Энн Маккефри - Город, который боролся

— Ага, — Джоат одобрительно кивнула, — и ты это сделал!

— Вот тогда у меня и начался приступ. Но он и так бы случился, в конце концов действительно случился бы, Джо. Папа говорит: — я протяну еще максимум десять лет.

Джоат переводила взгляд с одного офицера Флота на другого.

— Я считаю, что это несправедливо. Разве ваши парни не могут чем-то помочь ему? Разве он не заслужил чего-то большего, чем еще десять лет такой жизни? — Ее решительный голос сорвался.

Квестор-Бенн вздрогнула, а командор устремил взгляд в пространство.

— Я так никогда и не смог привыкнуть к подобным вещам, — пробормотал он себе под нос. — И в чем заключается услуга, Симеон?

Голова Чанны моментально повернулась.

— Симеон? У тебя есть предложение?

— Есть, — ответил Симеон таким уверенным тоном — вы, мол, должны были знать, что оно у меня будет, — что привлек всеобщее внимание. — Я тут порасспрашивал кое-кого, и корабль Алекс-Гипатия-1033 рассказал мне о новейших изобретениях, над которыми работает доктор Кеннет Ухуа-Зорг. Еще никто — пока — не умеет восстанавливать позвоночник — оболочку спинного нерва. Кеннет Зорг разработал протез — по странному стечению обстоятельств, для себя самого, — но он подойдет и Селду с его диагнозом. Дитя, ты слишком стар, чтобы стать капсульником. Психологически ты никогда не сможешь приспособиться к этому. Состояние Кеннет Зорга было почти таким же, как у тебя, но сейчас он прекрасно справляется со всем самостоятельно. — И Симеон продемонстрировал голограмму, где мужчина двигался по коридору, но слишком плавно, чтобы это можно было назвать «ходьбой». Он «шел» действительно прямо, но его тело было заключено в почти незаметный внешний «скелет», поддерживающий его в вертикальном положении, а ноги стояли на платформе, напоминающей летающие диски со станции, но гораздо тоньше. В платформу весьма оригинально были встроены энергоноситель и движущие мониторы. — Мне сказали, Селд, что тебе придется много работать руками, а эта платформа достаточно совершенна, чтобы заботиться о твоем теле, как о моем заботится капсула. Причем долго, и, если ты не собираешься ползать по вентиляционным трубам или падать из аварийных люков головой вниз, ты проживешь столько же, сколько и большинство здоровых мягкотелых!

В этот миг Симеона ожидала самая большая награда: Джоат прыгала, закатываясь от смеха, но по ее лицу ручьями лились слезы, как и по лицу Чанны, а Селд от радости закричал. На лицах адмирала и командора было написано самое откровенное облегчение.

— Я очень рада, что мы нашли решение проблемы, — сказала Квестор-Бенн, — мы предоставим курьерский корабль Флота класса «мозг и тело» в распоряжение Селда и его отца, чтобы доставить их на медицинскую станцию Центральных миров, где в настоящее время работает доктор Зорг. Это и есть та услуга, о которой ты просил, Симеон?

— Именно та, — ответил капсульник

— Замечательно, Селд в Скелете, — сообщила Джоат Селду. — Я тоже буду внесена в состав пассажиров, и мы сможем отпраздновать это событие вместе. — Уходя, она весело махала ему на прощанье.

Так же измученная неожиданными радостными событиями, как и тяжестью проблем, которые еще предстояло решить, Чанна вновь опустилась в летающее кресло.

— Симеон, я немного устала, не мог бы ты…

Присутствовавшие рассыпались в извинениях и расступились, давая Симеону возможность увезти ее кресло.

— Минуточку, Амос бен Сьерра-Нуэва, — обратилась к нему Квестор-Бенн. Амос удивленно обернулся, бросив обеспокоенный взгляд на удаляющуюся фигурку Чанны, но должен был уделить внимание адмиралу — иного выбора у него не было. — Будьте так любезны, проводите меня с командором в наши апартаменты.

Он был просто счастлив, что им предстояло покинуть грузовой шлюз с его мрачной обстановкой, хотя там лежал всего один бетелианец из группы беженцев.

Адмирал и командор заметили его интерес к конструкции флагманского корабля и пустились в объяснения, проходя по запутанному лабиринту и с отсутствующим видом принимая воинский салют своих подчиненных, как мужчин, так и женщин, спешащих по своим делам.

Ни один корабль Центральных миров не понес значительных потерь: утратившие надежду кольнари сражались хотя и отчаянно, но очень недолго. Этой экскурсии оказалось достаточно, чтобы вновь заставить Амоса задуматься, как Гайон умудрился поднять древний «Исход» и привести его именно к станции SSS-900-С.

Он снова погрузился в отчаянье, думая обо всех тех проблемах, которые ему предстояло решать на его бедной разграбленной планете, чтобы хоть как-то поднять технический уровень и культуру, которые в Центральных мирах воспринимались как должное.

— Ах да, вот мы и пришли, бенисур…[46] — сказал командор, а Амос с должной скромностью поправил его: «Просто Амос, сэр». — Мы получаем самые свежие новости с Бетеля, и нам просто необходима ваша помощь.

В гостиной сидели пятеро мужчин и женщин; двое самых молодых — юноша и девушка чуть старше двадцати — моментально вскочили на ноги при появлении адмирала, командора и их гостя.

— А вот и он, благородное собрание, — обратилась ко всем Квестор-Бенн, — бенисур бен Сьерра-Нуэва, ака Симеон-Амос, как предполагается, вождь бетелианцев.

— Нет-нет, — Амос отрицательно покачал головой и взмахнул рукой, чтобы показать, что отказывается от подобного титула. Он не хотел, чтобы мантия вождя тяжким грузом легла на его плечи. По крайней мере, сейчас.

— Как пожелаете, молодой человек, — отрывисто бросила Квестор-Бенн, — но, вы же были вождем диссидентов и защитников Бетеля, и нам нужны данные, которыми вы располагаете. — Затем, когда Амос продолжил возражать, она провела его в гостиную, чтобы представить группе собравшихся. — Сеньор Агрум, советник из ОПОПИМ, Фусто — представитель ММ, наблюдатель Нильсдоттер, Ферримен из системы общественного оповещения ОПОПИМ и Лош Лентел из ММ. Симеон, ты здесь?

— Да, — ответил Симеон, и даже из приемника его голос звучал вопросительно.

«Он мог бы и предупредить меня, — с тоской подумал Амос. — Но, наверное, лучше побыстрее покончить со всем этим». Он почтительно приветствовал их, приложив руку ко лбу и к сердцу. Девушка-наблюдатель была и молода, и очаровательна.

Неожиданно для самого себя Амос оказался за столом, а стюарды уже разносили закуски и напитки.

«Возможно, мне просто было не по себе от голода», — подумал Амос, почувствовавший себя гораздо лучше, когда сделал бодрящий глоток какого-то крепкого напитка и угостился предложенными ему деликатесами.