Борис Долинго - Другое место (Понять вечность)

Миша ещё раз улыбнулся и посмотрел на Монарха. Тот милостиво махнул рукой.

– Мы уж тут вас заждались, – сказал он.

Тогда Мишка прошёлся перед каталкой, как бы в задумчивости, заложив руки за спину.

– Итак, Виктор Петрович, дорогой ты мой человек, – сказал он. – Добрый сердечный друг, на которого я когда-то много работал, и который задумал подставить меня и захапать мою разработку, когда понял, что она собой представляет. Конечно, прежде всего, я сам дурак: не фиг было тебе ничего показывать. Но, увы – очень похвастаться хотелось, тем более что ты меня определённым образом спонсировал, хотя и косвенно, давая хорошие заказы.

Калабанов, смотрел исподлобья и молчал.

– Так вот, – продолжал Мишка, – у меня сейчас к тебе есть несколько вопросов. От твоих ответов будет зависеть твоя судьбёнка. Определённо могу сказать, что останешься ты здесь навсегда: там, в так называемой реальной жизни, Виктор Петрович Калабанов, депутат городской думы, тесно связанный с одним из городских преступных сообществ, через какое-то время перестанет существовать – точнее будет существовать, но в неврологическом отделении какой-нибудь клиники, поскольку полностью потеряет память и станет дебилом.

– Так я… так мы все сейчас… там? Всё-таки, там? – пробормотал Калабанов.

– Ты что, дебилом раньше времени стал? Ты должен был это понять, ещё, когда увидел Машу, – сказал Мишка. – Неужели ты подумал, что мы разыграли самоубийство?

Калабанов молчал.

– У тебя теперь начнётся новая жизнь – здесь, – продолжал Михаил. – То, какой она будет для тебя: плохой, очень плохой или довольно сносной, зависит только от тебя самого. Не будешь говорить, не ответишь на интересующие нас вопросы – сдохнешь, прости за выражение, под пытками. И, поверь мне, смерть здесь – полный аналог смерти там: тебя не будет. Вообще не будет.

– Что ты, вы, кто там – все вы хотите знать? – почти выкрикнул Калабанов.

– Вот это деловой разговор, – сказал Мишка. – Вспомнил, что ты бизнесмен, бандюга? Прежде всего, мне нужно знать, где у тебя работают твои программисты, которых ты нанял для взлома моей Программы?

– Зачем тебе это? – удивился Калабанов.

– Плохо быть малограмотным, – сокрушённо покачал головой Мишка. – Ты что, не понимаешь, что, вмешиваясь в эту систему, в Программу, которая поддерживает этот мир, твои ребята нарушают его? Они уже создали массу проблем нам, самая большая из которых – то, что мир наш сейчас уменьшается и, в конце концов, может погибнуть. Где они работают и что делают? Говори!

Калабанов вдруг усмехнулся и тут же поморщился от боли в затылке.

– Ты же меня малограмотным считаешь, – сказал но. – Как же я могу знать, что точно делают мои программисты? Я ведь не программист. Я поставил им задачу, понять, как работает то, что записано на дисках, которые купил у того парня, Щербакова. – Калабанов мотнул головой и снова поморщился. – А что делают эти ребята – не знаю. Я хотел повторить то, что мне в своё время показывал ты, вот и всё.

– Хорошо, допускаю, что тебе нужен был конечный результат, и ты не вдавался в подробности. Словом, где у тебя работают программисты? Полагаю, в каком-то укромном месте?

Калабанов молчал и как-то оценивающе разглядывал Мишку, бросая косые взгляды на остальных.

– Ну, и чего ты молчишь, Виктор? – поинтересовался Мишка

– А что ты ещё хочешь знать? – сказал Калабанов, наконец.

– Аб'гам, – сказал Мишка нарочито картаво, – почему ви отвечаете воп'госом на воп'гос. На первый пока ещё не ответил!

– А я хочу знать все ваши требования, – довольно смело сказал Калабанов. – И, кроме того, что конкретно вы мне предлагаете.

– Ах, вот так, – усмехнулся Мишка, а Садис, внимательно за ним следивший, с готовностью поднял колотушку. – Нет-нет, Садис, пока рано… Ладно, Витя, скажу. Если ты ответишь на все наши вопросы, ты будешь поселён под охраной на небольшом необитаемом острове. Бежать из виртуала в реал, как ты, наверное, догадываешься, можно только при участии людей из того самого реала, который ты благополучно покинул. Поэтому ты никуда не убежишь. У тебя будет всё необходимое для жизни, ты будешь жить в хороших условиях. Тебе дадут прислугу женского пола, даже не одну, чтобы ты не скучал. Вот и всё. Это не так мало, хотя я с удовольствием просто бы тебя ликвидировал. Ты, безусловно, на моём месте так бы и поступил. Но я – не ты. Если расскажешь то, что нам нужно – доживёшь свой век здесь спокойно, а живут тут, кстати, дольше, чем у нас на Земле. Вот, выбирай!

– А, собственно, что будет, если я не буду говорить?

– Ах, да, я чуть не забыл! Не захочешь говорить по добру, по здорову – с тобой будет работать Садис, и ты всё равно всё расскажешь. Только после этого будешь сильно плохо себя чувствовать, очень сильно плохо: сломанные руки, выбитые зубы – это так, незначительные повреждения. Поверь, да ты уже, наверное, понял, что все болезненные ощущения здесь, вполне реальны. Мир этот – сейчас для тебя реальность. Так что утюг на живот, например, здесь не отличаются от такого же утюга, что ты или твои люди когда-то каким-то кооператорам ставили. Поверь: он будет очень реальным, так же как и запах горелого мяса.

У Калабанова немного дёрнулась щека, но в целом я мог бы сказать, что он очень спокоен.

– Ладно, а что ещё вам нужно? – хрипловато спросил он сквозь зубы.

– Второй и последний наш вопрос – денюжки! – Умильно скривился Мишка. – Номера счётиков, зарытые заначки, в общем, чтобы не менее «лимона» баксов набралось. Если больше – не откажемся. Но, уверен, у тебя есть не менее «лимона».

– А, я понял, – процедил сквозь зубы Калабанов, – ты придумал, как пересылать мозги туда-сюда, и хочешь сейчас на мои денежки там покайфовать?! Не выйдет! – Он рванулся в кресле. – Денег не увидите, и о программистах ничего не скажу! С хера я вам должен верить? Да вы меня всё равно замочите – с чего я буду вам что-то говорить? Сосите у мёртвого осла, пидары! – Калабанов харкнул в Мишку и попал ему прямо на правую щёку.

«Как реально!» подумал я. «Надеюсь, левую щёку Мишка подставлять не будет?»

Мишка взял у Садиса салфетку и утёрся, нехорошо усмехаясь. Затем он подошёл к Калабанову и вытер этой же салфеткой ему морду.

– Фу, как грубо выражаешься, Витя, а тут дама стоит, – сказал он. – Подумай, чувствуешь, какая слюна реальная? Тут всё такое, Витя, всё: и слюна, и дубинка деревянная, и щипцы, и пилы, и топоры, и ножка от табуретки.

– Пошёл, ты сука!… – Калабанов плюнул ещё раз, но Мишка увернулся, и плевок упал на ступеньки трона Монарха.

Колот Винов нахмурился.

– Неуважение к Монаршей персоне, – с сожалением сказал он. – Садис, промакни ему губки, у него слюна что-то далеко брызгает!