Олег Хлякин - Девушка с голубыми глазами

- Подойди сюда, Воин, - после чего их Величество скрылось в доме.

Воин проследовал в дом. А, может, замок. В любом случае обиталище великого князя находилось не в средневековой Европе. Дворец. Да, это слово подойдет лучше. Дворец того типа, что был у Одиссея на Итаке. Крытый тесом сарай (если рассуждать в дурном настроении). Шедевр деревянного зодчества (если рассуждать в хорошем).

Вождь ботсванского народа жил в городе, окруженном стенами, но его жилище почему-то не было отделено от хижин подданных валами, донжонами, башнями и колючей проволокой. Что вы хотите? Дикари. Итак, меня препроводили во дворец.

Затрудняюсь определить его архитектурный стиль, но строение многократно достраивалось и перестраивалось.

Главный ход вел в трапезную на сто персон.

Дубовые скамьи, столы, факелы на стенах, в начале стола возвышение для хозяина.

- Сними оружие, - распорядился мой рыжебородый опекун. Я послушался дядю и снял игрушки. Меня подтолкнули по направлению к помосту: "Иди".

Я пошел. Князь, ожидая меня, уселся на какое-то жесткое деревянное кресло с высокой спинкой. Для трона было маловато каменьев и золота. Вокруг него стояло шесть немолодых мужчин без доспехов и при мечах. Я снял головной убор и поклонился:

- Я к вашим услугам, государь.

- Повтори еще раз свою историю. Расскажи, кто ты такой и с чем пришел.

Набрав полную грудь воздуха, я начал врать. Меня выслушали, не задавая вопросов. Когда я смолк, спросили:

- Осман - твое настоящее имя?

Выдержав паузу и изобразив на лице душевное смятение, я вымолвил:

- Мое настоящее имя Асман.

- Приговоренный к казни, - интонация была утвердительной.

- Да, - выдавил из себя беглый преступник.

Лица моих судей были беспристрастны:

- Ты свободен. Жди, пока тебя позовут.

Меня вывели во двор. Там нашлось местечко спрятаться от солнца, и я расположился под этим навесом. За спиной у меня присел мой рыжебородый, поодаль вокруг нас в живописных позах расположилось еще человек пять-шесть. Некоторые с озабоченным видом проверяли остроту табельного оружия, другие просто держали руки на эфесе, третьи прямо-таки бесцеремонно меня разглядывали. Еще десять-пятнадцать хлопцев слонялись, бездельники, по двору. Толпа зевак рассосалась. По двору сновали женщины с кувшинами, ведрами и корзинами. Дети младшего и среднего дошкольного возраста собрались вокруг меня. Девчонки шушукались и прыскали в кулачок, пацанята пихались локтями и спорили, тыкая время от времени пальцем в предметы воинской экипировки. Я ждал. Казнить меня вроде бы не собирались, но прогнать взашей могли. Днем раньше я бы только порадовался такому шансу возвратиться к коммунальным благам цивилизации.

Но в тот момент я не мог вернуться, не повидав Е?, такую близкую и желанную, с поступью и осанкой королевы. Все перипетии этого дня, весь риск быть убитым или казненным не могли заставить меня забыть мою голубоглазку. Не рискуя наводить справки о ней, я сидел и нервничал. Мой надсмотрщик истолковал все по-своему:

- Не дергайся, правитель строг, но справедлив.

Я перестал дергаться и глубоко вздохнул.

Реплика опустила меня с небес на землю. Следовало подумать, как унести ноги, голову и прочее в случае чего. В голову ничего не лезло. Раз вся эта толпа дежурила здесь на всякий пожарный, значит, исход дела был неясен. Я поджал под себя ноги и расслабился. Сзади засопел мой ангел-хранитель - он также сменил позу. Не люблю, когда мне дышат в спину. Возникает зуд заехать локтем в живот или куда пониже.

Сидели мы так, сидели, и вот прибегает безусый юнец и просит меня к князю.

Приговор был оправдательным. Князь объявил, что принимает меня в дружину новичком с испытательным сроком в год. Я поклялся в верности моему новому хозяину. Князь обещал заплатить пени обиженным мной. Все случилось быстро и просто. Я оказался в армии, миновав медкомиссию.

Мои охранники начали поздравлять меня, жать руки и больно хлопать по плечу. Я улыбался и знакомился с собратьями по оружию. Мне показали угол, куда я положил свой узел, и дали увольнительную до утра. Я отправился осматривать город. Городом это назвать было трудно. Так, большая деревня в тысячу дворов. Дома были рубленые, крытые где тесом, где соломой. Черепица попадалась редко. Огороды и часть домов находились за стеной. На одной из дальних полян находилось капище Богов Небесного Огня, Ветра, Воды, Дождя, Темных Вод и прочих архангелов рангом помельче. Военный департамент находился в введении Бога Небесного Огня. Это я точно помню.

Что рассказать о Ботсване? Лес со множеством полян. На полянах выращивают злак, который не пшеница, не рожь, не овес, но близок к ним. Лично я с ним сталкивался в мучном и хлебном виде.

Животные, дикие и домашние, частью земные, а частью ни на что не похожие. Я с ними разбирался просто. Раз крякает, плавает и летает - это утка, дает молоко - корова. Все прочее несущественно.

На следующий день по прибытию Ганза, мой рыжебородый друг, разбудил меня пинком. Пришлось встать и порычать немного. Это было утром. Нас было человек тридцать в том сарае. Мы похлебали варево из крупы и мяса, взяли с собой хлеба, обвешались железом и отправились заниматься. Это был коронный номер старика Яноса - создать дружину, умеющую драться в строю. Идея, правда, была не его, а некоего Шейлы. Сутулый Шейла и его товарищи Мурлин Мурло, Малфей, Шалфей и Мустафа были как раз теми, кого проклинали все сто человек личной охраны. Эти пятеро наемников принесли с собой умение драться плечом к плечу и заразили этой идеей князя.

Занятия шли с утра до вечера каждый день.

Командовал и натаскивал Шейла. Жаловаться не приходилось. В одном строю с нами ходил Сам и его родственники. Из разношерстной дружины явно намеревались сделать единое целое. Так пробежало мимо три месяца. Я пребывал в звании рядового и ломал голову, как в моем положении можно выслужиться. Топтать двадцать лет все тот же плац и погибнуть в бою за чужие интересы мне вовсе не улыбалось. Мои сердечные дела также не продвигались. Я узнал от Ганзы, союза шестидесяти торговых городов средневековья, тьфу, о чем это я?

Я узнал от Ганзы, что девушку моей мечты зовут Мари и что она племянница Яноса. Ганза по-дружески посоветовал к ней не соваться, если я не хочу потерять свои cojones. Я впал в уныние. Не то, чтобы я потерял сон и аппетит как истинный и книжный влюбленный, но положение было незавидным. Вместо того, как сказочный принц, завоевать руку и сердце царевны, взять в приданое полцарства и заселить его гномами, я только смотрел на нее издали, облизывался на такой лакомый кусочек сыра и клацал зубами. Виноград был явно не про меня. Оставалось терпеть и ждать.