Николай Науменко - Фантастика 2003. Выпуск 1

Ну, Бяда носится везде с разбегающимися глазами. Нашёл место для Орла: целый храм со скабрезными изображениями троек. Совершенно неприличная картина. Бяда счастлив — первобытное искусство.

Рубик что-то там мудрит — измеряет параметры атмосферы. Зачем? А вот Мяфа и Полыба скучают — Мяфа имел доступ к древнему языку ещё на Окте, и ему делать нечего, а Полыба сказал, что их механизмы — объект не для него, а для Бяды — пусть тот этой археологией занимается. Так что мы втроём пустились в развлечения. Всученый тоже стал присоединяться, и Липа, когда уставал от танцев или прятался от нескромных предложений. Вот развлечения — это то, что нам совсем неизвестно. Какой, скажем, прок сидеть в кабине, которая крутится вокруг своей оси, и визжать? При этом надо обязательно есть что-нибудь очень ядовитое, яркое, липкое, сладкое или горькое, и трещащее. Ещё можно напялить что-нибудь безобразно разноцветное, принять отрубительного (!!!Предки-то знали, гнали самогон из кукурузы — только мы такие невинные на Окте выросли), и плясать всю ночь с такими же недоделанными. А то — сидеть в тёмном большом гнезде и смотреть на помост, где одна двойка страдает от любви, а третий им изменил! Потом все плачут, обнимаются и дарят друг другу цветы, которые специально выращивают, чтобы срезать и подарить. Ну, масса нелепых бесцельных действий!

Нашли. Это нам нравится. Называется тотализатор. Это значит так: бегут, к примеру, тройки наперегонки. А ещё лучше — один, остальные «болеют». И, «болея», обещают деньги за то, что он выиграет. Если он выиграет, ему дают деньги, им отдают их деньги и деньги тех, кто считал, что выиграет другой. Или что-то в этом роде. В общем, навар, как говорит Мяфа на языке нашей любимой смутной и непредсказуемой планеты, где это развлечение, оказывается, тоже есть. Мы решили сделать всё: и выиграть забег, и получить навар. А на полученные деньги купить Орлу подарок: набор неприличных статуэток из храма, найденного Бядой. Там, в храме, их тиражируют и продают желающим. Бяда в курсе, Орлу не говорит — денег ждёт.

Собрались мы, бездельные, в кают-компании, план составлять. Под щупальцами, куда ни вытяни — велосипеды, а ещё мячи им Липа раздобыл цветные — здоровенные. Внучки на них катаются. Ну, и мы, если под щупальца не смотреть. Зато мелочь вроде бы запропастилась — небось где-нибудь на задворках готовит какую-нибудь пакость. Тихо. Благодать.

— Здесь главное — выглядеть натуральнее, — замечаю я. — Одно дело в толпе толкаться, а другое — когда все на тебя смотрят. Липа, только ты у нас такой мастер.

— Ой, — смущается Липа, — значит, меня все поздравлять будут, цветы дарить…

— Ага! — выскакивает Липочка. — И я пойду смотреть, а потом цветы понесу!

— И мы! — сообщают остальные, появившись, можно сказать, из воздуха: это они на Верном приехали. И он решительно говорит:

— Нет! Детям выход запрещён, и трансформация — тоже!

Липочка рыдает, что дедушка побежит без него. Приходится пообещать, что побежит не его дед, и зарёванного Липочку уносит Верный.

— Ну вот, видите, я не могу, — с облегчением вздыхает Липа. — Так кто же…

— Нет, Липа, погоди, — грозно говорю я, — что у Липочки с волосами?

— Ох, ну это…

— Почему его волосы заплетены в косички с бантиками? Ты уже совсем спятил, дедуля? Зачем уродуешь потомка?

И тут в моё щупальце впиваются зубы Орлёнка. Приходится его отшвырнуть и он страдает в уголочке. Остальные внучк;, насупившись, изучают меня с вызывающим видом.

— Ну, что за восстание? — вынужден спросить я.

— Наша Липочка не урод! — сердится Полбочка. — Она — красивая девочка!

— Кто? — потрясённо спрашивают все деды хором.

— Девочка — это дитя-самка, Мяфа сказал. Так их называют на ХО-1077, - объясняет Мяфочка.

— Но откуда самка, когда мы все — мужчины? — изумляюсь я.

— Ты, дед, сам не видишь, что ли? Она слабее, и нежная, и восторженная, и мы все о ней заботимся. Как вы о Липе. А кто наших отцов родил? — философствует мой.

У меня нет ответа. Ничего себе! Мало мы наизобретали, так и разделение полов сюда приплелось? Значит, Липа — самка? А вообще, я не прочь. Самому рожать — морока. Пусть уж лучше Липа.

— Липа, — задушевно спрашивает Всученый. — А ты почему без косичек с бантиками?

Бедный Липа злобно синеет.

— Перестаньте издеваться! Я — мужчина, а кто там Липочка, пусть решают они. Попозже, когда подрастут. Просто ему идут косички, вот я и заплёл! Вон, и Всученый — тоже с косичками!

— Я в образе! — вопит Всученый. — Я — натуральный самец!

Тут вернулся Верный за остальными потомками. Только подмигнул — и все покорно поплелись к выходу. Педагог! Да я ему не скажу: наш самый маленький, Всучок, за моим щупальцем усидел, не сдался. Пусть посидит — умный больно, нужна для ума и пища.

Решили послать на забег Всученого: он у нас тоже талант. Поменьше, чем Липа, но всё же. Тренером при нём поручили быть мне. Тренер — это такой предок, который свистит и гоняет своего подопечного целый год перед соревнованием, чтобы тот бегать научился. Ну скажите, зачем целый год на два щупальца? Они что, и двумя ещё владеть не научились? Действительно, отсталые у нас предки!

Полыба сказал, что ещё надо ставить, то есть, дать денег в гнездо, где потом навар дадут. Ставить будет он сам — денег он наделал в нарушение закона, и никому их доверить не может. Одно дело — экспедиционные расходы, а другое — развлечения. Ну и ладно. Как будто мы уже не заначили из его экспедиционных. Бюрократ! Зато свои целее будут, может, купим малышам игрушки с двумя щупальцами, ванночкой, домиком и комплектом одежды и мебели — пусть развлекаются.

Договорились и разошлись. Мы с Мяфой, как всегда, там остались — привыкли вроде в кают-компании до ночи болтаться. Тут из-под моего щупальца Всучок и вылез. Глаза горят, трясётся весь.

— Дедушки! — говорит. — Вы должны нам помочь!

Здравствуйте! Мы мало с ними маемся, а теперь ещё и должны? Мы с Мяфой сделали суровые морды, бороды веером, глаза выпучили — строгие, значит. А он — хоть бы хны. Мяфу дёргает, скачет, и лопочет, как Полыбины машины:

— Мы, — говорит, — тоже бежать хотим. И навар.

— Да ты что? — возмущаюсь я. — Вам трансформироваться рано. А то что вам там Липочка родит? И где вы массу возьмёте?

— Вот потому я и прошу! — вопит Всучок. — Нам всем на массу соединяться придётся — а у нас нет тренера и кто ставит!

— Как? — поражается Мяфа. — Вы Объединение в юном возрасте ради тотализатора собираетесь делать? Через мой труп! — цитирует он любимого Шурина.

— Нет! — прыгает Всучок. — Какое Объединение без самки? Липочку мы тут оставим — Орлу на проверку. А сами только на трансформацию силу направим. Идёт?