Джеймс Хоган - Агент марсианской федерации

— Но вы проиграли, старина Артур, — передразнил он полковника, произнося слова чуть громче шепота. — Разве вы не видите — теперь Федерация знает, что моя миссия провалилась. Они поймут, что Брозлан до сих пор работает на Земле, и очень скоро Земля тоже получит эту технологию. А это означает, что Федерация будет вынуждена сделать свой ход сейчас — пока разрыв наиболее широк, и в их пользу. Получится противоположное тому, чего вам хочется. Земле нужно время, Артур — время для разработки способов применения знаний Брозлана. Как только Земля догонит Марс, ее традиционные преимущества уравновесят ситуацию и снова обретут вес. При наличии технического равенства Марс будет вынужден вести себя дружелюбно, потому что Земля, если придется, сумеет вышвырнуть его из солнечной системы и ничего при этом не потерять.

И Убийца снова рассмеялся, теперь уже громко:

— Вы снова все испортили. Знаете, как вам следовало бы поступить? Не надо было мне ничего рассказывать. Нужно было позволить мне каким-то образом скрыться с мыслью о том, что моя миссия оказалась успешной… Я вернулся бы на Марс и предоставил бы совершенно неверные отчет. А вы тем временем спокойно продублировали бы Брозлана и работали бы себе дальше, убаюкав Федерацию фальшивым ощущением безопасности. Они снова поверили бы, что обладают полной монополией, и у них в запасе столько времени, сколько им нужно. А когда узнали бы истину, то было бы уже поздно: Земля успела бы подготовиться и стала неуязвимой. — Убийца покачал головой, изображая притворное сочувствие. — Вот как вам следовало бы поступить, Артур.

Полковник посмотрел на него и задумчиво пригладил усы. Потом с мягким упреком произнес:

— Но, мой дорогой Хэдли, мы именно так и поступили.

На лице Убийцы отразились смятение и непонимание.

— Я должен извиниться, — сказал полковник. — Я еще не все успел вам рассказать. — Он развернул терминал инфосети экраном в сторону кровати и набрал несколько команд. — Это некоторые видеозаписи из наших архивов. Полагаю, они ответят на все ваши вопросы.

На экране появилась стоянка аэромобилей.

— Узнаете? — поинтересовался полковник. — Это публичная стоянка международного аэропорта в Канзас-Сити. Мы узнали, что вы направляетесь туда, запросив сеть управления движением — ведь вы вводили в нее пункт прибытия. Мы просто разместили на каждом этаже стоянки по агенту, чтобы выяснить, куда вы направитесь после приземления. А вот и вы… видите, в сером плаще? Камера стояла в пяти рядах от вас.

Убийца со всевозрастающим изумлением наблюдал на экране, как он сам подходит к одному из мобилей, который он мгновенно узнал, достает из стойки шасси спрятанные ключи, садится и улетает.

— Разумеется, мы быстро выяснили, что этот мобиль был взят напрокат Полом Лэнгли в космопорту имени Рузвельта. Далее уже не составило труда узнать, как Лэнгли прибыл с Марса, что он заказал билет на Лондон и в английском космопорту забронировал обратный билет до Марса.

Британские агенты службы безопасности проследили за тем, как вы прошли регистрацию перед посадкой на орбитальный челнок — так, на всякий случай. Мы даже послали кое-кого на промежуточный спутник, чтобы вы не пропустили случайно свой рейс на Марс. Вот… — Бэрлинг коснулся другой клавиши, и на экране появилась короткая очередь перед стойкой регистрации. — Это пассажиры рейса 927 на Марс. А это вы — четвертый в очереди. Корабль вылетел по расписанию, и больше мы вас не видели… вернее, не вас, а Пола Лэнгли.

Полковник выключил терминал и с вызовом посмотрел на Убийцу. Тот яростно замотал головой:

— Но… эти записи… я никогда этого не делал. Я же здесь!

Англичанин нахмурился и пощелкал языком:

— Хэдли, вы меня разочаровываете. Неужели до вас еще не дошло? Неужели вы не поняли? При захвате вас оглушили транквилизаторами, верно. И вы очень долго не приходили в себя. Боюсь, за это время мы взяли на себя смелость…

Лицо Убийцы перекосил ужас.

— Ага! Кажется, наконец-то дошло. — Полковник одобрительно кивнул. — Да, все верно. Вы не настоящий Хэдли — тот, который прилетел с Марса. На экране вы только что видели настоящего. А вы его аналог.

Он очнулся, помня в точности то же, что и вы — все, что случилось до того момента, когда его оглушили на крыше Андерсклиффа, включая, разумеется, воспоминания об успешном убийстве Брозлана. Однако ему, в отличие от вас, удалось скрыться. Невероятное событие — даже представить не могу, что наша служба безопасности могла бы так лопухнуться. На самом-то деле его успех был, скажем так, подстроен, но ему про это никто не сказал. Остальное вам известно. Думаю, Земля получит передышку, которая ей так нужна.

— Но зачем? — прохрипел Убийца. Его лоб взмок. — Зачем все это?

— Я же все объяснил в самом начале, старина, — невозмутимо пояснил полковник. — Вы можете нам помочь разобраться с тем, что нам очень хочется узнать. К примеру, об организации, сумевшей взломать одну из наших совершенно секретных компьютерных систем… где они взяли фальшивую информацию, которой напичкали ее файлы… как узнали коды доступа… и тому подобное, Хэдли. И еще много всего другого.

— Нет. — Убийца угрюмо стиснул зубы. — Я и сейчас марсианин. И помощи вы от меня не дождетесь.

— Ах, мой дорогой Хэдли. — Полковник печально покачал головой и вздохнул. — Ну как бы вам попроще объяснить… — Он помолчал, подбирая слова. — Вам нет никакого смысла запираться. У каждого есть своя слабость. Кто-то ломается, когда ситуация становится очень неприятной; другие откликаются на приветливость и дружескую заботу. Практически каждого можно купить за какую-то цену: деньги, женщины, беззаботную роскошную жизнь… Всегда можно что-то отыскать.

У следователей прошлого имелась одна серьезная проблема — они могли работать только с одним субъектом. И так легко было разрушить надежду на правильный подход, испробовав сперва неправильные. — Англичанин подмигнул. — Но с вами у нас такой проблемы не возникнет, верно, Хэдли? Мы сможем вернуться к началу сколько угодно раз, просто изготовив новую вашу копию с помощью той же программы, которая изготовила вас нынешнего. И рано или поздно мы добьемся успеха. Может, чуточку узнаем от одного Хэдли, чуточку от другого. Но со временем мы будем знать все.

Он сделал паузу, словно ему в голову пришла забавная мысль:

— А если подумать, то у вас нет способа узнать, первый ли вы вообще Хэдли… и единственный ли? Откуда вам знать, а вдруг сейчас в этом же здании находится десять ваших копий? И с того рокового дня в Андерсклиффе прошел уже год? Может такое быть?