Михаил Башкиров - Осеннее усекновение

Искореженный столбом четырехтактный мотоцикл хоккейного вратаря, капитана зелено-белых.

* * *

Поварский тесак с прилипшими на отточенном широком лезвии окровавленными волосами с затылка специалиста по омарам.

* * *

Узкое сиденье расписной детсадовской карусели.

* * *

Платьице, вздыбленное переломом девчоночьего позвоночника.

* * *

Вскрытый желудок член-корреспондента, профессора, с остатками грибков, организовавших летальную интоксикацию.

* * *

Извлечение осколка черного мрамора (долотообразного, с зазубренными краями, увесистого) из гамадриловой тещи, перекрывшей кладбищенский перекресток.

* * *

Странгуляционная широкая полоса от лайкровых колготок.

* * *

Разнывшиеся пальцы, тунеядствующие на парте рядом с просмотренными кассетами, затребовали свежей порции заживляющей мази.

* * *

Тягучая капля сползла с ваты, намотанной на цанги, обезобразив строгость полированного секретера.

* * *

Чемодан безропотно принял обратно так и не тронутую груду ксерокопий.

* * *

На тахту — едва не напоровшись на забытые учительницей спицы.

ЗАПРЕЩЕННАЯ ПТИЦА

г. Иркутск 8 сентября (вечер) 2011 г.

В смотровой — кельевая лепота.

* * *

Аскетичная парта.

* * *

Мерцающий иконостас мониторов.

* * *

Пустой зал — и немо беснующийся перед белой, выделанной одноглазым чукчей, отданной за ящик самопальной водки шкурой, мир.

* * *

Скучная библиотека с пейзажами, дружно закосившими под Малевича.

* * *

«Карельская береза» с неубранной трапезой — недоеденный рокфор, недопитый апельсиновый сок.

* * *

Класс, наполненный силуэтами убитых и таксидермированных.

Крутящаяся вхолостую беговая дорожка с экзальтированным подергиванием индикатора пульса и давления.

* * *

Балкон — разногеометрические опустошенные бутылки.

* * *

Терраса с распластанным обмусоленным далматинцем клоуном.

* * *

На угловом, крайне правом, до сих пор темном экране — наконец-то признаки жизни.

* * *

Мальчик без ревущего багги, в директорском вертком кресле.

* * *

Компьютер с доступом в Интернет.

* * *

Запароленный вход в сетевую игру.

* * *

Черно-золотая с буквами глаголицы заставка с запрещенной повсеместно птицей.

* * *

Пузырь спокойно, без суеты и шелудивой спешки, осваивал андренолиноподстегивающий «Гамаюн».

* * *

Туалетную дверь приоткрыл мимолетный сквозняк.

* * *

«Гамаюн», запрещенный во всех странах мира, даже в тех, где на сто тысяч дистрофиков — один допотопный монитор и 386-й процессор.

* * *

Одинокий таракан (восьмидесятипятичленистый усач), благополучно переживший две химических и две бактериологических атаки, покинул убежище, спрятанное в глубине сквозняковой, неблагоприятной для нежных тараканьих кондиций, вентиляционной шахты.

* * *

«Гамаюн», за который в Штатах дают пятнадцать с конфискацией; в гуманной России — только общережимный, подпадающий под амнистию, трельник; в Эмиратах рубят отточенными мечами дамасской стали головы, а в Китае публично расстреливают.

* * *

Осторожно, короткими перебежками с уступа на уступ — к свету, теплу, изысканной пище.

* * *

«Гамаюн», сработанный семь лет назад питерскими хакерами в отместку за жесткую регламентацию и воинствующую коммерциализацию интернетного пространства.

* * *

Проскользнул в дверную щель.

* * *

«Гамаюн», основанный на одном постулате, обратном эволюционным процессам: право существования всего когда-либо созданного природой и человечеством, притом в любой субстанции, не подчиняющейся ни физическим законам, ни общественной морали, ни логике — ничему.

* * *

Отправился вдоль лакированного фигурного плинтуса и моментально наткнулся на сушеные тела личинок первого возраста, еще отдающие запахом, несущим гибель.

* * *

«Гамаюн» — всемирная игра, глобальный вирус, черная дыра, поглощающая все и вся.

* * *

Рискуя быть раздавленным тяжелым, на резиновом ходу тапком, рванул напрямик из коридорной пустыни навстречу благоденствию и роскоши.

* * *

Спаси гамаюнова птенца — где угодно, как угодно, чем угодно, от кого угодно

* * *

Вот оно — громадное, успокоительно вибрирующее, блаженно теплое, с многообещающей, регулярно открываемой дверцей, за которой потусторонние температуры и вкусности, перемещающиеся до стола и обратно.

* * *

«Гамаюн» — неуправляемый стихийный синтез и неконтролируемый лавинообразный распад.

* * *

Благодатная атмосфера вдруг неуловимо засурдинила близким, родным, желанным.

* * *

В очередном кратком отпуске за очередного крота осчастливила криминальным «Гамаюновым» кодом, вместе с легкой гонореей, одна малоразборчивая интернетгулящая особа.

* * *

Из опломбированного чемодана ошалело выскочила утомленная картонно-бумажной диетой тараканиха, отяжеленная тридцатидвухяйцовой оотекой.

* * *

Антибиотик успешно замочил гонококки, а код пропал, напрасно использованный (совокупно неделю) из-за отсутствия свободного времени.

* * *

Нечаянная встреча тараканихи из спецхранилища и ветерана химических войн состоялась под кухонным столом.

* * *

Пузырь оставил директорское рекреационное кресло наедине с подвисшим «Гамаюном».

* * *

Таракан, будущий номинальный многодетный папаша, сопроводил изнемогающую супругу в претеплое место за холодильником.

* * *

Угловой, крайний правый, монитор снова замаскировался под сдохший по техническим причинам.

* * *

Таракан взволнованным галопом — подальше от священнодействия и поближе к чему-нибудь калорийному.

* * *

Для осмотра верхних полок видеоархива залез с ногами на парту.

* * *

Летописные кассеты — идеальный ряд, начинающийся с 3 октября 2001, по календарному возрастанию.

* * *

Выдернул первую и еще две из ранних наугад.

* * *

Цветы, голубые ленты, коробки «трюфелей» и «птичьего молока».

* * *

Доставка из больницы домой под усиленной охраной дюжины мотоциклистов.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});