Феликс Пальма - Карта времени

— Напрасно вы обращаетесь ко мне в таком тоне, мистер Стокер, вам нечего бояться. Поверьте, я собрал вас здесь с единственной целью — спасти ваши жизни.

— Прошу прощения, но вы должны понять: после того как вы без лишних колебаний убили трех человек только ради того, чтобы привлечь к себе наше внимание, мы не слишком расположены принимать за чистую монету ваши филантропические намерения, — вступил в разговор Уэллс, который, когда хотел, мог вывязывать фразы не менее причудливые, чем у Джеймса.

— Ах, вы об этом… — сказал пришелец, взмахнув рукой. — Уверяю вас, эти трое в любом случае должны были умереть. Гаю, нищему, суждено было погибнуть на следующую ночь в драке с парой приятелей. Мистера Чемберса через три дня убили бы грабители при выходе из его паба. А милая миссис Эллис тем же утром непременно попала бы под колеса экипажа, мчащегося по Кливленд-стрит. На самом деле я лишь чуть ускорил эти смерти. И выбрал их именно потому, что они были и так обречены, а мне потребовались три человека, чтобы убить их нашим оружием и чтобы новости об убийствах вместе с фрагментами из еще не изданных романов оказались в газетах и таким образом попали вам на глаза. Заставив вас поверить, будто я явился из будущего, я должен был лишь известить вас о месте встречи — остальное сделает любопытство.

— Так это правда? — воскликнул Стокер. — Вы из двухтысячного года?

Пришелец опять весело улыбнулся:

— Я прибыл из времени куда более дальнего, чем двухтысячный год, где, должен вам честно сообщить, не будет никакой войны с автоматами. Ах, если бы наши заботы сводились к подобным детским играм!

— Что вы хотите сказать? — возмутился Стокер. — Все мы знаем, что в двухтысячном году автоматы завоюют…

— Я хочу сказать, мистер Стокер, — перебил его пришелец, — что фирма «Путешествия во времени Мюррея» — это чистое мошенничество.

— Как мошенничество? — недоверчиво пробормотал ирландец.

— Да, хотя и довольно ловко задуманное, но, к сожалению, только время покажет, что все это выдумка. — Он весело посмотрел на своих гостей, затем остановил взгляд на ирландце, тронутый, по всей видимости, его наивностью. — Надеюсь, мистер Стокер, вы не попали в число облапошенных клиентов этой фирмы?

— Нет, нет… — промямлил писатель. — Я никогда не смог бы заплатить такую сумму за билет.

— Что ж, по крайней мере вы не потратились зря, — подбодрил его пришелец. — Мне, конечно, жаль, что вас так расстроила правда о мнимых путешествиях в двухтысячный год, но можно ведь посмотреть на дело и с другой стороны: истину вам открыл настоящий путешественник во времени, ведь, как вы могли сами убедиться, глядя на карту, оставленную в ваших почтовых ящиках, я способен перемещаться в любом направлении — как в будущее, так и в прошлое.

Снаружи завывал ветер, а в заколдованном доме слышался лишь шорох горящих свечей, которые бросали на стены причудливые тени. Голос пришельца прозвучал удивительно мягко, словно глотка его была устлана шелком:

— Но прежде чем я расскажу вам, каким образом мне удается это делать, позвольте представиться, а то, не ровен час, вы сочтете, что в будущем неведомы самые элементарные правила приличия. Мое имя Маркус Рис, и я являюсь чем-то вроде библиотекаря.

— Библиотекаря? — переспросил Джеймс, внезапно заинтересовавшись.

— Да, я библиотекарь, хотя занимаюсь очень необычной библиотекой. Но разрешите мне рассказать все с самого начала. Как вы теперь убедились, человеку в конце концов будет дано путешествовать во времени, только не думайте, что в той эпохе, откуда я прибыл, существует нечто похожее на машину времени из вашего романа, мистер Уэллс, и что у нас подобные путешествия — обычное дело. Нет, на протяжении всего следующего века физики и математики со всего мира схлестнутся в бесконечных спорах о том, возможно ли такое, и будут разрабатывать все новые и новые теории, как сделать это возможным, но все попытки расшибутся о неподкупную твердыню — природу нашего мира, которая, к сожалению, лишена многих физических качеств, необходимых, чтобы их теории получили реальное воплощение. Может даже закрасться мысль, будто мир защищен от путешествий во времени, словно они — преступление против натуры и Бог принял свои меры. — Пришелец помолчал несколько секунд и воспользовался ими, чтобы присмотреться к своим гостям, уставив на них черные, как крысиные норы, глаза. — Вопреки всему, ученые моей эпохи не захотят с этим смириться и будут искать способ воплотить в жизнь самую пылкую мечту человечества. Хотя в итоге все их усилия окажутся напрасными. И знаете почему? Потому что в конце концов путешествия во времени будут осуществляться отнюдь не благодаря науке.

Тут Маркус принялся шагать в световом круге, словно решил размять затекшие ноги. Он делал вид, что не замечает любопытных взглядов гостей. Затем он вернулся на прежнее место и одарил их улыбкой, от которой лицо его сразу стало похоже на облупившуюся стену.

— Тайна путешествий во времени всегда коренилась в наших собственных головах, — провозгласил он возбужденно. — Способности нашего мозга неисчерпаемы, джентльмены.

Под мирное потрескивание свечей он своим шелковым голосом стал давать объяснения этим людям, хотя в их эпоху наука только-только начала переходить от изучения черепа к его содержимому, стараясь расшифровать законы функционирования мозга, но пользовалась столь примитивными методами, как изучение последствий повреждения мозга и метод электростимуляции, и пока даже не подозревала об огромном потенциале этого органа.

— Человеческий мозг! — вздохнул он. — Самая большая загадка в мире весит всего тысячу четыреста граммов! И возможно, вас удивит, что мы используем его лишь на двадцать процентов! А то, чего мы могли бы достичь, служи он нам на все сто процентов, — это тайна даже для нашей эпохи. Зато нам известно, джентльмены, что среди множества чудес, таящихся под черепной коробкой, занимает свое место и способность перемещаться во времени. — Он снова сделал паузу. — Впрочем, должен признаться, что и наши ученые не до конца разобрались в механизме, позволяющем это делать. Одно ясно: человек умеет создавать что-то вроде направленного потока сознания, он-то и помогает ему путешествовать по времени точно так же, как по пространству. Но еще не найден способ управлять им — мы научились только приводить его в действие, хотя и это само по себе, согласитесь, уже большое достижение.

— В нашем мозгу… — прошептал Стокер, зачарованный, словно ребенок.