не беспокойтесь: завтра. Этот разговор его убьет, но завтра… — судорога пробежала по его лицу, и Хэлан подошел поближе.

— Зачем же так? Я…

— Заткнитесь! — с ненавистью сказал Ноэл. — Он хочет с вами говорить. Завтра вы его прикончите!

Тут отвечать не стоило, Хэлан и не стал отвечать — просто сел напротив. Пусть душу отведет. Шкура толстая — выдержу.

— Ну? Что вам еще надо?

— Ничего, — коротко ответил Хэлан. — Посижу минутку, ладно?

— К черту! Слушайте вы, логическая машина, вы можете оставить меня в покое?

— Нет, Сат. Не надо. Не хватит сил, если сейчас себя отпустите.

— Все знаете, да?

— Так ведь тоже терял. Правда, таких друзей у меня не было. Если честно, так и людей таких не встречал.

— Думаете, что уже знаете ему цену?

— Да нет, конечно. Догадываюсь.

И Ноэл сдался. Закрыл лицо руками и сказал с мукой:

— Ктар, год назад… я еще мог бы спасти его… на Авларе.

Обычная операция… я десятки таких делал! — он оторвал руки от лица, глянул на них с тоской и недоумением. — Я же приличный хирург, я таких вытаскивал… никто не верил, и я не верил, а там… ну, ничего у меня не было, понимаете, ничего, я бы сразу его убил…

— Ну, Сат! Зря вы себя мучаете. Я думаю, если б не вы, он уже давно…

— Я? Ничего вы не понимаете, Ктар. Этот год он прожил только потому, что не на кого их оставить этих… талантливых эгоистов. А они…

— Ну, что они? Люди. У всякого своя мерка. Вы вот подумайте: за год, что вы Келу подарили, он же из Ола Тэви успел человека сделать. Уж не знаю, как вы, а мне, если помирать, так лучше без долгов.

В первый раз за весь разговор Ноэл глянул трезвым, внимательным взглядом.

— Не думаю. Ол Ларта не заменит.

— А вы на что? Они ж, небось, на вас не надышатся. Своих болячек не хватит, так выдумают. Правда?

— Правда, — тень улыбки скользнула по губам Ноэла, и Хэлан понял, что можно уходить. Встал, Ноэл глянул на часы и тоже поднялся.

— Спасибо, Ктар. Надо Мэрта сменить, у него наблюдение.

— Если что, Сат, так мы связь никогда не выключаем.

Они уже прошли те три шага, что отделяли каюту Ларта от медотсека, и Ноэл на миг задержался.

— Не стоит, Хэл. Ночуйте здесь. Может, я вас ночью позову.

В центральном отсеке сидела все та же компания, наверняка не пивши, не евши, а вот Хэлан бы уже и пообедал. Беда с этими гениями! На Тенаре нас бы уже три раза накормили, а тут и спросить неловко.

Местечко — точь-в-точь центральный отсек на корабле. Здоровенная круглая комната, посередке большой стол, а вдоль стен, между дверями, дурацкие такие полукруглые диванчики. Куда ни пойдешь, а этого места не минуешь — самый короткий путь между всеми концами станции. Если уж хочешь понаблюдать…

Наблюдать Хэлану не хотелось, просто некуда было деться — он и пристроился у стенки.

Публика вроде уже сработалась, и центр определился. Не старый еще мужик, и щека дергается. Он, похоже, еще и заикался. Скажет два слова, на третьем замолчит, а все сидят и ждут, пока он разродится. Он говорит, Майх только отвечает, а прочие добавляют по слову, по два. А Тэви совсем отделился. С ними — а все равно один.

Увидел Хэлана, и пересел к нему потихоньку. Спросил — будто и не расставались:

— Поймали Сата?

— Да. Плохо.

— Знаете, не могу… просто бред какой-то! Он… а все как всегда.

— А зачем скрываете?

— Он велел. Чтоб только я, Сат и Мэрт. Они ведь привыкли… он дано болен. Господи, Ктар, как же мы… без него? Он же наша совесть, стержень… мы же без него… в кисель…

— Ох, Ол, мне, что ли, вас вместо Кела выпороть? Чего это вы зря людей поливаете? Кисель да еще и без совести — таким и на Планете хорошо, их на Ктен не загонят. Давайте-ка, подберите сопли — и о деле. Как, договорились до чего-то?

— Да, конечно, — равнодушно сказал Тэви. — Даже больше, чем я мог надеяться. Ваш приятель… вы только посмотрите, как он Нофара расшевелил.

— Тощий?

— Да. Нофар Тенги. Слыхали?

— Нет, вроде.

— Зря. Действительно талант первой величины. Надежда нашей физики, можно сказать. Жаль…

— Что?

— Неврастеник. Всегда на грани. Вечная забота для Сата.

— А лысый?

— Арен Нилер. Прикладник. Какое-то крупное изобретение в области связи.

— И за это на Ктен?

— Надо полагать, изобретение того стоило. Не беспокойтесь, Ктар. Эти люди… они все смогут. Раз уж взялись… смогут. А Валар… у него отличная голова… умеет поставить задачу. Ктар, а вы не врете? Он, правда, только пилот?

— Ну, если Сат только санитар…

— Слушайте, а может, вы меня с собой захватите, а?

— Сидите и не рыпайтесь, — сказал Хэлан. — Вы тут нужны.

…Их позвали ночью. Скверное было пробуждение, и когда, войдя в тесную комнату Ларта, Хелан увидел их лица: серое, ожесточенно-решительное — Ноэла, угрюмое — долговязого Мэрта и измученное, какое-то бессмысленное — Тэви, что-то глухо заныло внутри.

— Извините, господа, — сказал Ларт. — Пожалуй, уже не стоит откладывать.

Он говорил спокойно, чуть задыхаясь… все нормально, если не глядеть, потому что лицо у него было мертвое — пожелтело, обтянулось, даже нос уже заострился. А глаза живые-бесстрашные… веселые, пожалуй…

Он что-то пробормотал в ответ, и Ларт улыбнулся. Улыбка тоже была еще живая — спокойная, легкая; скользнула по губам и ушла, словно Смерть смахнула ее своей подлой лапой.

— Довольно, господа, — сказал Ларт. — У нас на это уже нет времени. Господин Валар… мне очень жаль, что я не успел с вами познакомиться… извините.

Майх молча наклонил голову.

— Садитесь, Ктар. Задавайте свои вопросы. Быстрей!

И снова виноват. Кто я такой, чтоб отнимать у товарищей его последние минуты? Зачем он их тратит на меня?

— Ну?

— Хорошо, — сказал Хэлан. — Сейчас. Такой вопрос: является ли прогноз нормативным документом?