Кэролайн Черри - Гордость Шанур

— Капитан! — донесся из приемника голос Хэрел. Пианфар подошла к нему и кончиком расчески, зажатой в руке, щелкнула по кнопке переговорного устройства.

— Слушаю.

— Мы поймали обрывки разговора… Нехорошего разговора. Кажется, кифы действительно открыли на нас охоту. Сейчас они пристают с расспросами к какому-то кораблю — он недавно вошел в систему Уртура. Похож на махендосетский.

— Бедные махены… Надеюсь, это хотя бы на время отвлечет кифов от «Гордости».

— Возможно… — пробормотала Хэрел. — Знаете, капитан, одним лишь богам ведомо, сколько кифов прилетело сюда за нами.

— Верно. И уж точно никому не ведомо, сколько их уже было здесь к моменту нашего прибытия… Ладно, не важно. У нас есть план, и мы будем его придерживаться.

— Ага, — согласилась Хэрел без особого энтузиазма.

— Отключайся. Не нужно выходить на общую частоту без острой необходимости.

— Да, капитан.

Связь оборвалась. Пианфар сделала глубокий вдох-выдох и после некоторого колебания активировала наружный экран: Уртур являл собой поистине великолепное зрелище и издалека казался источником волшебного белого света, мерцавшего посреди первозданного мрака. Пианфар закрыла картинку и задумалась. «Гордость» двигалась вслепую, то и дело рискуя попасть в мощный метеоритный поток… Безмолвная, словно одна из бесчисленных пылинок в бескрайних просторах космоса… Но ведь эта игра в прятки была старой, хорошо проверенной штукой, и она и вправду срабатывала… иногда.

Пианфар продолжала причесываться, и наконец ее грива и борода снова приняли вид шелковых, аккуратно уложенных завитков, прекрасно гармонировавших по цвету с новыми шароварами своей хозяйки — черными с зелеными отворотами — и ремнем, украшенным подвесками из натурального золота. Она сменила жемчужные серьги на изумрудные и в довершение туалета привела в порядок когти, сетуя на то, что один из них сломался во время стычки с кифами на Центральной. Ох и толстокожим был тот ублюдок на причале! Однако ей все же удалось вспороть ему шкуру, и теперь эта мысль привносила в душу Шанур некоторое утешение, смягчая боль, причиняемую воспоминаниями о потерянном грузе и ранении Тирен. Ну а что касается жизней других хейни, так она еще поквитается с убийцами!

Пианфар вернулась к монитору, вызвала изображение командного отсека и увидела, что Хилфи по-прежнему находится там.

Члены экипажа «Гордости» всегда составляли график внутренних дежурств без вмешательства капитана: никто лучше них самих не знал, когда им есть, когда — спать и как вообще согласовать их собственные возможности и потребности с работой на корабле. Лицо Хилфи выглядело абсолютно изможденным, но, невзирая на это, она стояла над приборами и смотрела на них так, будто бы в голове у нее рождался какой-то грандиозный план. Уши ее были выпрямлены и напряжены, а глаза широко раскрыты.

— Хэрел оставила тебя за наблюдателя, постреленок?

— Она сказала, что пойдет вниз.

— А я вроде бы говорила, чтобы вниз шла ты.

— Но я не устала…

— Хилфи, неумение отдыхать в полете равносильно преступлению, и ты просто обязана с ним бороться. Неизвестно, сколько нам придется дрейфовать, так что учись беречь силы.

— Приемник продолжает фиксировать голоса кифов. Они забрасывают махенов вопросами о «Гордости», угрожают и называют нас ворами.

Пианфар хихикнула:

— Какая честь. И что же махены?

— Ничего… В конце концов, это ведь их зона. Вряд ли кифы осмелятся напасть на них здесь, на Уртуре, — вокруг полно махендосетских звездолетов.

— Да, но не исключено, что кифов тут еще больше…

Пианфар включила маленький комнатный монитор, дублировавший данные, выводимые на экран командного отсека. В это время в обшивку «Гордости» ударил очередной метеорит, и ей пришлось подождать, пока вызванные им помехи не улягутся и картинка не станет четкой.

— Взгляни-ка, малыш. Этот кифский корабль отправился сюда после нас, а, выйдя из прыжка, оказался намного ближе к Уртуру, чем мы. Следовательно, его мощь несопоставима с нашей. Но вот хороший вопрос: зачем она ему, при его-то крошечном грузовом отсеке? Как ты думаешь, что это за птица?

— Что угодно, но только не торговое судно.

— Правильно. У него может быть лишь одно назначение… Догадываешься, какое? Это корабль-убийца! Сначала головорезы вроде него делают свое черное дело, а потом на место трагедии заявляются кифские звездолеты-падалыцики, присваивают себе весь товар, находившийся на борту жертв, и продают его в первом встречном порту. Бьюсь об заклад, что именно это они замышляли и сейчас, но их охотник переоценил наши силы и прыгнул слишком далеко… Выходит, нам крупно повезло.

— Но мы ведь не собираемся сидеть сложа руки? — спросила Хилфи. — Десятки ни в чем не повинных кораблей будут прибывать сюда, даже не подозревая об опасности, которая их тут поджидает!

— Как бы там ни было, мы не в состоянии им помочь. «Гордость» основательно выдохлась, а кифские звездолеты — нет. К тому же кифы наверняка уже вызвали свежее подкрепление, и все, чего мы добьемся, обнаружив себя, — это просто станем для них неподвижной мишенью.

— Тетя, кифы сгруппировались в центре системы, а наш корабль находится на самом ее краю… У нас хватит энергии еще на один прыжок — достаточно мощный для того, чтобы покинуть зону Уртура и отвести беду от других звездолетов, — осторожно предложила Хилфи. — Наверняка мы смогли бы добраться до Кирду… Нам бы только выиграть время, а уж там бы мы что-нибудь придумали. Разве не так?

Пианфар внимательно посмотрела на племянницу:

— Ты производила какие-то расчеты?

— Ну, в общем, да.

— Хм.

Бесспорно, это была стоящая идея, уже не раз приходившая Пианфар в голову, однако она не хотела ее обнародовать, не будучи абсолютно уверенной в успехе.

— Что ж, тогда за дело. Давай-ка проведаем наш груз.

— Но мы же его потеряли!

— За исключением того, что действительно хотелось бы найти кифам. — Пианфар склонилась над экраном и проверила соединение личных пейджеров. — Я думаю, ничего не случится, если мы ненадолго доверим главный канал автоконтролю — запись можно просмотреть и позднее. Пойдем, Хилфи, мне не терпится задать нашему гостю кое-какие вопросы.

Их незваный пассажир уже успел хорошенько выспаться и теперь старательно прятался под кучей одеял, сваленных в углу ванной комнаты, выдавая себя лишь периодическими глубокими вдохами.

— Мы связали ему лодыжки, — сообщила заступившая на дежурство Шур. — Вообще-то он вел себя довольно спокойно, однако я бы предпочла не связываться с ним без Герен.