Абдухаким Фазылов - Судьбы вертящееся колесо

* * *

- Гесэр, отпустите меня. Мне не стоит дожидаться роспуска Центра. Гесэр поднял голову. Мягкая улыбка на его утомленном лице удивила Сурхана. - Никуда я вас не отпущу. Настоящая работа начнется именно теперь. - Как? С чем вы собираетесь работать? Появились новые картины? Гесэр спокойно воспринял откровенное раздражение в голосе юноши. - Нет. Будем работать без них. - Может, я чего-то не понимаю. Сейчас ведь официально рассматривается вопрос о роспуске Центра. - Мы будем бороться против этого. - Ради чего, Гесэр? Были бы живы картины, я бы пошел на что угодно. А сейчас... Я сделал все, что мог. - Я в курсе, Сурхан. Обвинение Грегора, дескать, я умышленно уничтожил записи отпечатков биополя с картин, снимается в основном благодаря вашей принципиальной настойчивости. А он пошел бы дальше. Намеки на мою, якобы, незаинтересованность в восстановлении истории он уже начинал делать везде. - Интересно, чем он объясняет вашу незаинтересованность? - Тем, что я, якобы увидев результаты наших с вами предварительных экспериментов, решил любой ценой остановить дело... - То есть вы перестали верить в ваш метод? - Нет. Речь идет о гораздо более серьезных вещах... Сейчас все больше и больше людей убеждается, что история была уничтожена не ради предотвращения войн, как нам до недавних пор объясняли, а ради создания на планете оторванного от Земли духовно нищего, но легко управляемого общества. Я тоже считаю, что так оно и было. Грегор же среди тех, кто упорно хочет убедить всех, что этот акт был всего лишь наивной ошибкой, совершенной благими намерениями. За это я его много раз критиковал и очень сильно... Кроме того, с самого начала деятельности Центра я недостаточно почтительно относился к вычислительному методу... Есть еще одно обстоятельство личного характера... Все это вместе определяло поведение Грегора в последние недели. Узнав, что мы не сохранили обрывочные записи биополей в последних экспериментах, он незамедлил этим воспользоваться, чтобы хоть немного снизить резонанс, вызванный гибелью картин. Для этого он эту нашу непредусмотрительность начал выдавать за мои, якобы, тайные помыслы. Он утверждает, будто я по тем обрывочным кусочкам истории, что нам удалось воскресить и где было много военного, самолично решил, что знание истории действительно может пагубно повлиять на будущее планеты... Это довольно тонкая и умышленно запутанная игра, преследующая не одну цель. Дело в том, что все еще существуют силы, которым восстановление истории крайне невыгодно. Они и сейчас пользуются плодами "уничтожения". Ведь однородной, безликой массой управлять легче. А "восстановление" может привести к нежелательным для них осложнениям, трудностям... Я не знаю, насколько сильны были связи Грегора с этими силами раньше, но уверен, в Центре он превратился в их орудие. А когда он понял это и почувствовал скорое разоблачение, везде начал подставлять под удар нашу группу и меня. Пытался обвинить меня в прямой связи с этими силами... - Вы считаете, что он сам не хотел восстановления истории? - Все не так просто. В начале он взялся за дело серьезно. С желанием восстановить историю и сделать себе имя. Бессмертное имя. Но когда понял, что метод вычислений безнадежно проваливается, начал вредить другим. Думаю, этим умело воспользовались те, кто по-настоящему были не заинтересованы в восстановлении истории. В результате загадочным образом погибли картины... Вы еще молоды, Сурхан. Вас больше зажигают чисто научные стороны дела. Но скоро вы задумаетесь и о многом другом... Все мы к этому приходим... Они замолчали, каждый погруженный в свои мысли... - Гесэр, как вы хотите продолжать работу? - Нам повезло... Еще до вашего прихода к нам, когда наша служба занималась только восстановлением девственной расцветки красок, нам приходилось детально анализировать их структуру. Вчера я нашел наконец блоки памяти, где сохранились записи структуры, сделанные на молекулярном уровне... Там четко запечатлелись наши "усики".

* * *

Через два месяца после гибели картин Центр официальным заявлением известил о продолжении работ... До возобновления сообщения с Землей оставалось еще не менее ста лет...