Олесь Бердник - Призрак идет по земле

- Вы хотите сказать, что решили проблему проникновения в твердое вещество? - удивленно спросил я.

- Да! - живо подхватил Тенк. - Я изобрел радоний. Удивительный препарат. Даже мои помощники не знают полной формулы. Я шел не традиционным путем. Был использован синтез современной и древней науки. О, наши предки, особенно египтяне и индийцы, многое знали. Связь времен должна быть неразрывной. Лишь на этом пути придет успех. Но к делу... Покрыв некоторым количеством радония предмет, мы меняем его свойства по отношению к обычному веществу. При соприкосновении подопытного вещества с обычным предметом его элементарные частицы свободно проходят сквозь своеобразные межзвездные пространства материи...

- Так вот почему Морис мечтал об этом! - не сдержался я. - А я считал это пустой фантазией.

- Да, - согласился ученый, - Морис знал об этом. Более того, он первый испытал препарат.

- Значит, его побег...

- Да. Он прошел сквозь стену тюрьмы. Мы его ждали в условленном месте.

- Поразительно!

- Да. Но это был не радоний, мой друг. Радоний не годится для таких целей.

- Не понимаю...

- Я объясню. Дело в том, что проницаемый человек не сможет действовать, жить, двигаться. Подумайте сами. Барабанные перепонки человека не будут колебаться от звука - ведь частицы воздуха свободно пройдут сквозь нее. Человек будет глухим. Язык не будет вызывать колебаний воздуха - человек будет немым. Человек не сможет есть, ему невозможно будет дышать. Наконец, на него будет влиять тяготение планеты - он неминуемо поглотится землей. Короче говоря, такой человек погибнет. Поняв это, испытав препарат на практике, я начал искать новые возможности. И нашел. Я давно верил в многомерность мироздания. Я задумался над микроструктурой пространства... Не понимаете? Мои гипотезы подтверждались и теорией относительности и многочисленными исследованиями мировых ученых. Вероятно, вы читали об исчезновении частиц или о рождении их из ничего?.. Читали? Отлично. Многие считают такие выводы мистическими. Чепуха! Сущая чепуха. Здесь нет ни краха закона сохранения массы и энергии, ни метафизики. Просто частицы, точнее, импульсы энергии исчезают из наших координат времени и пространства и переходят в иные измерения. Законы физики не рушатся, а неизмеримо расширяются, наши знания о мире приобретают более глубокий смысл. Вы понимаете меня, Генрих?

- Да, профессор. Но все это так необычно...

- Итак, я пошел по пути изменения микроструктуры пространства. Я расширил возможности радония, получил новый препарат - радонат. Этот препарат частично изменяет микроструктуру времени-пространства. Подопытное вещество-существо свободно проникает сквозь преграду твердого тела, но не теряет обычных качеств. Морис использовал именно радонат. Да... Но это один из путей. Открылись и другие. Еще более грандиозные. Для всего человечества. Вы не устали, Генрих?

- Я весь внимание, профессор!

- Отлично. Тогда я кратко познакомлю вас с этим новым путем. Именно он стал причиной наших расхождений с Морисом и Фридрихом. Вам знакома теория физического вакуума Поля Дирака?

- Да. Но в общих чертах...

- Я напомню. По его предположению, вакуум - это материальный фон, в который погружен наш физический мир. Вакуум это не отсутствие материи, а, наоборот, ее бесконечный потенциальный резервуар. Как видите, современная наука подтвердила мои юношеские мечты. Из предположений Дирака возникли гипотезы о существовании античастиц и антивещества. Гипотезы начали подгверждаться экспериментально. Частицы высоких энергий выбивали в фоне Дирака так называемые дырки. Им дали название антипротонов, антинейтронов, позитронов. Высказывались предположения, что в нашей галактике или в иных системах существуют целые антисистемы с антисолнцами, антипланетами, антижизнью. И фантасты и ученые надеялись, что такие антисистемы будут открыты с помощью нейтринной астрономии ведь они должны излучать поток антинейтрино. Обсуждались даже опасности, ожидающие космонавтов в случае их высадки на антипланеты. Но развитие знания показало, что такие представления примитивны, механистичны. Мы строили модели антимира по образу нашего физического мира. Увы, беспредельность не повторяет себя качественно. В космосе непрерывно течет бесконечно сложный, глубинный процесс эволюции. И этот процесс происходит не в одном "этаже", не в одном плане Вселенной...

- То есть?

- Он происходит в неисчислимых глубинах необъятных времен-пространств. Некоторые ученые начали утверждать, что фон Дирака, или физический вакуум, не инертная нейтральная структура, не только потенциал материи, а реальный мир с материальными процессами, эволюцией и, возможно, жизнью. И что это и есть пресловутый антимир, находящийся рядом с нами, но недоступный для наших органов чувств. Гипотезы о наличии антимира необходимы также для объяснения равновесия начал, для сохранения принципа полярности, диалектичности всего сущего.

- Я не совсем понимаю.

- Попробую объяснить. Энергия мира тяготеет к постоянному уровню. Она безвозвратно рассеивается. Энтропия была бичом всех теорий о происхождении мира. Ученые создавали хитроумные логические построения, но объяснить или обойти явление энтропии не могли. Ведь всюду - в создании новых звезд, в любом процессе - энергия рассеивается, производит работу, но не обновляется. Теория же антимира - другое дело. Рядом с нами существует другой мир, мир негативных энергий, мир античастиц. Он развивается в полярном времени, в антивремени. Вот почему мы не ощущаем его, не видим, вот почему он недосягаем физически. Лишь на очень высоких энергиях - в фазотронах, в космических вспышках - античастицы из того мира перескакивают в наш, моментально исчезая во вспышке аннигиляции. Новая гипотеза объясняет загадку энтропии. Пусть наша Вселенная расширяется, пусть разбегаются галактики, пусть рассеивается энергия. В другой Вселенной, рядом с нами, идет сжатие галактик и концентрация энергии. Происходит взаимный обмен. Ритмическая пульсация единого космоса. Вы понимаете, Генрих, к чему я веду? Недостижимые чувству миры могут открыться перед человеком, преобразить его, дать высший смысл бытия. Но с другой стороны... Если открыть эти глубины сейчас, для людей враждебного, расколотого мира... Это может стать проклятием! Я подготовил эксперимент... Мы с вами заглянем в иной мир. Только мы! Люди не узнают об этом.

- Это странно и страшно, профессор...

- Да, страшно, но и прекрасно! Будьте достойны, Генрих, этого удивительного пути.

В лаборатории царил полумрак. Окна были закрыты. Лишь в центре помещения мерцали призрачные огня установки. Внутри метровой сферы, среди пластин пространственного конденсатора, сидела лягушка. Я видел в маленькое окошко ее бессмысленно вытаращенные глаза.