Дэвид Герролд - Ярость мщения

Жуткие фрагменты? Я уже был испуган.

Экран снова вспыхнул. Мы плыли над лагерем. Изображение ползло так медленно, что просматривалась каждая деталь.

– Скорость воспроизведения замедлена в десять раз, – сказала Лиз. – Обратите внимание на это…

Один сектор экрана стал ярче. И вновь мы увидели человека с лазерной винтовкой. Ее луч направлялся прямо к нам.

– И на это тоже…

Высветилась другая часть экрана – раньше я этого не видел! Трое мужчин сидели в «лендровере», вооруженном тактическим пучковым орудием! Автомобиль прыгал по кочкам, стараясь поймать вертушку на прицел. Потом волна напалма накрыла его.

– И на это…

Стайка детей убегала, крича от страха. Некоторые добежали до куполов. Червь подхватил двух и нырнул в нору, прежде чем пламя смело остальных.

– И на это…

Женщина с детской коляской застыла, глядя на нас снизу вверх! Позади нее медленно взрывалась бомба.

– И на это…

Тысячи червей всех размеров и цветов вырвались из монолитной на вид земли. Дыры в ней остались открытыми, извергая все новый и новый алый ужас.

– И на это…

Большой купол распадался; его стены разлетелись на куски, когда наружу повалили черви. Изображение увеличилось, заполнив весь экран, и я, заглянув внутрь купола, увидел морду хторра размером с дирижабль! Он пытался приподнять себя…

– И наконец, на это…

Земля накренилась. Мы отдалились достаточно, чтобы увидеть весь очаг заражения, тянувшийся на запад до самого горизонта. Повсюду стояли купола. Некоторые даже превышали по размерам тот, что мы разрушили.

– Вот тогда я и подорвала все вооружение в лагере… Земля продолжала заваливаться набок по мере того, как мы удалялись от нее. Она запестрела клубочками ярких дымков, высверкивающими сквозь пурпурное марево. Пара искр мелькнула здесь, тройка там, а потом вдалеке появилась целая россыпь огоньков. Они превратились в огненные шары. А затем начались новые взрывы, крупнее и более контрастные, достающие до неба. И вот уже загорелась вся земля. Огонь и дым взлетали, как шапки салюта в День независимости. И все это тянулось до самого горизонта. Слышались приглушенные тяжелые удары и гул раскатов на фоне рева пламени.

В зале послышались вздохи. И тихие ругательства тоже.

Зажегся свет, и голос президента сказал: – Спасибо, полковник Тирелли. – Потом громче: – Мы соберемся снова через пятнадцать минут.

Я встал. В зале разгорались сердитые споры, но смысл слов пролетал мимо меня. Я не прислушивался, уставившись на президента и ее спутников, направлявшихся к выходу. Лиз пошла с ними.

Перед дверью президент остановилась, чтобы поговорить с высоким мужчиной в военно-морской форме. Она выглядела расстроенной. Моряк внимательно слушал ее и кивал головой: «Да, госпожа президент. Слушаюсь, госпожа президент».

В этот момент Лиз заметила меня и многозначительно показала телефон.

Я отстегнул от пояса свой пейджер и раскрыл его.

– Да, полковник?

– На брифинге необходимо и твое присутствие. Уже тридцать минут, как ты находишься в моем подчинении. – И добавила: – Но отчет все равно напишешь – с той минуты, когда начал самовольно снабжать себя армейским имуществом. Я прикрываю тебя, парень. Так что тебе лучше прикрывать меня.

– Что?

– Ладно, не обращай внимания. Спускайся. Сядешь позади меня.

– Есть, сэр!

Я пошел вниз.

Без компьютера мы узнаем едва ли,Сколько ковбоев бывало на Салли.Кто-то в горы ее поднимался,Кто-то в реках ее купался.Но только немногие в ее долину спускались.

59 ГОСПОЖА ПРЕЗИДЕНТ

У меня всегда возникали трудности с работодателями. Они забывают, что покупают только мои убеждения, а не мою душу. Вот почему они так много платят.

Президент Соединенных Штатов, осунувшаяся и расстроенная, громко постучала по стакану, призывая собрание к порядку.

За изогнутыми столами в центре зала собрался весь цвет армии Соединенных Штатов и правительства. Лично я никого из них не знал. Два высоких чина из генштаба. Трое других, по моим подозрениям, тоже были оттуда. Госсекретарь, министры обороны и внутренних дел. А также доктор Дэниель Дж. Форман, восседавший по левую руку от президента. Когда он успел появиться?

Устраивало конференцию Агентство по контролю за хторранским заражением. Его сотрудники – японская леди, к которой никто не обращался по имени, темнокожий парень, доктор Мойра Зимф, полковник Тирелли и еще двое мужчин, которых я не знал, – сидели лицом к президенту. Мое место оказалось за правым плечом Лиз. Лицо лысого человека, сидевшего с краю, почудилось мне знакомым, но я никак не мог вспомнить откуда. Лысый заметил, что я смотрю на него, и подмигнул.

Президент сказала: – Сегодня я должна принять решение. Я хочу, чтобы вы все знали: это мое единоличное решение. От вас требуется только информация. Ничего больше. Свои мнения можете не излагать. Мне они уже известны.

Она обвела взглядом присутствующих, останавливая на некоторых свой знаменитый взгляд. Я слышал о нем. Один телекомментатор после памятной пресс-конференции сказал, что взгляд президента заставил его снова почувствовать себя шестилетним ребенком, застигнутым матерью, когда он лезет в буфет. Фраза врезалась мне в память. Никто не мог солгать под этим взглядом.

– Вы просмотрели видеозапись, – сказала президент. – Ее подтекст… обескураживает. – Она налила в стакан воды из графина и отпила глоток. – Но у нас нет времени разбираться в тонкостях. Мы должны решить главный военный вопрос. Нельзя больше откладывать, его. Разрешите мне воспользоваться военной терминологией. Огромные территории Соединенных Штатов находятся под контролем противника. Они не только оккупированы, но и колонизированы. Надо принять решение применении или неприменении ядерного оружия против этих сукиных детей.

И она вновь обвела всех пронизывающим взглядом.

Никто здесь счастливым не выглядел. У меня возникло чувство, что этот спор продолжается уже давно и что сегодня одна из сторон окончательно проиграла. Против видеозаписи трудно было возражать.

– Моральная сторона вопроса меня больше не интересует, – заявила президент. – Сегодня мне необходимо знать, что произойдет, если мы продолжим… – она заглянула в папку, лежавшую перед ней, – операцию «Валгалла». По плану "Б". Полагаю, большинство из вас знакомы с деталями. Кстати, пятнадцать минут назад я распорядилась начать операцию и привести все в состояние «желтой» готовности. Я говорю это, чтобы подчеркнуть чудовищность нашего собрания. Мы подошли к последнему пределу, за которым обратного пути не будет. – Она повернулась к министру внутренних дел: – Фред, давайте обсудим последствия операции для гражданского населения.