Михаил Сухоросов - Наемник

ГЛАВА 28

Временной переброс длится довольно долго, но это чисто субъективное ощущение — о каком «долго» может идти речь, когда сам переброс осуществляется во времени?.. Просто некоторое время ты находишься нигде, в сплошной черноте, стискивающей тебя словно кокон, а потом возникаешь где-нибудь в другом месте и чувствуешь себя при этом как хорошенько взболтанная бутылка пива — полное ощущение, что из тебя туча пузырьков выходит. Я лично после такого соображаю плоховато.

Зато в самом процессе мозги более-менее нормально действуют, чем я и воспользовался, чтобы хоть как-то наметить варианты дальнейших действий. Насчет ребят я не слишком беспокоился — того же Малыша вполне хватит, чтоб залечить Хромого, будто со мной произошел несчастный случай. А вот что я буду делать оказавшись в Бурге — это вопрос…

Для начала надо бы достать оружие, желательно — что-то не меньше АКМ-а, а так же подрядить себе в помощь пару-тройку крепких ребят. Ладно, с теми, кого принято именовать «криминальными структурами» у меня кой-какие связишки остались, но ведь вот в чем проблема: если я заявлюсь к кому бы то ни было в столь гнусном виде, с расквашенной мордой и с порога заору, что мне нужно оружие и поддержка в параллельном мире, меня сразу в дурку сдадут. Даже Доктор Хэш с его сумеречным воображением и склонностью к тяжеловесным мистификациям, и тот решит, что я просто кукласа обхавался сверх всякой меры. А собственно, на кой мне нужен Доктор Хэш? С оружием он никак не связан. А надобен мне человек, который воспримет эту историю нормально и согласится помочь, да еще и найдет нечто стреляющее. В таком случае единственной подходящей кандидатурой из моих знакомых является… я.

Все ж таки переброс действует на мозги — когда я представил себе, как заявлюсь к двойнику посередь ночи, возможно даже сняв его с очередной бабы, какая у него при этом будет рожа, и как он будет врать что-то наподобие того, что я его пропавший брат-близнец, меня начало разбирать какое-то нервное, почти истерическое хи-хи. Сначала я пытался противиться этому, но потом сдался и захохотал, и чем дольше я ржал, тем сильней меня разбирало, так что материализовавшись, я греготал уже почти до слез, громко и весело. Наконец, я что-то сообразил и открыл глаза. И тут же обнаружил, что нахожусь в комнате, судя по всему, общажной, и при этом сижу с ногами на столе. Свет оказался выключен, а рядом с кроватью стояли, испуганно глядя на меня, парнишка с девчонкой, обоим лет по восемнадцать. Оба были раздеты и явно собирались лечь. Глядя на их озадаченные физиономии, я вообще зашелся от хохота, а потом только сообразил, что мое здесь присутствие в общем-то неуместно, кое-как прижал ладонь к сердцу в качестве извинения — ни словечка произнести не мог — и выкатился в дверь. Правда, расстояние я четко определить не смог — врезался в нее с разгону, всем корпусом. Открывалась она, к сожалению, внутрь, и сделана была, как и все общажные двери на фу-фу, так что в коридоре я оказался вместе с ней. Хохоча во всю глотку, я скатился по лестнице с третьего этажа, бабка-вахтерша проводила меня диким взглядом, что еще прибавило мне веселости, и я выскочил на улицу. Я пробежал в соседний дворик, за гаражи, там повалился на занесенную снегом лавочку и дал себе волю. Я ржал, как идиот, представляя себя на месте того парнишки — только я кого-то соблазнил, раздел и уже было собрался — и тут откуда ни возьмись появляется на столе этакая волосатая и бородатая чума, причем хохочет диким голосом, потом выносит к чертям собачьим дверь и исчезает где-то в ночи. Да, в Бурге мне суждено войти в легенду… Справиться с собой я не мог долго, сначала я пытался переключиться и подумать, что мне отчаянно повезло, но тут же снова срубался ржать. Более-менее отсмеявшись, я набрал пригоршню снега, растер им разгоряченное лицо, вторую пригоршню сожрал — от смеха глотка пересохла. А теперь стоит подумать, чем я, собственно, займусь дальше.

Выяснилось, что мне и в самом деле сказочно повезло — и дворик и общага мне знакомы, и до мастерской не так уж и далеко — где-то с километр. Хотя это еще если двойник живет по моему прежнему адресу… Вот номер-то будет, если его из мастерской за что-то выперли! Ладно, в любом случае у меня он первый на очереди… Только по пути дворами надо будет держаться и избегать освещенных улиц — вид у меня, прямо скажем, развратный — морда разбита, шмотки кровью забрызганы, так что первый встречный патруль мной заинтересуется. Документов у меня, понятно, никаких, а за поясом — пушка, затевать же перестрелку с ментами совсем не в моих интересах.

Весь путь до мастерской — минут двадцать — я пробежал достаточно бодрой трусцой, так что замерзнуть не успел, но когда я вбежал в темный, без малейших признаков фонарей, проулок, уши у меня просто отваливались. Дышать я старался через нос — только воспаления легких мне для полного счастья не хватало! А сам дом, в котором находилась мастерская, остался на прежнем месте, и таким же облупленным, каким я его запомнил.

Я взлетел по скрипучей деревянной лестнице на второй этаж и принялся барабанить в дверь мастерской. Да, вот если двойника попросту нет дома, совсем красиво получится! Не могу ж я тут до утра торчать… Когда я, потеряв уже всякую надежду, смаху лягнул обитую чем-то вроде мешковины дверь, изнутри раздался очень недовольный голос (мой голос!):

— Кого там еще принесло?

— Открывай, Ордынцев. Это Ордынцев.

Дверь распахнулась, и я заморгал от яркого света, а проморгавшись, обнаружил, что дубль-я стоит, отвесив челюсть, и смотрит на меня, как на привидение.

— Что, не ждал? — я криво усмехнулся. Двойник пожал плечами:

— Да как сказать…

— Ты один?

— Один.

— Может, зайти пригласишь? — против моей воли вопрос прозвучал довольно резко. Дубль-я отодвинулся:

— Ну заходи уж, раз пришел… — и попытался улыбнуться. Я вошел в жарко натопленную мастерскую, в одну из двух крошечных комнаток, и прикрыл за собой дверь:

— Слушай, я, дело тут к тебе на тысячу долларов. Отношения потом выясним, мне б тебя кое о чем подрасспросить очень хотелось… А сейчас мне нужна помощь.

— Ты в бегах?

— Как обычно… Только возвращаться бегом надо, там, в Преисподней вообще черт-те что творится.

— А по-человечески?

— Малыша и Старого помнишь?

— Само собой!

— Ну так вот, их, Ларико и еще двух людей Секретники зацапали, так что вытаскивать надо спешно.

— Ч-черт… — двойник запустил лапу в волосы, потом справился с собой и деловито осведомился:

— И какая помощь тебя интересует?

— Во-первых, парочка-другая крепких ребят, умеющих с оружием обходиться и таких, которые нас за психов не примут. Оплата — золотом.