Циклы "Антимир-Восточный конвой-отдельные романы.Компиляция.Книги 15. Романы-16 - Владимир Дмитриевич Михайлов

могло быть только одно. И теперь уже два года туристический модуль, где они сначала потеснили, потом же (так получилось) и совсем выжили Истомина, сами того не желая, – модуль этот находился в полном и безраздельном владении молодых.

Когда новое поколение отпочковалось от родителей, переселилось, провозгласило себя отдельным государством и избрало Королеву, взрослые, как ни странно, не стали противиться: видимо, почувствовали, что изрядно перегнули палку. Ведь дети в чрезмерном хулиганстве не замечались, с родительским поколением общались чем дальше, тем реже – может, просто потому, что общих тем становилось все меньше. Так что волноваться особенно не приходилось: детвора оставалась тут же, под рукой, и в случае чего – если вдруг понадобится – можно было и силу употребить, и вернуть беглецов в лоно семьи. Хотя как это будет выглядеть в реальности, никто всерьез не задумывался. Да и поводов не возникало. Патриархи ограничились напутствием: если возникнут неясности – приходите и спрашивайте, не стесняйтесь. Их и спросили – где-то через полгода после отселения: как будхическое тело взаимодействует с нейтрино? Какое – «будхическое»? А с чем его едят? К физике такое вроде бы не относилось, может, к медицине – но Зоя была очень занята, потому что у Милы после эмиграции Валентинов в турмодуль нервы снова пошли вразнос (она попыталась было последовать за детьми, но была категорически отвергнута), и доктору стало не до детей – и своих в том числе, – поскольку они явно были здоровы. На всякий случай попросили консультацию у капитана; он лишь пожал плечами: тела эти явно не были астрономическими. Ответ последовал, естественно, на уровне «Ээ-мм – мм-ээ». Больше вопросов молодые не задавали.

Зоя, продолжавшая исполнять обязанности Судьи, сперва несколько растерялась и даже хотела снова подать в отставку: видно, не была до конца уверена, что с молодыми обошлись правильно. Как-никак, и ее детей там находилось теперь уже трое. Тем более что кое-кто – и ее супруг, капитан Устюг в том числе – заговорили о том, что все-таки не худо было бы применить к детям и силу, чтобы сохранить единство общества.

Урезонил «ястребов» Карский, поинтересовавшийся: а какой, собственно, силой кто располагает?

Прикинув реальные возможности, пришлось признать: подросшие, здоровые и крепкие мальчики и девочки могли не только оказать серьезное сопротивление, но и, чего доброго, одержать верх. Что было бы уж и вовсе никуда.

Осталось лишь признать такую действительность, какая сложилась. То есть – если не согласиться с молодыми, то, во всяком случае, вслух не возражать.

На этом и примирились.

Государства – республика и Королевство – друг с другом не воевали. Но отношения между ними сложились достаточно прохладные. Была надежда, что все наладится, когда дети повзрослеют. Однако для этого требовалось время, которое шло со своей обычной скоростью – никак не быстрее.

Возможно, тут не лишним будет заметить, что в ту пору ни взрослые, ни дети не понимали еще, что не в разнице возрастов и темпераментов заключалась главная причина несогласий, а совсем в другом: в отношении к миру.

Старшие хранили память о большом мире, в котором родились, жили и из которого были, помимо желания, исторгнуты; маленький мир «Кита» являлся для них лишь местом временного пребывания – если бы даже эта «временность» оказалась постоянной. И потому всерьез размышлять об этом мирке и своем месте в нем никто из взрослых не собирался: он был в их восприятии всего лишь частью – пусть изолированной – большой цивилизации людей, составной частью ее техники, не хранившей в себе никаких изначальных тайн, но с начала до конца придуманной и созданной людьми в соответствии с известными законами природы и технологии.

Что же касается молодого поколения, то для них «Кит», в котором они появились на свет и теперь жили, был не частицей какого-то другого, намного более обширного и сложного мира, но величиной самостоятельной, независимо от условий и причин его возникновения. Он был для молодых явлением такого же ранга, как любое небесное тело, светило, туманность... И поэтому нуждался не только в изучении, но и в осмыслении, в установлении его места в системе мироздания, которая представлялась им не совсем такой, как взрослым, именно потому, что в их восприятии столь существенный элемент, как обширная людская цивилизация, промежуточное звено между «Китом» и галактиками, просто не существовал, как реальность, которую следовало принимать во внимание.

Иными словами: если для взрослых то пространство, в которое они оказались заброшенными, было лишь своего рода местом ссылки, то молодыми оно воспринималось как естественное место обитания – вместе со всеми его странностями и особенностями, которых они пусть и не знали еще, но об их существовании интуитивно догадывались.

То есть даже времени будет, надо полагать, не так легко сгладить эти противоречия.

Впрочем – это так, к слову...

Глава 6

ЗЕМЛЯ

На Земле, как и вообще в Федерации, дела между тем шли своим чередом. Годы и там протекли, хотя, может, по земному счету ускользнуло их несколько больше, чем по календарю «Кита». Старая планета ни разу не разгонялась до релятивистских скоростей, как это происходило с кораблем, так что время на ней не замедлялось; поэтому у человечества лет утекло больше: двадцать два с какими-то еще месяцами. То есть – вполне достаточно для того, чтобы память об исчезнувшем корабле и его немногочисленном населении перестала причинять острую боль.

Такое событие, естественно, не могло пройти совершенно бесследно. Сразу же после печальных проводов «Кита» в никуда правительство Федерации своим распоряжением приостановило все рейсы между системами, входившими в эту политико-экономическую систему. «Вплоть до выяснения причин и принятия мер по предотвращению подобных происшествий», – гласило распоряжение.

Всем, однако, с самого начала было ясно, что этот документ – лишь демонстративный жест правительства, предназначенный для того, чтобы показать, что оно все знает, все понимает и обо всем заботится. И не более, чем жест. Потому что все, хоть немного интересовавшиеся проблемой, отлично понимали, что причины гибели «Кита» если и найдут, то далеко не сразу, для этого потребуются, самое малое, годы, а то и десятилетия; а пока не известны причины, то и никаких мер принимать нельзя, поскольку непонятно, в чем же они должны заключаться. Правительство, разумеется, создало чрезвычайную комиссию – и на том сочло вопрос закрытым. Потому что даже самому мелкому клерку любого министерства было совершенно ясно, что Федерация существует и может существовать только при условии регулярных и частых рейсов торговых (и не только торговых) кораблей; прекратись