Тэд Уильямс - Город золотых теней

СЕТЕПЕРЕДАЧА/НОВОСТИ: Сворачивается финансирование Марса.

(Изображение: марсианское небо, Земля над горизонтом.)

ГОЛОС: Древняя мечта человечества — покорить Марс — может быть спущена с небес на землю из-за недостаточного финансирования.

(Изображение: роботы МБ за работой на поверхности Марса.)

ГОЛОС: Теперь, когда две крупнейших корпорации-спонсора, АНВАК и «Телеморфикс», объявили о своем отказе от участия в проекте, сооружение марсианской базы, давно служившее объектом постоянного давления со стороны как правых, так и левых сил может лишиться и поддержки со стороны Конгресса. Президент Энфорд обещал найти другие источники поддержки, но его предложение о финансировании, обращенное к Ассамблее губернаторов, — по сути, выступление в поддержку проекта, который один из чиновников КосмООН назвал «чертовски несвоевременным», — вряд ли найдет отклик среди губернаторов, которые едва могут справиться с инфраструктурой собственных городов и штатов…

Глава 21

Вверх по лестнице

Рени ответила с первого же звонка. Когда экран остался черным, она уже знала, кто ей звонит.

— Ирен Сулавейо?

— Так вы и мой рабочий номер узнали. — Бесцеремонное поведение незнакомки уже коробило Рени. — Это вы случайно догадались, что я буду здесь до начала рабочего дня?

— На забывайте, миз Сулавейо, что это вы начали меня искать. — Казалось, француженку беседа забавляет. — Надеюсь, вы не станете упрямиться из-за того, что я перехватила инициативу.

— Нет, просто я не ожидала…

— Что я смогу найти вас так легко? Информация — мой хлеб, уж простите за истрепанное клише. Я знаю о вас куда больше, чем номер рабочего телефона и место жительства, миз Сулавейо. Я знаю все места, где вы работали, ваши школьные оценки, размер вашей зарплаты, я знаю, что ваша мать Мириам, погибшая при пожаре в «Раю покупателя», была из народа коса, а ваш отец Джозеф — наполовину зулус и на данный момент числится инвалидом. Я знаю, что ваш брат Стивен лежит в больнице пригородов Дурбана. Я знаю, какими узлами сети вы пользуетесь, какие книги скачиваете и даже какое пиво пьет ваш отец.

— Зачем вы мне это говорите? — процедила Рени.

— Чтобы показать, что я очень дотошна. А еще потому, что я должна была выяснить все это, дабы удостовериться, что вы — это вы, прежде чем говорить с вами.

Теперь Рени уже не могла сдержать ярости.

— Ну что, прошла я тест? Спасибо. Мерси.

Наступила неловкая пауза.

— Это вы начали искать меня, миз Сулавейо, — повторила незнакомка уже мягче. — Вы, я уверена, цените свое уединение. Я тоже.

— И что дальше?

— О! — Голос Мартины Дерубен обрел деловую уверенность. — Хороший вопрос. Полагаю, наступило время для обмена информацией. Вы сказали, что узнали мое имя от Сьюзен Ван Блик. Я надеялась поговорить с ней на тему, которая меня заинтересовала. Быть может, нас интересует одно и то же?

— А что именно вас интересует?

— Начнем сначала. — Казалось, что невидимая женщина устраивается поудобнее. — Расскажите мне, что случилось со Сьюзен. И в этот раз — всю правду, пожалуйста.

Процесс оказался томительно долгим, но не слишком неприятным. Незнакомка на другом конце линии не спешила выдавать сведения, но за сдержанностью угадывались суховатый юмор и даже доброта.

Если верить Мартине Дерубен, Сьюзен позвонила ей вскоре после визита Рени, но поговорить подруги в тот момент не успели. А продолжить беседу так и не пришлось. Предсмертные слова Сьюзен Рени оставила в тайне, но когда она описала странную болезнь брата, свои попытки обнаружить ее причины и странный вирус-город, оставленный в ее компьютере, ее собеседница довольно долго молчала. Рени показалось, что разговор достиг поворотной точки — как шахматная партия, когда дебют отыгран и настала пора оценивать позицию.

— Доктор Ван Блик звонила мне, полагая, что я смогу помочь вашему брату? Или просто помочь опознать этот странный город?

— Не знаю. Она не сказала, о чем хочет с вами поговорить. И еще книга — она оставила записку с названием.

— А, да. Я вспоминаю, вы заговаривали о книге. Не подскажете ли название?

— «Палеолитическая Мезоамерика». Автор — некий Боливар Атаско.

На сей раз пауза была короче.

— Имя мне кажется знакомым. Вы просмотрели книгу?

— Скачала, но никакой связи не обнаружила. Правда, у меня и времени было немного.

— Я сейчас получу копию сама. Быть может, замечу что-то, что пропустили вы.

Рени испытала неожиданное облегчение. «Может, ей и правда удастся помочь. Может, она проведет меня в Скворечник, поможет найти этого Сингха». Но за приступом благодарности пришел укол неуверенности. Почему она так поспешно приняла в союзницы эту загадочную француженку. «Потому, что я в отчаянии, вот почему».

— Теперь вы знаете, кто я, — сказала она вслух, — а кто же вы? Я знаю только, что вы были знакомы со Сьюзен и она пыталась с вами поговорить.

— Знаю, я скрытна. — Похоже было, что Мартину это забавляет. — Я ценю свое уединение, но ничего таинственного во мне нет. Как я и сказала вам, я исследовательница, и довольно известная. Можете проверить.

— Знаете, я собственную жизнь вам доверяю. И чувствую себя не очень уютно.

— Это изменится. В любом случае, я пока изучу эту книгу по антропологии и перезвоню вам во время вашего обеденного перерыва. Еще я вышлю вам сведения по этому Атаско — сэкономите время на поиски. И, миз Сулавейо… — Даже фамилия Рени прозвучала в ее устах по-галльски.

— Да?

— Быть может, в следующий раз будем Мартиной и Ирен?

— Только Рени, а не Ирен. Почему бы и нет?

— Тогда a' bientot[28]. — Рени уже решила, что Мартина повесила трубку, когда голос раздался снова. — И еще одно. Скажу вам бесплатно, хотя вам это все равно не понравится. Госпиталь пригородов Дурбана, где находится ваш брат, этим утром переведен на полный карантин по вирусу букаву-4. Думаю, посетителей туда больше не допускают. — Она снова помолчала. — Мне очень жаль.

Рени, открыв рот, пялилась на пустой экран. А когда, опомнившись, начала задавать вопросы, связь уже прервалась.

Ксаббу застал ее в кабинете во время перекура.

— Ты глянь, — прорычала Рени, взмахнув рукой в сторону экрана.

«… Все вопросы на нашем автоответчике или свяжитесь с дурбанским департаментом здравоохранения. Мы надеемся, что эта мера окажется временной. Ежедневно будут вывешиваться сообщения…» — в двенадцатый раз повторял задерганный врач.

— Это замкнутая петля, мать ее так. Они даже на звонки не отвечают.

— Не понимаю. — Ксаббу посмотрел на экран, потом на Рени. — Что это?